Обещанная дракону (СИ)

Ее темно-синее платье запылилось. Юбка в нескольких местах порвалась, когда она зацепилась ею за острые камни во время подъема. Добротные кожаные перчатки висели перекинутые через ремень на поясе.
Золотые волосы были заплетены в косу, которая растрепалась и больше не была закручена у затылка. Заколка, удерживающая их там ранее, потерялась где-то по дороге.
Руланд сидел на плоском валуне недалеко от яркого луча света, бьющего из трещины наверху, и не мог оторвать взгляд от Тиа, любуясь красавицей, которая совсем скоро станет его. Она хоть и была низкой, но очень соблазнительной. У нее были хрупкие узкие плечи, тонкая талия и широкие бедра, которые еще сильнее подчеркивала подобранная свободная юбка дорожного платья.
Волнительный жар пробежал по телу, и он с трудом заставил себя остаться на месте. Как же ему хотелось снова прижать ее к себе, почувствовать лихорадочное сердцебиение в ее груди, коснуться притягательных губ, вдохнуть сладкий аромат жимолости с ее кожи.
Тиа умылась, когда утолила жажду, и взмахнула руками, стряхивая капли. Заправив выбившиеся из косы золотые пряди за ухо, она с опаской осмотрела пещеру и подошла к нему. Руланд протянул ей завернутое в полотно вяленое мясо.
Тиа развернула ткань и недоверчиво принюхалась. Она обреченно вздохнула и вгрызлась в жесткий кусок.
Руланд с трудом сдержал смешок. Тиа резко подняла голову, уставившись на него прищуренными глазами. Нахмурившись, она возмущенно покраснела. Видимо, все же не сдержал.
— Не смотри на меня так, — пробубнила она себе под нос, раздраженно жуя мясо. — Терпеть не могу такую пищу. По этой причине я не ездила на сезонную охоту с папой и Айриком.
— Только по этой? — заинтересованно прищурился Руланд и облокотился на колено, слегка наклоняясь в ее сторону.
Тиа кивнула и покрутила в руке мясо.
— Я умею охотиться, ты не подумай. Папа говорил, что я хорошая лучница. Меч, конечно, не мое, но стрелы всегда бьют в цель. Просто, походная романтика, как выражался папа, меня никогда не привлекала. Хотя выбраться из замка стало тем, чего мне давно не хватало, — она глубоко вздохнула и отстраненно уставилась на звонко разбивающиеся о камни капли воды. — Я словно смогла наконец вдохнуть полной грудью.
— Я рад, что ты не жалеешь.
— Нет, что ты! Спасибо, что настоял на моем участии в ритуале, — Тиа широко улыбнулась. — Иначе эти генералы не выпустили бы меня никуда. Замок слишком давит в последнее время. Там стало так мрачно.
— Твое участие действительно необходимо в ритуале, — улыбнулся Руланд, ловя на себе скептический взгляд серо-голубых глаз. Полные губы соблазнительно поджались в недоверчивой усмешке. — Только ты сможешь пробудить хранителя гор.
— Что это значит? — Тиа нахмурилась, мгновенно становясь серьезной.
Это была еще одна отличительная черта юной королевы, которой восхищался Руланд. Чем бы она ни занималась, как бы себя ни чувствовала, но когда того требовали обстоятельства, Тиа могла собраться и действовать. Решения она старалась принимать, тщательно взвесив все имеющиеся факты, все за и против.
Пожалуй, единственный раз на его памяти, когда Тиа совершила что-то необдуманное, случился сегодня утром. Это был крайне опрометчивый поступок — отправиться в горы без надзора своих воинов. И Руланд был крайне доволен этим фактом. Это позволило им наконец остаться наедине.
— Узнаешь сегодня вечером, когда прибудем на место.
— Далеко еще? — она осмотрела пещеру. На ее лице без труда читались опасения.
— Пройдем отрог насквозь, воспользовавшись этой пещерой.
Руланд завернул остатки вяленого мяса в плотную ткань, убрал в сумку и спрыгнул с валуна. Поправив плащ, он протянул руку Тиа.
Она отряхнула ладони, убедилась, что они чистые, и робко вложила свои тонкие пальчики в его. Ее кожа была холодна то ли от волнения, то ли от ледяной воды, которой она умывалась ранее.
— Ты не голоден? — Тиа обеспокоенно покосилась на него и нервно прикусила нижнюю губу.
Остатки самоконтроля, которые у него были, напоминали мыльный пузырь, готовый вот-вот лопнуть. Руланд из последних сил сдержал себя от того, чтобы притянуть ее в свои объятия и поцеловать уже в эти соблазнительные губы.
 
Отрицательно покачав головой, он выпустил бурлящее в крови пламя на свободу, зажигая на ладони. Лепестки огня взметнулись вверх и закружились вокруг пальцев. Это позволило немного снять напряжение, в котором он находился с момента, как они проснулись этим утром, когда она прижималась к нему в поисках защиты. Если вообще не с первого взгляда на эту соблазнительную золотоволосую красавицу.
Руланд постарался немного притушить полыхающий на его ладони огонь, чтобы он не выглядел устрашающим.
Тиа любопытно покосилась на него. Ее пальцы дрогнули, но она отдернула руку, спрятав в складках юбки.
— Можешь коснуться, оно не горячее, — прошептал он, не уверенный, что сможет контролировать собственный голос. Все силы уходили на то, чтобы сдержать пламя в душе.
Тиа бросила на него неуверенный мимолетный взгляд и на секунду задумалась. На ее щеках заиграл румянец, и она выпустила его руку, шагнув перед ним. Ее плечи дернулись, когда дрожь пробежала по ее телу, но она смело протянула ладошку вперед. Ее пальцы застыли в нескольких сантиметрах от извивающихся в танце языков пламени. Она опасалась приблизиться слишком близко.
— Оно теплое, — Тиа прикусила губу и подняла бездонные серо-голубые глаза, заглядывая ему в самую душу. — Я чувствую исходящее тепло.
— Не горячее, — кивнул Руланд, с трудом заставляя себя не шевелиться и не спугнуть ее. — Не обожжешься. Доверься мне.
Тиа еще сильнее прикусила нижнюю губу, судорожно сжала юбку в левой ладони и протянула правую вперед, погружая в огонь. Руланд поймал ее пальцы и переплел со своими.
Тиа ахнула и снова подняла на него широко раскрытые глаза цвета неба. На ее щеках растекся густой румянец. Золотые пряди, выбившиеся из прически и обрамляющие ее лицо, сияли в свете огня, как драгоценный металл. Судорожное дыхание вырвалось из ее приоткрытых губ, и сладкий аромат жимолости стал ярче. Тиа очень осторожно потянула руку назад, пытаясь забрать свои пальцы из его хватки.
Руланд нехотя разжал ладонь. Он не желал рисковать ее доверием. Не сейчас, когда практически приручил ее.
Тиа шагнула назад и спрятала обе ладони за спиной. Ее взгляд опустился к сапогам. Едва слышное судорожное дыхание срывалось с ее губ. На нежной коже щек играл яркий румянец, выдающий ее с потрохами.
Руланд довольно прищурился, зная теперь уже наверняка, что его чувства были взаимны. Ее тянуло к нему так же, как и его к ней. Осталось всего немного, и он заполучит ее. Как бы она ни старалась держать между ними дистанцию, но Тиа будет его.
Руланд первым шагнул во мрак коридора, ведущего в недра горы. Он протянул руку вперед, освещая путь для нее пламенем на своей ладони. Тиа не отставала от него ни на шаг, хотя и старалась не касаться опущенной для нее руки.
Глава 8
Тиа сидела на жестких камнях и напряженно пялилась во мрак. Слух обострился настолько, что собственное дыхание казалось оглушительно громким. Страх липкими лапами полз по спине, и холод растекался в животе, сковывая пальцы.
Солнце давно село где-то за горами, а луна еще не успела подняться достаточно высоко, чтобы осветить ущелье. Отвесные скалы поднимались со всех сторон высоко вверх, напоминая стены, созданные самой природой. Внизу не росло абсолютно ничего. Все дно было усыпано камнями разного размера. Они чернели во мраке, играя с воображением и пугая еще больше.
Руланд привел ее в ущелье с последними лучами заходящего солнца. Со всех сторон высились скалистые горы, и Тиа совершенно не нравилось, что они словно давили на нее, угнетая своей массой и безжизненностью. Появилось ощущение, что она сама себя загнала в ловушку. Оно только усилилось, когда Руланд сказал, что на этом их пути расходятся и он должен будет в одиночку начать ритуал. Что делать дальше, Тиа поймет сама, когда придет время.