Король вампиров (ЛП)

Вампир углубил поцелуй, усилил натиск, требуя большего, лишая Эви дыхания, она словно тонула в его страсти. Жар свернулся спиралью внизу живота, между бедер нарастала пульсация, с каждой секундой требуя чего-то большего.
«Откройся мне».
Эви слышала голос в своем сознании, лишь смутно понимая, что его там не должно быть. Она инстинктивно подчинилась приказу, открываясь Роману, позволяя попробовать на вкус, сделать глубокий глоток. Роман издал еще один резкий животный рык, полный вожделения и голода, скользнул рукой со спины под блузку. Кожа к коже. Безумное ощущение.
«Еще. Я хочу большего».
Эви понятия не имела, принадлежала ли эта мысль ей или ему. Возможно, их голоса слились, отдаваясь эхом в ее сознании, отзеркаливая ее безумное желание.
«Еще».
Едва Эви распахнула глаза, оказавшись на краю от безумной похоти, когда нечто острое кольнуло губу.
Роман замер, нависая над ней. Эви потрясло, насколько жестко от страсти заострились прекрасные черты лица вампира. Клыки удлинились — твердое доказательство того, кем он являлся. Роман открыл глаза, и Эви ахнула. Они полыхали красным, словно погребальные костры, обжигая до глубины души. Пульсирующие импульсы прокатились по телу, отдаваясь ноющей пульсацией между бедер, в такт учащенному сердцебиению.
Она хотела его. Безумие, этому вампиру три тысячи лет, но черт бы все побрал, Эви хотела его так, как никогда ничего не желала.
Роман слегка отстранился, ровно настолько, чтобы она дотронулась пальцами до губ. Ощутила влагу, взглянула вниз. Кровь.
Роман укусил ее. Каким-то образом Эви поняла, что не нарочно. Но все же укусил. Вонзил клыки в ее плоть.
Снова взглянула на него, увидела чудовищный голод, полыхающий во взгляде, терзающий высокого и мощного вампира… Эви осознала кое-что еще. Он жаждал сожрать ее.
И она хотела того же.
Глава 18
На долю секунды они замерли в нерешительности, оказавшись перед точкой невозврата, когда человек должен сделать выбор, двигаться дальше или отступить, а затем мир взорвался.
Короткая вспышка их кто-то окликнул… и в следующее мгновение стекла на окнах в холле каскадом мерцающих осколков разлетелись по залу во всех направлениях. В то же мгновение Роман оказался перед Эви. Отпустил ее. И рухнул на пол, красное свечение в его глазах сменилось на черный мрак.
Эви увидела кровь, услышала странные глухие звуки и, словно в замедленной съемке, наблюдала, как Роман рухнул на пол. С поразительной скоростью обработала мозгом то, чему только что стала свидетелем, и тем не менее частично ее разум отрицал увиденное.
Романа убили выстрелом в голову. Снесли половину черепа. Кровь и кусочки мозга разбросало по ковру и стенам. Эви снова услышала грохот и почувствовала, как что-то коснулось ее ноги. Ее руки. Шеи.
Словно в замедленной съемке оседая на пол, Эви поднесла руку к горлу. Дротик? Выдернула его, не обращая внимания на боль и стекающую теперь уже по ее собственной шее кровь.
Все тело онемело. Ничего не чувствовало. Пропали цвета, темно-красный, коричневый и черный слились в темно-серый. Затем впереди появился туннель. Периферическое зрение пропало, поэтому Эви едва заметила, как упала, она наполовину лежала поверх Романа, наполовину на полу.
Через несколько секунд мир погрузился во тьму. Тем не менее она все еще слышала и снова уловила звон бьющегося стекла, на этот раз под тяжестью ботинок захрустели осколки.
А потом все пропало.
* * * * *
— Прости за дротики, милая. Я бы предпочел простое усыпляющее заклинание, но это заняло бы слишком много времени или насторожило Ди Энджело, а нам пришлось действовать быстро.
Это первое, что Эви услышала. Голос, заговоривший с ней, оказался незнаком. Его слова эхом отражались в затуманенном сознании. Эви попыталась открыть глаза, но не смогла.
— Шшш, медленно и спокойно. Мы накачали тебя довольно сильно.
Эви сделала, как сказали, не потому что считала это хорошей идеей, а потому что не было выбора. Ее тело не реагировало на мысленные команды.
 
— Ты весьма уникальная личность, Эвелин Фэрроу, — продолжал голос. Низкий и мелодичный, хоть и не такой, как у Романа.
Роман…
Роман! Сердце Эви заколотилось от притока адреналина в кровь. Его убили выстрелом в голову! Может ли вампир воскреснуть после чего-то подобного? И кто это сделал? Кто мог это сделать?
Тот, кто разговаривает с ней прямо сейчас.
— Похоже, у тебя иммунитет ко всем вампирским способностям, припрятанным в моем рукаве, — продолжил голос. — Я не могу читать твои мысли или контролировать твои действия и не могу понять почему.
Эви снова попыталась открыть глаза, и на сей раз ей это удалось, хотя пользы от этого оказалось немного. Мир предстал перед ней размытым цветным пятном.
— Если бы я мог контролировать тебя как вампир, то разбудил еще час назад. Но это неважно, — сказал голос, и она почувствовала, как кто-то возвышается над ней. Размытые формы и цвета двигались. — Теперь ты проснулась.
Теперь мир вокруг прояснялся быстрее, и Эви уже чувствовала пальцы на руках и ногах. Легкое покалывание, она словно возвращалась к жизни после продолжительного сна. Попыталась пошевелить ногами. Они вздрогнули и слегка дернулись.
Рядом с ней раздался смех.
— С тобой все будет в порядке, — сказал голос. Эви почувствовала, как чьи-то руки поднимают ее под мышки, помогая сесть. — Дай телу еще несколько секунд.
Он оказался прав. Зрение Эви прояснилось окончательно, а к телу начала возвращаться чувствительность. Однако облегчение, которое она испытала, оказалось недолгим, потому что мужчина, возвышавшийся над ней, не кто иной, как тот самый незнакомец из кофейни. С каштановыми волосами и красивыми голубыми глазами.
Вампир.
Тот, кто убил ту женщину.
Эви сразу же попыталась поджать под себя ноги, желая сбежать, но они дрожали и реагировали медленно. На мгновение она встала на колени и тут же упала на какую-то поверхность, на которую до этого опиралась.
— Вижу, ты поняла, кто я, — сказал мужчина. Как его звали? Эви сломала голову, пытаясь вспомнить.
Чарльз.
В белой рубашке на пуговицах, с закатанными до середины предплечий рукавами и в широких брюках, он выглядел, словно только что вернулся с деловой встречи. Вампир снял галстук и немного расслабился.
Чарльз тяжело вздохнул и отошел от нее, давая Эви возможность осмотреться.
Какого черта?
«Комната», в которой они находились, на самом деле оказалась не более чем камерой, словно созданной из разноцветного тумана. Стены кружились, двигались и сливались, как радуги в миксере. Пол выглядел сделаным из матового стекла, и те же самые цветные завитки кружились и вращались под ними, отбрасывая свет на кожу и одежду Эви.
Эви могла поклясться, что застоявшийся воздух был самым чистым, который она когда либо вдыхала.
— Сейчас ты инстинктивно жаждешь сбежать, так что должен сообщить, это не вариант, Эви, — сказал Чарльз, остановившись у дальней «туманной» стены и повернувшись лицом.
— Не называй меня Эви.
Голос оказался слабым, но вполне твердым. Она почувствовала, как быстро возвращаются силы.
Чарльз улыбнулся, сверкнув клыками, которыми убил женщину в ее видении. Эви вздрогнула и отвела взгляд.
— Комнаты, в которой ты находишься в данный момент, не существует на Земле ни в каком виде. Это астральный план, — сказал он. Эви подняла взгляд, вампир указывал на стены из радужного тумана. — Здесь только ты и я, Эви, бежать некуда.
Эви, странно завороженная вращающимися спиралями, уставилась на стены, а не снится ли ей снова сон. Возможно, это видение? Или, возможно, она умерла и правда попала в ад. В это она могла бы поверить.
В глубине сознания зашевелилось какое-то сомнение, что все очень, очень реально. И она не могла перестать думать о Романе.
Она понимала, что все по-настоящему. В глубине души осознала, что все, что Роман рассказал ей за последние несколько дней, все, чему была свидетелем, что видела собственными глазами, что с таким трудом обработал разум, правда. Роман — король вампиров. Чарльз Уорд — вампир, убийца, психопат. Это действительно астральный план.