Стародуб. Том 1

Иголки бегали уж очень активно, поэтому я предпочел размять ладонь пальцами другой руки.
– А сколько времени вы тратите на подготовку при написании книги? – внезапно спросил Михаил Серов.
– Какую еще подготовку? – вопрос не показался мне странным, но честно ответить я на него никак не мог.
– Изучение исторических документов. Тех же психотипов. Вот, к примеру, какой-нибудь тихоня он же всю книгу тихоня?
– Не всегда. Может взорваться, – возразил я.
– Бросьте, это должно быть в конце.
– Но это скучно!
– Когда всю книгу он ведет себя, как надо, а потом показывает себя с иной стороны – вовсе нет. Например, тихоня оказался злодеем.
– Тоска.
– Сделайте пару намеков в середине книги!
– Современным читателям этого будет либо мало, либо незаметно.
– Значит, – психолог постучал карандашом в планшет, – вы без подготовки и проработки персонажей пишете книги, виляете характерами, как можете, пишете почти каждый день. Ну хоть что-то вы узнаете перед написанием книги? И ли в вашей литературе в прошлом веке на «мерседесах» ездили?
Я завис на некоторое время и даже перестал массировать руку.
– Так в прошлом веке ездили на «мерседесах», – ответил я.
– Не так высказался, я про позапрошлых. Гуглите что-нибудь для таких моментов.
– Гуглю, – признался я.
– Вот и плохо. Тут надо как хорошему актеру – вжиться. Проработаться. Возьмите сейчас какого-нибудь из своих персонажей. Уверен, что вы на самом деле пишете их с себя. И пишете под текущее настроение. Даже не под характер.
– Что вы имеете в виду? – нахмурился я.
– Утром проснулись, потянулись, выспались, сели писать. Ваш герой – бодр и свеж, пьет кофе, у него все получается, он идеально справляется со своей работой, вежливо общается и так далее. Другой случай, вечер с плохой погодой – и вашему герою то не везет, то ворчит. А еще вчера ему было двадцать лет и мир был прекрасен. Так бывает?
– Бывает…
– Регулярно? – после этого вопроса я повернул голову и понял, что моя шея затекла не меньше, чем рука:
– Не сказал бы!
– Я не стремлюсь принизить ваши успехи, Андрей, – ответил Михаил Серов. – Не дело в том, что вы в своей работы стараетесь взять объемом, но не качеством. У меня уже есть кое-какое решение, но мне надо, чтобы вы сами этого захотели.
– Вы только что назвали меня графоманом, – заключил я.
– Нет, ничуть, – взялся было спорить психолог. – Согласно определению, это…
– Сомневаюсь, что определение отличается от того, что вы только что иносказательно сообщили мне.
– Не буду спорить, есть сходство. Просто вы у меня уже не первый писатель, который в связи с той или иной проблемой приходит за помощью, – пояснил психолог.
– Да ну! – воскликнул я.
– За последние пару лет это стало, хм-м, массовой проблемой.
– А не боитесь лишнего сказать? Как бы тайна пациента и все такое, – язвительно добавил я.
– Я лишнего не скажу. И не покажу ничего, если вы того не захотите, – уже загадочно проговорил он. – Просто мое решение, которое я хотел бы вам предложить… не уверен, нужно ли оно вам.
– Я пришел к вам за ответом на вопрос: графоман я или нет, – напомнил я. – Так что ответ я уже получил.
– Признаете проблему?
– Отчасти, – согласился я. – Но не могу сказать, что это проблема, мне лишь нужно было сделать точку…
– Вот у вас опять промежуточные решения. Точку. Поворотную? – беспардонно перебил меня психолог. – У вас нет финала, потому что вы хотите писать дальше. Вы не погружаетесь в задачу, вы в ней плаваете. Как…
– Достаточно, – я встал с кушетки. – Думаете, что можете вот так вот запросто меня оскорблять?
Михаил Серов даже не пошевелился, хотя я раздумывал, что на подъеме замахнусь. Но не сделал этого. Подумал о последствиях, как всегда, представил, сколько потом терпеть придется. И решил повременить.
В сумраке кабинета при малом освещении поблескивала только оправа очков.
– Терпеть вы это не стали. И это хорошо. Да, у меня в речи слишком много «этих», – не без раздражения произнес психолог. – Но кто из нас лишен недостатков. Позвольте. Вы же до сих пор не ушли, значит, ждете еще чего-то. Вот наша визитка.
  
Он почти незаметным движением всунул мне меж пальцев шероховатый прямоугольник картона.
– На сегодня мы закончили. Придете позже. Если решитесь. Только прошу, если не придете, сожгите ее. Не показывайте никому.
Я машинально сунул визитку в карман, развернулся и не попрощавшись вышел. Ублюдок высокомерный. Да чтобы я еще раз! К нему! Нет!
– Простите! – окрикнули меня у входа в здание. От стены оттолкнулся невысокий человек в шортах, гавайской футболке и кепке. – Будет закурить?
Я проигнорировал его и пошел дальше. Наверняка помощник. Подельник.
– Ну и х** с тобой! – услышал я вслед. – Бесполезный писателишка!
Стоп! А вот это было уже слишком!
 
Глава 2. Везучий м**ак
 
Не то чтобы это меня оскорбило или даже как-то задело, но сама резкость обращения показалась мне необычной. В наше время даже закурить просят как-то тихо, вежливо, едва ли не ласково – попросишь сигаретку, а тебе в табло прилетит, потому что не понравилось человеку, как к нему обратились.
Так что я среагировал практически мгновенно – это точно помощник. По стилю общения психолога, такой человек непременно должен быть его подручным. Такой же провокатор и не более того.
Но среагировал, конечно же, у себя в голове. По факту я же просто замер на месте. И потому тут же заслужил новый комментарий:
– Что, задело, да? – фыркнул невысокий человек. – А я-то думал, что когда-нибудь я встречу человека не такого нежного. Что ж, вы, писатели, все такие, что ли? – он смачно сплюнул на землю, стоя позади меня. – Ну-ну-ну, – продолжил он, уже насмешливо.
– Чего тебе? – обернулся я, сдерживаясь от того, чтобы не вмазать по этой нахальной роже, которая ухмылялась, впрочем, на довольно безопасном расстоянии от меня.
– Признания! – воскликнул тот. – Не в любви, конечно же! – он поднял руки, точно я в него из пистолета целился.
– Никакого не дождешься, – ответил я. В кармане, конечно, пачка лежала, но делиться я не любил. Тем более, с такими персонажами, как этот.
– Это потому, что я не представился? Не общаешься с незнакомцами? – наседал тот, явно напрашиваясь на хамство, как минимум.
– Да чо ты пристал! – теперь я развернулся полностью, да так резко, что тот все же отскочил назад еще на полметра.
Невысокий, с легкой небритостью на лице, но с нормальным голосом – не пропитым и не прокуренным. И все же омерзительность этого человека, скрывавшаяся в его поведении, бесила меня.
– Ну, я как бы и не пристал особо-то, – хмыкнул тот. – Но вообще, меня зовут…
– Срал я, как тебя зовут, – я развернулся и пошел дальше.
Мало мне психолога, да еще такого несуразного, так теперь его помощники донимать будут.
– Я не от Серова, если что! – выкрикнул он.
– Да ну! – я зашагал прочь. Надо было успеть на ближайший автобус до дома, который отходил от остановки через пару сотен метров.
Автомобиль был в ремонте, денег особенно не было, так что тратить время на глупца, что стреляет сигаретку – спасибо, лучше что-то написать!
– Разве не интересно?
– Что мне должно быть интересно? – я остановился, позволив странному типу подойти ближе. – Сомневаюсь, что сейчас мне хоть что-то интересно будет. Тем более, от тебя.
– Я же говорю, мы с тобой еще не знакомы. Может, выпьем?
– Отстань! – я зашагал вновь. Вдалеке показался автобус.
Надо было на него успеть, во что бы то ни стало. И потому я буквально бегом бросился к остановке. Зеленого цвета старый «мерседес» чадил дизелем по узкой улочке, едва помещаясь между разделительной полосой и припаркованными возле тротуара автомобилями.
Он притормозил возле остановки, но, так и не открыв дверей, потому что под крышей из поликарбоната никого не было, укатил дальше.