Обещанная дракону (СИ)

На Эллен Тиа было надето роскошное сине-золотое платье, традиционное для севера. Оно открывало ее хрупкие и нежные плечи, но закрывало руки до середины запястий. Красивая вышивка обрамляла вырез платья и внутреннюю часть рукавов. От локтя внешняя ткань рукавов расширялась, спускаясь до колен. Тонкую талию свободно охватывал широкий золотой пояс с длинным концом спереди. Его украшали белые и синие жемчужины.
Руланд прикрыл глаза, мечтая увидеть на Эллен Тиа свои цвета, символы своего рода. Кто бы сказал ему раньше, что все обернется именно так, он бы ни за что не поверил. Особенно учитывая, что он вообще не желал покидать дом, но ему просто не оставили выбора. Сейчас он даже злиться на друзей не мог.
Когда он только ехал сюда, Руланд собирался занять место при дворе, добиться расположения принцессы или ее мужа и стать советником при правителе. После смерти короля он бы разжег вражду между амбициозными лордами, чтобы в своих междоусобицах они не заметили, как он и его друзья забрали королевство себе.
Вот только все планы рухнули, стоило увидеть прекрасную хрупкую девушку, сидящую на троне и смотрящую на него так, словно он был смыслом ее жизни. Пламя горячило кровь в ответ на ее взгляд, испытывая весь его самоконтроль. Все инстинкты кричали о том, что она была его. За прошедшие две недели он только уверился в этом. Как бы странно ему это ни казалось, но Руланд привык доверять своему чутью. Оно еще никогда не подводило его, не раз спасая жизнь. Так что теперь он даже мысли не допускал, что кто-то мог забрать Эллен Тиа у него. Ее мужем станет он и никто другой.
— Король умер, — зычно провозгласил жрец, вырывая Руланда из волнительных мечтаний.
Одетый в бело-красную рясу старец поднял над головой погребальную корону из терновых лоз. В зале воцарилась гробовая тишина. Жрец провел короной над курящимися благовониями и надел ее на статую короля, стоящую на постаменте рядом с тронной ложей. Этим вечером она займет свое место в королевской усыпальнице в недрах замкового утеса.
— Да здравствует новая королева! — жрец поднял над благовониями богато усыпанную драгоценными камнями корону.
Затем он шагнул к коленопреклоненной Эллен Тиа и опустил символ власти на ее голову. Он коснулся ее плеч благоухающими снопами луговых трав и прочитал молитву, прося ветер и пламя быть милостивыми к новой правительнице, прося низших богов защитить и уберечь ее.
Юная королева поднялась с колен и развернулась к своему народу. Полуденный свет из высоких окон отразился от драгоценных камней в короне, и солнечные зайчики заиграли по всему тронному залу.
Подданные опустились на одно колено и склонили головы, приветствуя свою правительницу. Руланд с интересом покосился на лордов, управлявших земными наделами. Они все как один преклонили колени, признавая ее власть, как и обещали. Никто не осмелился оспорить ее право, не то чтобы Руланд позволил бы им сделать это теперь. Это королевство будет принадлежать ему и Эллен Тиа, которая совсем скоро станет его по всем законам этого мира.
Королева Золотогорья величественно прошла по ковровой дорожке мимо склонившей головы знати к выходу из тронного зала. Во внутреннем дворе замка ее ждали подданные, которым не хватило места внутри.
Собравшиеся гости поднялись с колен, когда она покинула зал, сопровождаемая стражей, и отправились следом. Волнительный гомон наполнил коридоры замка.
Руланд подошел к окну, когда основная толпа схлынула. Сквозь витражи, закрывающие нижнюю часть стекла, разглядеть что-либо не представлялось возможным, но до острого слуха все равно доносились крики чествования новой королевы.
Народ любил ее. Несмотря на то, что она была юна и выглядела такой хрупкой. Несмотря на то, что к их землям подошла вражеская армия. Несмотря на то, что она была последней из своего рода. Они знали, что их королева была сильна духом и собиралась сражаться за них, за их благополучие.
Глава 6
Солнце поднялось в зенит и ярко светило на безоблачном небе. Легкий ветерок шелестел молодой листвой. Терпкий аромат травы и древесных почек наполнял воздух. Поздняя весна радовала неожиданно теплой и ясной погодой.
 
С одной стороны, это позволяло без проблем перебрасывать отряды с одного места на другое, сутки напролет тренировать ополчение и не переживать за обозы. С другой, ничто не задерживало приближающуюся вражескую армию.
Тиа потрепала по гриве верного скакуна и ослабила натяжение поводьев, когда он остановился в палаточном лагере рядом с генеральским шатром. Вокруг гарцевали кони солдат, сопровождавших ее. Руланд соскочил на землю первым и протянул ладонь, предлагая помочь ей спешиться.
Сердце волнительно затрепетало в груди. Губы дрогнули, когда Тиа попыталась сдержать польщенную улыбку. Опустившись с его помощью на землю, она поправила юбку дорожного платья, сняла перчатки и прикрепила их к поясу.
Руланд окинул ее внимательным взглядом, словно проверял, все ли с ней в порядке. Улыбнувшись, он предложил ей свою руку. Тиа благодарно кивнула и положила ладонь на его предплечье. Она очень старалась сохранить невозмутимое выражение на лице и надеялась, что ей удалось скрыть смущение, вспыхивающее в ней каждый раз, когда он уделял ей знаки внимания.
За прошедшую после похорон неделю Руланд не отходил от нее ни на шаг, сопровождая на советы и тихой тенью присутствуя в тронном зале, когда она принимала просителей. Когда Тиа попыталась осторожно выяснить, что ему было нужно от нее, он лишь снисходительно улыбнулся и ответил, что беспокоился о ее здоровье и не хотел, чтобы что-то или кто-то подорвали его.
Тиа не могла не признать, что его постоянное присутствие, ненавязчивая забота и поддержка помогли ей справиться с тоской, пришедшей со смертью отца. Его теплые взгляды, нежные улыбки и хрипловатый смех растопили холод в ее сердце, заставив его снова чувствовать. В ней снова поселилась надежда, что, возможно, все будет хорошо, что они со всем справятся, что сумеют отразить вторжение, и каждый в королевстве получит шанс на долгую счастливую жизнь. Она искренне была признательна ему за это.
Вдобавок ко всему Руланд оказался интересным собеседником, который многое знал о мире, о соседних королевствах. Он охотно делился с ней историями о том, как он путешествовал и к Южному морю, и даже за Белые Пески. Это казалось невероятным, но обвинить его во лжи Тиа не могла, ведь сама она никогда не была за пределами Золотогорья.
Еще Руланд постоянно оказывал ей знаки внимания, которые Тиа не могла не заметить, даже будучи неискушенной в подобного рода отношениях вообще. Он всегда следил за тем, чтобы она была сыта, не засиживалась по вечерам с отчетами, и никто не повышал на нее голос на советах. Он открывал перед ней все двери и любезно помогал носить тяжелые свитки. Это было ни к чему, ведь Тиа совсем не была слабой, в ее венах текла сильнейшая кровь севера, но ей все равно было безумно приятно чувствовать себя хрупкой рядом с ним. С каждым прошедшим днем она чувствовала, что все сильнее влюблялась в мага с обворожительной улыбкой.
Тобиаса он бесил. Генерал уже не раз высказывал свое мнение относительно него, подкарауливая Тиа утром в ее покоях. Он был обеспокоен, что этот чужеземец не был тем, за кого себя выдавал. Особенно учитывая, что информации о нем не удалось собрать. Ни один из владельцев гостиниц, где Руланд останавливался, пока не прибыл в столицу, ничего о нем не знал. В соседней Борлонии о нем тоже ничего не слышали. Поэтому Тобиас вполне логично переживал, что маг разобьет сердце королевы, захватив власть через нее.
Королевы…
Тиа прикрыла глаза, все еще не до конца привыкшая к тому, что ее статус изменился. И хотя она уже больше года управляла королевством вместо отца, новый титул немного смущал. Относительно обязанностей и ответственности ничего не изменилось, но окружающие стали смотреть на нее иначе. Еще и зачастили письма с предложениями замужества от разных знатных иностранцев на радость советникам. Эти зазнавшиеся старики только и пытались, что спихнуть ее замуж за кого-нибудь повыгоднее, чтобы и титула не лишиться и армией обзавестись.