Путь к свободе (СИ)

От размышления меня оторвал крик дознавателя, в который он вложил всю ярость и всю обречённость от осознания близкой смерти.
Каким-то невероятным усилием, он стряхнул с себя ослабевших заключённых и прыгнул в сторону коридора. Прыжок вышел отличным. Не вцепись в его ноги Тимофей, и дознаватель мог выбраться. А так, снаружи оказалась только половина его тела.
Не сумев сдержать стон, я буквально упал на него, придавив его шею локтём. Второй рукой я принялся бить его по затылку, от чего он бился лбом о камни.
К сожалению, он успел использовать покров, но, из-за того, что половина его тела находилась в подавляющей духовную энергию камере, он работал с перебоями. Я бил и бил, понимая, что если остановлюсь хоть на секунду, то потом у меня просто не хватит сил, чтобы продолжить сие увлекательное действие.
Не знаю, сколько это продолжалось, но в себя меня привёл усталый, но довольный голос Иня.
«Всё, Ян. Остановись. Он мёртв, — произнёс дух, но я продолжил наносить удары, пока до меня не дошёл смысл его слов. — Понимаю, тебе плохо, но сейчас должно стать немного полегче».
— С чего бы?
«Он понял, что у тебя тоже есть дух и снова выпустил своего. Понимал, что это его единственный шанс на спасение».
— Ты его поглотил?
«Почти целиком, — довольно ответил Инь. — Но никаких усилений можешь не ждать. Поглощённой энергии хватит только на то, чтобы подстегнуть регенерацию и избавить тебя от излишка яда».
Что-то царапнуло мне слух, но я не сразу сообразил, что именно.
— Излишка? А почему не весь яд целиком и полностью?
«А зачем? — искренне удивился Инь. — Ты забыл что ли? Всё, что нас не убивает — делает сильнее. Да, тебе будет плохо. Тебе будет тяжело. Но твой организм научится справляться с ядами. И в следующий раз тебе будет полегче».
В словах духа был определённый смысл. И в будущем, я уверен, способность справляться с ядами может меня сильно выручить. Но здесь и сейчас, на мой взгляд, было не самое удачное место для подобного.
— Тимофей, — прохрипел я, откашлялся и позвал его уже нормальным голосом. — Тимофей! Вы где застряли?
— Он… мёртв? — спросил он в ответ.
— Да. Мертвее не бывает. Можете не бояться. Давайте, пошевеливайтесь! Нам ещё выбираться отсюда как-то надо.
Один за другим, заключённые потянулись из камеры. Некоторые из них прихватили цепи, которые не крепились к стене. Не самое удобное оружие, но лучше, чем с голыми руками.
Хотя, мне то как раз лучше всё-таки с голыми.
Большая часть получившегося отряда, среди которых не было ни одного знакомого лица, отправилась к повороту. Меньшая часть, которую возглавил Тимофей, вломилась во вторую дверь, из которой в прошлый раз доносились дикие крики.
Как я и предполагал это оказалась пыточная. Может быть стражники и называли её допросной, но это была именно пыточная, судя по приспособлениям, инструменту и стоящему там запаху.
Пластуны разбежались по комнате, вооружаясь кто чем. Следом занесли раненых, которые не могли идти или вообще были без сознания.
— Что мы тут делаем? — обратился я к Тимофею.
— Там дальше есть ещё камера. Для особо сильных и буйных. А ещё там комната, где эти твари жрут, спят и наслаждаются отдыхом.
— Тогда почему все так шумят?
От мысли о том, что нам могут попасться ещё несколько таких же монстров, как убитый дознаватель, меня бросило сначала в жар, а потом пробило холодным потом.
— Не переживай, у них там должна быть хорошая изоляция звука. Иначе как бы они могли спать под наши истошные крики? — криво улыбнулся Тимофей.
Вооружившись, вся толпа направилась ко второй двери. Первую, через которую мы сюда попали, кто-то уже успел запереть на массивный засов. Учитывая толщину двери, о тыле нам можно пока не беспокоиться.
Тимофей оказался прав. За дверью оказался очередной коридор, который привёл нас к развилке. Один из пластунов осторожно потянул на себя ручку массивной даже на вид двери, но она даже не шелохнулась.
— Заперто, — разочарованно произнёс он. — Нужен ключ. Если начнём ломать, они услышат и успеют подготовиться или сбежать.
 
— Сбежать? Куда? — не понял я.
— У них там должен быть отдельный выход.
— И откуда вы это знаете?
— Оказывается, некоторые любят почесать языками, в то время как снимают кожу или ломают кости своим жертвам, — со злостью произнёс Тимофей. — Придётся ломать!
— Погоди, — остановил я вооружённых кувалдой и небольшим топориком бойцов, которые уже шагнули к двери. — Дай я попробую.
— Думаешь, что сможешь вскрыть замок? А справишься?
— А ты думаешь я из камеры выбрался, открыв дверь ключом? — усмехнулся я. — Или может охранники были столь любезны, что открыли мне её и сопроводили до вас? Отойдите в сторону!
Я присел перед дверью и внимательно изучил замок.
Сложный. Сложнее, чем на дверях камер. Но его не обязательно вскрывать. Можно снять слой здесь и вот тут, а потом посильнее ударить, и всё.
— Мне нужна пара минут. Можете пока проверить ту камеру, про которую ты мне говорил.
— Малец, а не рановато ли тебе командовать? — возмутился один из освободжённых мной пластунов.
— Нет, — спокойно ответил я. — А что, есть возражения?
— Нет у нас возражений, — перебил Тимофей открывшего было рот пластуна. — Две минуты!
Мне понадобилось всего полторы.
Я кивнул Тимофею на дверь и отошёл в сторону. Пара бойцов покрепче взяли разбег и с одного удара вынесли дверь. Та ударила о стену с такой силой, что с потолка посыпалась пыль.
Внутрь сразу же забежали те, кто чувствовал себя получше и, в случае чего, мог оказать достойное сопротивление. Я был среди них, но не в первых рядах. Может именно поэтому успел остановить пластунов от атаки, когда неизвестно как очутившийся здесь Макс произнёс:
— О, вы уже здесь. А я только собирался за вами идти!
 Глава 11 
— Ты кто такой? — задал вопрос один из тех, кто зашёл первым. И в его голосе явственно слышалось напряжение.
— Макс? — я прошёл вперёд, раздвинув редкие ряды нашего отряда. — Другой ход?
— Да, — довольно кивнул приятель, который, похоже, действительно был рад меня видеть. — Пришлось потратиться и напрячься, но мне удалось заполучить примерный план здания. И вот я здесь. Думал зайти с тыла.
— Один? — удивился я. — А как же та банда, с которой ты договорился?
— Ты, кстати, помог им освободиться? — вместо ответа спросил меня Макс.
— Можно сказать и так. Шустрика знаешь?
— Да, я был, когда они решали, кого отправят передать тебе сообщение о сроках.
— Вы так и будете болтать или может мы пойдём дальше? — прервал нашу беседу один из освобождённых.
— А ты так торопишься умереть? — с наигранным удивлением поинтересовался у него Макс.
Все вокруг резко напряглись, хотя в голосе приятеля и не было никакой угрозы. Может именно поэтому Тимофей решил прояснить всё до конца.
— Это угроза… Макс, если не ошибаюсь?
— Не ошибаешься, — кивнул приятель. — Разбирайте пока оружие, перевязывайтесь, если надо и готовьтесь. Думаю, минут через десять можно будет выдвигаться.
— Зачем ждать? — не понят Тимофей. — Чем раньше мы отсюда сбежим, тем лучше. Разве не так?
— Не совсем, — покачал головой Макс. — Надо дождаться, когда стража завязнет в бою с освобождёнными Яном заключёнными. И вот тогда мы под шумок сбежим сами.
— Понял, я пошлю пока людей проверить проход.
— Да пожалуйста, — не стал спорить Макс. — Он вон там.
Тимофей принялся раздавать указания, а мы с приятелем отошли в сторону.
— Ты многих освободил? — шёпотом спросил меня Макс. — Просто, чем больше, тем нам лучше.
— Никого, — я еле заметно покачал головой. — Сразу к этим рванул. Но! — я не дал вскинувшемуся Максу сказать ни слова. — Я видел, как Шустрик ковырялся в замке у одной из камер. Думаю, они и без меня там разберутся.
— Это плохо, — пробормотал Макс. — Надо было хотя бы десятка два заключённых освободить. А лучше ещё больше.