Травница для инквизитора, или Ведьмам вход воспрещен (СИ)

В общем, орали мы с Гошей синхронно. Я от ужаса, обнаружив в своих волосах огромного паука - свою дикую фобию, он - вероятно, от испуга.
Вася, который лежал у меня в ногах, пытался угомонить нас, крича наши имена поочерёдно. Но какой там. Орали мы долго. Пока кот не додумался свечи зажечь, освещая комнату. Лишь тогда мы с пауком примолкли, тяжело дыша и смотря друг на друга ошалелыми глазами.
Сердце всё ещё испуганно билось в груди, а тело словно онемело и больше не слушалось. Я никак не могла взять себя в руки и убедить в том, что этот паук мне не навредит. Хотя бы потому что вроде говорящий. К слову… а почему он говорит?
Насколько помню, Вася, будучи фамильяром Арины, молчал. Лишь со мной заговорил. Хотя чему я удивляюсь? Небось опять благодаря ведуньим силам.
– Что ты тут делаешь? – наконец чуточку придя в себя, задала я вопрос Гоше. Паук дёрнулся, я следом, чуть ли не падая с кровати, запутавшись в одеяле. Но скорее от неожиданности, чем от испуга.
– Агафья, это ты? – часто моргая спросил он. Но тут же добавил: – А, нет. Её же здесь нет. Мне нужно найти его! Где же он… – словно и не замечая нас с Васей, изумлёнными взглядами, следящими за пауком, пробормотал Гоша. А после, проворно перебирая своими лапами, направился прочь с кровати, а следом и из комнаты.
– За ним! – прошептала я коту, осознавая, что творится что-то очень важное.
Паук явно что-то вспомнил. И ищет это. Зачем только неясно. Но с этим разберёмся по ходу дела, а пока…
Прям в длинной сорочке, которую я надыбала в вещах Агафьи ещё в первый день, я на цыпочках последовала за пауком, держа в руках подсвечник с горящей свечой. Да, Гошу я еле видела в этом свете, и в какой-то момент, когда мы покинули избу, мне даже показалось, что я его потеряла, но Василий был моим спасательным кругом. Он, без сомнений, следовал за Гошей прямиком к бане. Там и исчезая за дверью.
В голове начали складываться кусочки пазла. И хотя их было не так и много, но…
– Банник, – прошептала я, переступая порог.
– Да, госпожа травница? – тут же последовал ответ.
– А последние гостинцы от Агафьи тебе, случайно, не паук ли передавал? – полюбопытствовала я, осознавая, что больше некому.
– Всё так, госпожа травница. Он приносил исправно. А потом пропал. И вот заявился без ничего опять… – признался он.
– Что ж ты молчал-то? – спросила я его, недовольно прицыкнув.
– Так, запамятовал. Ослаб совсем… память уже не та… – посетовал он, а я тяжело вздохнула.
– Потерпи немного. Завтра всё получишь, – пообещала я, делая себе зарок отдать баннику всю буханку ржаного хлеба.
Странно, но жители Истора, вчера принеся продукты, положили лишь обычный белый хлеб, чему я была несказанно рада, решив с утреца навернуть с кашей, которую обязательно сварю. А вот чёрный… они словно и не пекли его. Хотя ржаная мука у них и была. Может, поверье было какое… Кто знает. На этот счёт я решила не заморачиваться. Завтра сделаю хлебушек, и проблема будет решена. А в следующий раз просто буду подгадывать, чтобы дрожжи вовремя настаивались, к сроку, когда баннику хлеб нужно будет отдавать.
Нырнув из предбанника в саму парную, я обнаружила Васю в дальнем углу, а там и Гошу, который замер на стене и не шевелился.
– Ну что тут? – шепнула я фамильяру.
– Да ничего, – ответил тот. – Бормочет чего-то…
– Найти… надо найти… Агафью нельзя подвести, – раздался голос паука.
– Гош, – осторожно приблизившись, прошептала я. – А давай мы тебе поможем. Что найти-то надо? – спросила я, а паук примолк. Но ненадолго:
– Амулет от источника. Найти надо, – вдруг ответил он. – Агафья его здесь спрятала. Чтобы ведьма его не нашла.
– Ведьма? – удивилась я, переглядываясь с котом. – Какая ведьма?
– Которая Агафью в плену держит… – последовал ответ, который вверг нас с Васей в откровенный шок.
Вот это поворот. Так в Исторе ведьма? Но как она здесь оказалась? А как же магический щит?..
Вряд ли Гоша мог ответить хоть ещё на один мой вопрос. Паук вдруг дёрнулся и поспешил куда-то. Но парную покидать не собирался. Он тщательно обследовал стены, пол и потолок, пытаясь найти вышеупомянутый амулет. Но тщетно.
 
Мы с Васей тоже не стали отсиживаться. Картинка сложилась полностью и стало ясно: Агафья, даже находясь в плену, пеклась лишь о том, чтобы выполнить условия договора с банником. Она не могла позволить, чтобы баня сгорела и с ней же сгорел амулет. А значит, он очень важен. Просто в последние две-три недели, что-то у неё пошло не так. Может, Гоша начал память терять из-за слабости Агафьи или хлеб она больше не могла добывать. А что, вполне реально. Ведьма, которая пленила её, могла перестать выдавать ей ржаной хлеб.
Ладно, сейчас не об этом. Надо найти этот амулет и как можно скорее. Нельзя, чтобы он здесь оставался. Я за баней особо не слежу, да и дома иногда отсутствую. Будет лучше, если он всегда будет при мне.
Если бы я была Агафьей, где бы я спрятала амулет?
Травница была уже немолода, а значит, вряд ли бы прятала куда-то подпол или наверху. Стены?.. Какая-то деревяшка скрывает нишу? Стоп! Точно не в парной. Здесь слишком жарко. Амулет может попортиться, ну я так думаю.
Покинул парилку, я вернулась в предбанник, окидывая его цепким взглядом.
– Вась, посмотри под лавками и столом, снизу ничего не прицеплено? – попросила я кота, который без лишних разговоров бросился проверять мебель.
Сама же я направилась к зеркалу, которое было совершенно непригодным. Да, отражение в нём можно было разглядеть, но с трудом. Поэтому его предназначения было понять трудно. Его бы убрать отсюда вовсе, но оно здесь висит.
– Нет ничего, – отрапортовал кот, а я кивнула, оставляя подсвечник на столе и возвращаясь к зеркалу.
Ухватившись за раму, я приподняла тяжеленный предмет, снимая его с петель и тут же разворачивая к себе тыльной стороной.
Бинго!
Толстая деревяшка, на которую было приклеено зеркало, имело прорезь. А там и синий камень в золотистой оправе с тонкой витой цепочкой. Поддев ногтем амулет, я выудила его и забрала себе, возвращая зеркало на место.
– Гош, – заглянув в парную, позвала я паука. – Пойдём в дом. Поговорить надо, – попросила я паука.
– Мне надо найти. Агафья ждёт… – возразил паук, не собираясь уходить отсюда с пустыми лапами.
– Пойдём, – снова настояла я. – Я знаю, где амулет. Но прежде надо поговорить…
– Знаешь? Так давай скорее! – тут же оказался подле меня он, протягивая две передние лапы.
– Гош, – покачала я головой, с трудом удержав себя на месте. Уж слишком резвым он оказался. – А ты помнишь, где Агафья?
– Где? – задумчиво протянул он, замирая на несколько минут. Но после, с сожалением отвечая: – Кажется, нет. Я всё забыл… – чуть ли не плача признался он.
– Пойдём. Я тебе сама мух наловлю. Спасём твою Агафью, обещаю. Ты только расскажи всё, что помнишь. Может, я знаю место, где её держат… – попросила я, пытаясь его утешать. И сработало. Гоша тут же запрыгнул мне на плечо, вызывая сдержанный вдох.
Уже хорошо. Хотя мне до сих пор зябко оттого, что он рядом. Но я начала к нему привыкать. Однозначно, привыкать. Просто не так-то просто справиться со своей фобией. Но я на верном пути.
Вернувшись в дом, я усадила паука в его гнездо, устраиваясь на табурете и дождавшись Васю, примостившегося рядом, положила на стол найденный амулет.
– Это он! – тут же воскликнул паук, а я кивнула.
– Хорошо. А теперь расскажи всё, что знаешь. Про амулет, ведьму и место, где держат Агафью. И не торопись. Вспомни каждую деталь. Это очень важно!
Пару мгновений паук молчал. Но именно они оказались драгоценным временем, которым воспользовался неизвестный гость. Громкий стук в дверь чуть не заставил мою душу покинуть это тело. Я подскочила на табурете, прижимая к груди руку и бормоча проклятья себе под нос, словно самая настоящая ведьма.
– Кто? – обретя возможность говорить, спросила я, кое-как поднимаясь на дрожащих ногах.