Травница для инквизитора, или Ведьмам вход воспрещен (СИ)

Кот остановился, присел и натуральным образом почесал лапой за ухом. А потом развернулся и потрусил ко мне обратно, прижав уши к макушке.
– Ну чего такое? – возмутилась я, оставляя сумки и подходя к калитке.
– Ариночка, а кто такой Ваня? – поинтересовался кот. А я мысленно хлопнула себя по лбу. Точно. Он же его не знает. Но не беда!
– Увидишь голубоглазого грустного брюнета - значит, это Ваня. Вот за ним и следи. А теперь беги давай. А то он опять пойдёт к русалкам топиться.
– К русалкам? – опешил кот.
– Ага. Давай-давай. Мы теряем время. Ты его можешь уже не догнать! – поторопила я кота.
Вася кивнул, а после понёсся по улице, выискивая светлоглазого Ваню. Честно, я не знала, есть ли в Исторе ещё такие, но очень надеялась, что грустный лишь один. Надеюсь, Вася меня не подведёт.
Пока кот выполнял важную миссию, я разобрала сумки, сложив почти всё в погреб, и прибрала на столе. А после отправилась снова на улицу, решив всё же добыть себе хлеб. Может, мельника на месте и не было, но я не намерена была отступать. Сейчас выясню, где его найти, и найду!
Дойдя до ближайшего дома, я спокойно прошла в калитку и постучала в дверь. Спустя всего минуту на пороге появилась розовощёкая малышка лет девяти с бубликом в руке.
– Привет, моя хорошая, – улыбнулась я ей. – А мама дома?
– Не-а, – покачало головой курносое чудо.
– А кто-нибудь из взрослых есть? – задала я следующий вопрос.
– Я одна, – задрав кверху нос, заявила девочка, невероятно гордясь тем, что, вероятно, осталась за главную. – А что вы хотели, тётя?
– Да мне бы узнать, где мельника найти? На месте я его не нашла.
– Ваньку-то? Странно, он никогда мельницу не оставляет. Как отец ему оставил её, так и трудится не покладая рук, – выдала, как на духу, девочка, а я тяжело вздохнула.
– Ваня, значит, да? – уточнила я.
– Ага.
– Темноволосый, голубоглазый? – очень надеясь на отрицательный ответ, всё же спросила я.
– Он самый, – закивала моя собеседница. – Так вы его видели?
– Да, видала. Только не поняла, что он и есть мельник. Спасибо тебе, – поблагодарила я малышку, а после вернулась к себе.
Ну Арина, молодец. Теперь хлеба не видать как своих ушей. Надо было сначала у паренька-то спросить, чего он на реке делал и чем вообще занимается, прежде чем отворот-поворот давать. Теперь даже непонятно, кто из нас дурак. Я или Ваня.
Погоревав немного, я всё же решила попытать счастья и обратиться к парню за помощью. По факту я просто отказала ему, придумав причину. Он пока не в курсе, что я солгала. А значит, шанс есть.
Я успела только встать со своего места, когда вдруг в дверь кто-то постучал. И на пороге я с удивлением обнаружила моего воздыхателя с Васей подмышкой.
– Госпожа травница, – решительно обратился он ко мне, серьёзно смотря на меня своими синими глазами. – Я всё решил! Не дано вам детей иметь, и не страшно. Буду любить вас всё равно! – заявил он, а я икнула. Вот это поворот. И что мне теперь-то делать?
Пару минут я тупо пялилась на сына мельника. Честно, его настойчивость поражала. С трудом верилось, что такие мужчины, как он, существуют и что один такой достался именно мне.
На секунду я представила свою жизнь с Ваней, мельницу, возможно, всё же детей целый выводок, и кота, который с укоризненной мордой сообщал: “А я говорил!”
Так-то Вася насчёт этого ничего не говорил. Но точно бы такую морду строил. Укоризненную. Чтобы мне стыдно было.
Тряхнув головой, я прогнала пугающие картинки моего вероятного будущего и улыбнулась Ване. Вполне приветливо. Что уж он так дёрнулся в ответ, я не знаю, но я даже не скалилась. Хотя очень хотелось.
– Иван, – с официозом обратилась я к местному мельнику. – Вы меня, конечно, извините, но я здесь человек новый. Мне бы для начала обустроиться в Исторе, с дриадами договориться, русалок приструнить, чертей поганой метлой по лесу погонять, может, ещё кого… К сожалению, в ближайшее время совсем будет не до чего. Возможно, позже… – намекнула я ему, что на него у меня тоже времени нет. – А мне ведь ещё и по дому похлопотать надо. А у меня ещё не все продукты есть. Мне вот честно сказать, даже хлеб не из чего испечь…
 
Что ж, кажется, с аргументами я всё же палку перегнула. Надо было выдать один и остановиться, но меня же понесло. Не удивительно, что Ваня принял к сведению лишь последний.
– Госпожа травница, так я сейчас! Муки вам принесу. Я мигом. Никуда не уходите! – сообщил он мне и, резко развернувшись, рванул обратно под судорожный мявк моего Василия. Добежать успел только до калитки, когда сообразил, что без кота будет быстрее.
Вернувшись ко мне, он сунул Васю мне в руки и произнёс:
– Вам скучно, наверное. Вот, кота вам принёс. Всяко веселее с ним будет, – сообщил он мне и, под мой изумлённый взгляд, подтянув штаны, рванул от меня по улице в направлении к мельнице. Я только и видала его сверкающие вдалеке пятки.
– Вот дела… – протянул Василий, покачав головой. – И что делать-то думаешь? Ведьма лишь по любви жениться-то может. Никак иначе. Иначе дар потеряет.
– Даже и не думала, – махнула я рукой, возвращаясь в дом и закрывая за собой дверь. – Чай не дурак, со временем поймёт, что я его от себя отталкиваю. Тогда и отстанет.
– Ой, не знаю. Как бы через некоторое время ты ни оказалась с ним рука об руку перед старостой. Уж больно он настырный, – с сомнением в голосе протянул кот.
– Я настырнее, – усадив фамильяра на толстенный импровизированный подоконник в виде выпирающего бревна, сообщила я. – И вообще, Вась, нам сейчас не до этого. Тут, похоже, все распоясались. Русалки на дно людей утаскивают, а дриады по лесам всех подряд водят. Надо бы разобраться. Нам здесь с тобой ещё жить. Ещё инквизитор этот тут бродит постоянно… – пробормотала я, почему-то вспомнив про Димитрия. Его-то я как раз сегодня ни разу больше не встречала. Но почему-то он мне вспоминался.
Ну это и немудрено. Боялась я его. Всё же укажи он на меня пальцем и сообщи всем, что я ведьма и никто же против не будет. Он тут своего рода обличительная власть. Закон во всей его красе. Страшно притягательной.
– Да ты ж ведьма. Кто тебя посмеет ослушаться тут. Нечисть эта, что ли? Глупости. Один раз в лес сходишь, и все как мышки станут, – уверенно заявил Василий.
– Думаешь?.. – всё же с сомнением протянула я.
– Однозначно!
Вася был, конечно, спокоен, заявляя такое. И, вероятно, знал, о чём говорит. Но я чувствовала: не может быть всё так легко. Точно не может. Иначе бы травница на ровном месте здесь не пропала. Нечистое здесь что-то, и мне предстоит с этим разобраться.
Впрочем, тащиться сегодня в лес я не планировала. Для начала занялась продуктами. И первым делом, заготовкой мяса. Не знаю, как и где здесь его хранили, но я решила сразу использовать все запасы. Колбасы я тут не найду, а значит, придётся мясо хотя бы завялить.
Конечно, часть я оставила на жарку на вечер, упрятав в погреб вместе с молочкой.
А вот внушительный кусок оставила, первым делом, найдя соль и тару, в которой и засыпала приправой мясо. И тоже спустила в погреб, решив через три дня вернуться к нему.
Пока расставляла припасы на полках, занятая благим делом, не услышала, как в дверь постучали. Поэтому, поднимаясь по лестнице наверх, дико испугалась, когда кто-то подхватил меня под руку, помогая выбраться.
Опомниться не успела, как оказалась наверху, прямо перед внимательным взглядом Димитрия.
– Господин инквизитор, с чем пожаловали? – выдохнула я, успокаивая бешено колотящееся в груди сердце.
– Да вот пришёл проведать, госпожа травница, как вы тут устроились, – всё ещё держа меня под локоть, заявил он. И мне бы хоть немного отстраниться, но как, когда хватка мужчины напрочь пригвоздила меня к одному месту. А попытка отклониться назад лишь привела к тому, что Димитрий навис надо мной, словно коршун. И при этом смотрел таким взглядом, что, казалось, знает обо мне всё. Даже то, что я и сама о себе не ведаю.