Первая любовь. Ты мой кофеин (СИ)

  
Первая любовь. Ты мой кофеин
 
Елена Зандерболт
   
Пролог. Мир разобьет тебе сердце в любом случае
 
Ноябрь выдался крайне холодным, пусть снега и не было. На фоне сухого промозглого города пара молодых людей смотрелась контрастно. Она — в длинном роскошном черном платье без бретелек, он — в строгом костюме. Кожа девушки покрылась мурашками, но она продолжала стоять на открытом балконе столичного дворца. Будто была загнана в угол, угодила в лапы мужчины, нервно кусающего свои губы.
— Знаешь, я все это время… — глубоко вздохнул молодой человек, — все это время хотел с тобой поговорить.
Девушка молчала. Все смотрела на город и мысленно убеждала себя в том, что происходящее нереально. Не прошло два года с их расставания, да и в принципе не было в ее жизни главы, где она была знакома с Сергеем Бондиным, самым известным молодым актером современности, по которому сходят с ума сотни тысяч девушек. Пусть лучше пустота, темнота и незнание, нежели он.
Парень счел тишину как разрешение продолжать.
— Прости меня, — даже как-то слишком быстро произнес он. Будто зажег салют и срочно убежал подальше, чтобы ничего в него случайно не прилетело. И стал следить за девушкой, ожидая этот фейерверк и все равно готовясь ко всему. Он много раз пытался забыть Катю Романову, вычеркнуть ее из своей жизни, сжечь пройденную главу. Но сердце решило иначе, крепко вцепившись в любое воспоминание о блондинке с круглыми небесно-светлыми глазами и солнечной улыбкой.
— Это все, что ты хотел сказать? — спросила она. Сережа поежился. Холод был как на улице, так и в ее тоне.
— Н-нет, — неуверенно произнес молодой человек. Пытался срочно найти подходящие слова, но решил говорить все то, о чем думал в моменте. — Может, раз судьба меня и тебя сталкивает, есть еще надежда, что у нас…
— Нет, — сразу же перебила его блондинка и повернулась к парню лицом. — Нет никаких нас. За два года и я, и ты стали совершенно другими людьми.
Каждое слово било пощечиной наотмашь. То по левой щеке, то по правой. И так поочередно.
— Но, — попытался перечить Бондин, — просто хоть немного сохранить то, что было. Хотя бы по-дружески…
Ни один мускул лица Романовой не дрогнул.
— Не могут быть друзьями бывшие возлюбленные.
Он не позволит ей принять такое решение, ведь уже давно поклялся себе все исправить.
  
Глава 1. Кофейня, краска и кроссовки
 
Девушка бежала прямо по лужам, оставляя на светлых джинсах брызги, того не замечая. Важнее было не выронить несколько банок краски и цветок в белом керамическом горшке. Ее телефон стабильно раз в минуту сигналил одним и тем же сообщением: «Ну где ты?» Только на которое она не могла ответить из-за занятых рук. Наконец, добежав до нужного места и зацепившись свободным мизинцем за ручку двери, девушка приоткрыла дверь и быстро подставила ногу, чтобы та не закрылась.
— Неужели, — придержал дверь изнутри молодой человек. — Кать, тебя только за смертью посылать.
— Прости, прости, прости, — протараторила светловолосая девушка, быстро сгружая на столешницу все те вещи, что тащила от метро, и громко облегченно выдохнула. — На Балтийской опять толкучка, весь город резко решил рвануть в Петергоф.
— Надо было через Нарвскую ехать, — прыснул молодой человек.
— Олеж, а вот какой черт тебя дернул найти точку в сто пятьсот километров от метро? — повернулась к парню Катя, злобно выстрелив в него молниями из глаз. — Другого места свободного не было?
— Здесь было очень выгодное предложение по аренде, — недовольно выдохнул Олег. — Да и классное место, хватит загонять. Вон, ребята напротив какой-то театр организовывают, как раз от них посетители будут. Плюс парк Екатерингоф недалеко, самое то гулять по нему с кофе. Да и вообще, у нас есть преданные покупатели, они точно приезжать будут. Короче, все продумано, Катюх, не парься. Мы завоюем свое место под солнцем. Того и гляди франшизу продавать начнем.
  
— Ты сначала эту кофейню открой, а потом уже о франшизе думай, — закатила глаза Катя. — И вообще, почему ты все еще здесь? Кто меня подгонял, что у него запись в налоговой в пять часов?
— Все, бегу! — подхватил с барного стула рюкзак парень. — Ты же поможешь с фасадом, да?
— Ну раз я краску притащила, как ты думаешь? — строго посмотрела на Олега Катя. — Иди давай, скатертью дорога.
— Люблю тебя, сестренка! — на бегу выкрикнул парень, скрываясь за дверью.
Девушка улыбнулась, заправила выбившуюся прядь светлых волос за ухо, и оглядела пространство. Полная разруха, лишь отдали напоминающая будущую модную кофейню. В разнобой поставленные стулья, столы друг на дружке, в коробках маркетплейсов подобранные Катей декорации для интерьера. Несколько минут девушка смотрела на сваленную в кучу мебель, не зная, с чего начать. Техническое открытие было запланировано на первое июля, а экран мобильного напоминал, что сегодня уже девятое июня. Оставалось меньше месяца, что волновало Катю, но не Олега, хотя сама кофейня принадлежала ему.
И так было всегда. Олег — амбициозный, устремленный к реализации постоянно возникающих в его голове идей, действующий быстро и порой необдуманно. Катя всегда тянулась за своим старшим братом, не уступая в количестве амбиций, но более скрупулезно обдумывающая каждый свой шаг. Бунтарь и перфекционистка — так их дуэт называла мама. И ведь это всегда был именно дуэт: еще с детства Олег везде таскал свою сестру за собой. Поначалу ему просто было так проще за ней присматривать, затем он стал замечать, что компания Кати, которая была младше него на пять лет, ему интересна. Даже первые девушки, которые стали появляться у Олега в подростковом возрасте, ревновали его к сестре: слишком много времени он проводил с ней.
Конечно, столкнувшись со взрослой жизнью, совместно проведенного времени становилось меньше. Сначала Олега на два года засосала активная студенческая жизнь, затем, после проваленной сессии, его на год забрали в армию. Ровно в тот момент, когда Катя столкнулась со своими первыми экзаменами, волнительными и доводящими порой до истерики. Олег прятался в казарме под кроватью, шепотом объясняя Кате по телефону задачки из ОГЭ по математике, готовый в любой момент попасться и получить наряд вне очереди, а то и два. Потом и Катю засосала суматоха выпускных классов и первые глупые отношения с неказистым парнем, лицо которого разукрасил Олег, как только дембельнулся. Просто потому, что никто не имел права обижать его сестру.
Не желая возвращаться в университет, Олег раз за разом пытался построить свой бизнес, но постоянно прогорал. Катя и мама упрашивали его восстановиться в университете на когда-то любимом им экономическом факультете, но он стоял яро против. Так же жестко он стоял за обязательное получение высшего образования Катей. Вот такой парадокс. Просто он видел себя добытчиком семьи, забирающим все обязанности по финансовой части. Как он любил цитировать актера из одного фильма, «бабки, сука, бабки» были его прерогативой, когда единственной задачей, поставленной перед Катей, было стать счастливой. И неважно, что она сама понимала под счастьем: семью с пятью детьми, учебу в лучшем университете города, новый Майбах, — да что угодно, Олег во всем был готов поддержать сестру.
Так же, как и она его. Помогала воплощать в жизнь каждую бизнес-идею. Вместе с ним сколачивала шкафы для продажи мелочевки из Китая по фиксированной цене, когда такие лавки и углы росли в Петербурге как грибы. Выбирала с ним дизайны чехлов для нового магазина аксессуаров для телефонов. Даже научилась крутить идеальную шаверму, когда Олегу приспичила идея открыть свою модную забегаловку. И вот она сейчас в очередной раз стоит посреди полного бардака, который в голове ее брата должен был стать новым успешным делом.
Но в этот раз девушка сама, как никогда, верит в успех этой затеи, потому что она их общая.