Огненная буря (ЛП)

Я разговаривала с Дуэйном, пытаясь отвлечься от желания пойти и лизнуть бицепсы одного конкретного байкера, когда почувствовала у себя за спиной жар. Широкая ладонь крепко сжала мое бедро. Мне даже не нужно было поворачиваться, чтобы узнать, кто это, — пламя, вспыхнувшее от простого прикосновения, сказало мне об всем.
— Мы уходим. Сейчас же, — приказал хриплый голос мне на ухо.
Эротическое обещание в его тоне плюс тот факт, что я страдала от женского эквивалента посиневших яиц, заставили меня кивнуть.
— Пока, Дуэйн. — Я помахала ему рукой, и он ухмыльнулся прозвищу, которым мы с Гвен его наградили.
— Пока, детка. — Его взгляд упал на Брока. — Везучий ублюдок, — пробормотал он.
Брок развернул меня, и я чуть не ахнула от того, как чертовски сексуально он выглядел, весь такой угрюмый и возбужденный.
— Забрала свои шмотки, детка? — нетерпеливо спросил он.
Я помахала ему своей сумочкой от Chanel.
— Хорошо, — пробормотал он, потянув меня за руку к своему байку.
Я послушно последовала за ним, мои трусики уже намокли от предвкушения. Мы подошли к его мотоциклу, и он повернулся, чтобы оглядеть меня с головы до ног. Жар от его взгляда чуть не заставил меня спонтанно воспламениться.
— Тебе нужна куртка, — сказал он, нахмурившись.
— Мне не нужна куртка, — возразила я.
— Детка, до моего дома двадцать минут езды, а после захода солнца на байке холодно. Тебе нужна гребаная куртка.
Я скрестила руки на груди.
— Тогда, поехали ко мне. Это примерно в двух минутах езды, — предложила я.
Брок бросил на меня взгляд.
— Я намерен трахать тебя все выходные. Не хочу беспокоиться о том, что соседи услышат, как ты кричишь после того, как я заставлю тебя кончить сильнее, чем когда-либо за всю твою жизнь.
— Ладно, тогда, едем к тебе, — сразу же согласилась я хриплым голосом.
Брок снял куртку и протянул ее мне. Я немедленно ее натянула, вдыхая его мужеской аромат. Он бы заработал миллионы, если бы понял, как разливать это дерьмо по бутылкам.
— Теперь тебе будет холодно, — заметила я.
— Искорка, с твоим горячим телом, прижатым ко мне, это будет похоже на поездку сквозь гребаную огненную бурю, — заявил он, протягивая мне шлем.
Ну, тогда ладно.
Поездка к Броку прошла потрясающе. Мне не хотелось это афишировать, но раньше я никогда не ездила на мотоцикле. Можно было подумать, что в моей подростковой кампании, нацеленной на то, чтобы злить родителей, мальчик с мотоциклом должен был где-то участвовать. Для предков из Верхнего Ист-Сайда такое стало бы окончательным «идите на х*й». Но возможности у меня так и не представилось.
И все же моментов «идите на х*й», о которых родители вспоминали с нежностью, было предостаточно. Как тогда, когда я заменила весь обслуживающий персонал на одном из благотворительных мероприятий матери стриптизершами. Веселая выдалась ночка.
Я не хотела афишировать Броку свою девственность в плане езды на мотоциклах, поэтому просто сделала то, что делала всегда по жизни: притворилась, что такое мне не впервой. Не проявляя ни капли беспокойства, я запрыгнула на байк, будто делала это сотни раз. Трепет от того, что я мчусь по дороге под звездами, прижимаясь к, возможно, самому горячему парню, которого я видела вблизи, не поддавался описанию.
И это был совершенно особый вид прелюдии. От вибрации байка между бедер у меня чуть не перехватило дыхание. Проникнув руками под футболку Брока, я провела ногтями по его твердому, как камень, прессу. Удержаться было невозможно.
К тому времени, когда мы оказались у Брока, можно было с уверенностью сказать, что я достаточно возбудилась. Я догадалась, что Брок чувствовал то же самое, потому что, как только он заглушил мотор, вместо того, чтобы спрыгнуть, он перетянул меня вперед, усаживая к себе на колени.
И все это на байке.
Он не опрокинулся или что-то еще. Я была впечатлена. Брок отстегнул мой шлем и отбросил его.
Он схватил меня за голову, и его рот обрушился на мой, атакуя, безжалостно трахая языком. Я со стоном прижалась к его твердому члену, трение чуть не заставило меня воспламениться прямо там. Его рука легла на мою задницу, сильнее прижимая к нему, а другая ущипнула за сосок через топ.
 
Не так много раз в своей жизни я сожалела о выборе одежды, но сейчас проклинала себя за то, что надела кожаные шорты. Все, чего мне сейчас хотелось, — это быть в платье, чтобы Брок мог сдернуть мои трусики и трахнуть на своем байке. Брок, должно быть, пришел к такому же выводу об отсутствии легкого доступа, потому что поднял нас и спешился.
— В следующий раз я трахну тебя на байке, — грубо заявил он.
Я не стала спорить.
Не отрывая от меня губ, он направился в дом, а я нетерпеливо терлась о него. Казалось, ему потребовалось несколько часов, чтобы добраться до спальни.
Он грубо швырнул меня на кровать и наклонился, чтобы сорвать с меня шорты.
Я поспешно расстегнула топ, явив его взору свою грудь без лифчика.
Брок зашипел, пожирая меня глазами.
— Господи Иисусе, детка, ты даже лучше, чем я себе представлял. У тебя охеренно идеальные сиськи. — Его взгляд переместился на мои туфли. — Они остаются. Я представлял, как буду трахать тебя в этих штуках всю ночь.
Он накрыл мое обнаженное тело своим, все еще полностью одетым. Я изо всех сил пыталась снять с него жилет, когда он снова поцеловал меня, двигаясь вниз по моей шее.
— Тебе нужно раздеться, немедленно, — приказала я.
Он оторвался от моей груди, грубо обхватив ее руками. Я застонала.
— Нет, Искорка, сначала я попробую на вкус эти соски, а затем твою киску, пока ты не кончишь. Хочу чувствовать твой оргазм на языке, пока буду трахать тебя, — прорычал он.
Мои вышеупомянутые женские прелести сделали кувырок.
— Как пожелаешь.
Его глаза потемнели, когда его рот сомкнулся вокруг моего соска. Он не был нежен. Или ласков. Но боль была еще лучше. Я чуть не кончила от одного его прикосновения к соску. Мои глаза закатились к затылку, когда он засунул в меня палец.
Он зарычал.
— Чертовски мокрая — вот моя девочка.
И снова его пальцы не были нежными, когда погрузились в меня, они двигались жестко и чертовски удивительно. Когда его рот опустился между моих бедер, я изо всех сил старалась не закричать. Со всем накопившимся неудовлетворением и тем фактом, что он очень хорошо работал языком, мне показалось, что я кончила меньше чем за минуту.
Я временно ослепла или, по крайней мере, потеряла сознание, потому что следующее, что я поняла, это то, что обнаженный Брок поднял меня, поворачивая к себе спиной. Он положил мои руки на кованое изголовье кровати.
— Не двигай руками, Спарки, — хрипло приказал он.
Я неопределенно кивнула, и он яростно поцеловал меня, прижимаясь всем телом к моей спине. Он был большим, а секс у меня был давно, так что поначалу ощущения были напряженными, особенно в такой позе. Я ожидала, что он войдет в меня сильно и быстро, но он входил медленно, пока не наполнил меня до основания. Приподнявшись надо мной, он грубо схватил меня за бедра.
— Готова к этому, Искорка?
— Да, черт возьми.
Он был жестким, суровым, непреклонным. Великолепным. Я изо всех сил вцепилась в изголовье кровати, когда он вошел в меня. Почувствовала приближение следующего оргазма, и Брок слегка сжал мою шею, заставляя выгнуть спину и дать ему больше упора, чтобы проникнуть глубже. Другой угол подвел меня к краю, и все взорвалось.
Мой оргазм не заставил его остановиться или замедлиться. Он продолжал вколачиваться в мою чувствительную плоть, и граница между удовольствием и болью стерлась. Его пальцы впились в мои бедра так сильно, что я была уверена, останутся следы. И я хотела получить его метку. Хотела доказательств того, где были его руки. Внезапно они напряглись, как и его тело, и он испытал собственный оргазм.
Мы оба не двигались, тяжело дыша, и спускаясь с небес на землю. Он потянул меня на себя, так что я, стоя на коленях, отпустила спинку кровати, и прижалась к нему спиной.