Инженерный парадокс 10 (СИ)

— Вопросы, конечно, были. Марк. И много. Но работы по специальности найти не могли, двое — больше года. А выбирая между работой продавцами в каком-нибудь магазине и работе по специальности…
— Выбрали работу в Гараже, — кивнул я. — И дело, на которое учились, и платим мы неплохо.
В общем ситуация понятная, хотя и не слишком приятная в целом для Империи… Что проблемы Империи: мне и Гаражу подобный расклад выгоден, хотя я бы не возражал если бы было как-то… Ну справедливее, что ли.
  
В общем, убедившись, что всё действительно готово, я направился на второй этаж Гаража, гда был этакий… ну дом отдыха, если можно так выразится.
Просто за последнее время среди Гаражных, причём далеко не только и даже не столько бойцов, стали появляться калеки. Причём оборудование новое, всякие крысы и квадратные многочлены на Свалке… Да и банальная статистика: даже при неукоснительном и дотошном соблюдении всех правил техники безопасности несчастные случаи будут.
И чем больше производство, тем больше таких неприятностей. И в этом «доме отдыха» обитали как раз такие калеки. Отсутствие конечностей, травмы органов и нервной системы и прочее подобное.
Не все из травмированных: часть получали эксклюзив и служили, часть — получали выходное пособие и шли со своими травмами на мороз.
Заниматься и обеспечивать рукосуя, засунувшего свою хваталку в пьяном виде в рабочий станок, например, я совершенно не желал.
Так что в отдельных, благоустроенных помещениях, с паучками-помощниками были именно те, кому Гараж и я немного задолжали.
Не настолько, чтобы мне заниматься протезированием: у меня на этих бедолаг ушёл бы минимум год, постоянной работы. Что настолько нерационально, что этим я просто не стал заниматься.
Но достаточно, чтобы центру имплантологии Гаража в лице Леты и её подчиненных была поставлена первоочередная задача: обеспечить этим людям удобные и эффективные протезы и импланты.
Икси заранее объявила общий сбор в гостиной этого «дома отдыха» и к моменту, когда я туда добрался, все восемь с лишним десятка обитателей ждали меня там.
Зрелище было… ну в общем-то зрелищем восьмидесяти четырёх человек без рук, ног, с приборами жизнеобеспечения и на каталках. Типичное для этого места зрелище, прямо скажем.
— Приветствую. Итак, я в своё время имел беседу с каждым из вас. И каждому сказал: Гараж своих не бросает…
— А что-то поменялось? — раздался выкрик и от толпы повеяло как безнадёгой, так и… надеждой.
Причём надеждой не на приведение их в порядок, а на хоть какую-то смену обстановки. Довольно типично для этого места, насколько я успел ощутить.
Ну и затеял уже не настолько подробную как у Леты, но всё же доходчиво презентацию того, что у них будет в ближайшем времени. Народ поохал-поахал, но вскоре начал задавать вопросы, что довольно типично.
— А после этого протеза — в рабство? — вдруг вынырнул из пучин депрессии один из вояк на каталке.
— Нет, — не стал орать и возмущаться я. — Имплантация — долг корпорации Гараж за вашу службу и травмы. После неё — можно её покинуть.
Естественно, перед этим лишившись воспоминаний о тайнах корпорации, если покидающий их знал. Но разумные и так понимали, а неразумным рассказывать нет смысла.
— А кто не хочет уходить? — раздались несколько голосов.
— Ка что⁈ Продолжит трудиться во благо корпорации. И благо меня. Ну и благо себя, само собой.
— Это хорошо. Плоть слаба, — покачал головой один из старателей.
— Деяния вечны, — покивал я. — Короче, уважаемые: никто вас не бросает, о чём я вам всем давно сказал. Починим, поставим на ноги или протезы. И работать! Нечего тут жопы отращивать, вводя корпорацию в убытки. Когда сможете приносить прибыль!
Последнее вызвало облегчённый смех, хотя смешного не было ни черта: эта богадельня действительно выходила чистым убытком. Нет, понятно, что далеко не все окупят трудом стоимость имплантации, а некоторые и вправду свалят.
Но, как я им и сказал: поставить на ноги долг Гаража. А вот то, что большинство будет участвовать в производственном процессе, а не в процессе переработки калорий в депрессию и саможаление — не смешно, а хорошо.
После чего я направился даже не в мастерскую, а в квартирку. Дело в том, что на периферии зрения мне стала чудиться знакомая, характерная трещина-провал в ничто, которая замещала одному теневому типу улыбочку.
Беглая проверка сознания показала, что ни черта эта не галлюцинация, хотя и не вполне объективная вещь. Но, тем не менее, существовал этот образ улыбки независимо от моего сознания.
А значит теневой нашёл способ не только затаскивать меня к себе в бессознательном состоянии, но и показывать, что соскучился в реальности. Не могу сказать, что в восторге от этого факта, но и что большое горе — тоже не скажу.
И через несколько минут после того, как я развалился на кровати в своей квартирке, я оглядывал до боли (во всех возможных смыслах) знакомое горное плато под неземным небом.
— Приветствую, ученик, — велеречиво прогундел теневой. — Давненько тебя не было. Что привело тебя ко мне на этот раз?
— Твоя улыбочка, отравляющая прелесть моего бытия, — не менее велеречиво ответил я. — Или она мне показалась?
Ответа прямо не последовало, но провал в ничто стал заметно шире и ехиднее, что само по себе было ответом.
— Так зачем ты меня позвал? — спросил я.
— Тренировка, само собой! Которыми ты пренебрегаешь, нерадивый ученик!
— Вообще-то я был занят, о чём ты прекрасно в курсе.
— Вообще-то это ты вполне можешь рассказать врагам, наматывающим твои кишки на клинок.
— Не думаю, что в этом маловероятном случае я буду тратить время на разговоры.
— Ключевая фраза: не думаешь. Или ты предполагаешь, что чудом пройдя мой экзамен, ты не нуждаешься в дальнейшем обучении?
— «Нужды» в твоём обучении я не испытываю базово, — отрезал я. — Но не признавать его полезность глупо. Правда вариант создания систем защиты от тебя пусть не бесполезны, но не вполне то, чему оптимально тренироваться тут.
— Что, готов обойтись только клинком? — расколол пространство улыбкой теневой, выведя её за пределы тумана своей головы.
— Нет. Клинком и пистолетом. Пистолет всегда со мной, так что это будет оправданно.
— Пожалуй… Так и есть. И то, что у тебя под рукой твой пистолет, а не меч — дерьмово.
— Ещё чего не хватало — постоянно таскать с собой оглоблю! — фыркнул я.
— А придётся! — ликовал теневой.
— Это с чего бы это?
— База Знаний в качестве награды, ученик. Твоя меркантильная природа стала мне понятна, как и то, что ты готов мучительно сдохнуть, а не развиваться, если не видишь непосредственную выгоду перед носом.
— Понял ты что-то своё, про кого-то, мне неизвестного. Но база? Откуда у тебя? Ты же сам — база.
— Я? — невинно уточнил теневой.
— Понятно, — понял я, хотя это и без того было очевидно. — Но что за база?
— Тактики боя. В невесомости, на планете, в замкнутых помещениях. Не огрызок надутых валар, мастурбирующих на собственное величие и не видящих дальше своих задранных носов, а настоящая, честная база. Которую, кстати, ты сможешь скопировать на материальный носитель без особого труда.
— Это… интересно.
— Интересно? — фыркнул теневой. — Это необходимо, ученик. Ты стремишься на просторы галактики. В целом — понимаемое желание, вот только ты ничего не знаешь про галактику! Или ты думаешь, что твоя «инженерная база» подготовит тебя ко всему разнообразию видов и технологий среди сотен миллиардов звёзд?
— Я по твоим же словам «не думаю». Но база — это неплохо. И что я должен сделать? Хотя, учитывая начала нашей беседы… — поскучнел я.
  
— О да! — ликовал теневой. — Календарный месяц ты будешь ходить с кликом, привыкая к этому. И спать так, чтобы он был под рукой.
— Редкостный бред…
— Отказываешься? — скалился он.
— Конечно нет! Но есть некоторые детали… Кстати, не помешает посоветоваться с тобой, — прикинул я.