Бурый. Его Малина (СИ)

 Ужасные подробности она опускала, предпочитая не вспоминать. Он убил людей. Надо бы бояться, но отчего-то не получалось. И тех людей ей не жаль. Скольким они поломали жизни? Скольких сгубили, не пощадив?
 Она так опасалась своего похитителя, а теперь только с ним чувствовала себя защищённой. Как когда-то с отцом. Девушка невольно вспомнила осень четыре года назад. Одна женщина нагадала ей, что ещё до Хэллоуина встретит Лина зверя и смерть пройдёт рядом. А ещё любовь предсказала ей сильную.
  
 Тогда девушка и думала только, что о любви. Хотелось чего-то неизведанного. Но вскоре жизнь её перевернулась с ног на голову. Она и в город уехала, чтобы не проворонить эту самую любовь. Своих деревенских всех знала и симпатий к ним не испытывала.
 Учёба как предлог и побег из дому. Записку оставила отцу дурацкую. До сих пор вспоминает какую чушь написала. Отец не нашёл бы её в столице даже, если бы очень сильно захотел. Девушка решила, если уж ехать в город, то в большой, где жизнь бурлит.
 И на удивление, ей удалось и в универ поступить, и на работу устроиться. Как-то так ладно всё складывалась, что она почти поверила в проведение.
 «Гадалка оказалась права» — так думала девушка, когда впервые увидела красавчика старшекурсника. Она влипла в него с первого взгляда. И всё ей казалось радужным. И солнце светило ярче, и улыбки его, будто все для неё одной.
 Подруг себе Лина найти не успела. Таких, чтобы настоящих. Кто бы подсказал глупышке, что не пара она мажорчику. Простая девушка из села. Дочь лесника. Где она, и где он? Их миры даже не пересекаются! Встреча их совершеннейшее стечение обстоятельств и её дурость.
 Но она верила в чудо, силу первой любви и всё самое прекрасное. Верила, пока не растоптали её неокрепшие чувства, оторвав крылья глупой бабочке, что посмела любоваться огнём.
 Парню льстило любое внимание. Даже её. Вот и подпитывал, то подмигивая, то глядя так, словно она важна. И цветы как-то раз подарил. Красивый большой букет. Как Лина смущалась тогда! И на свидание пригласил. Она конечно же согласилась. Только не знала, что играет он с нею.
 — Ты совсем дура, да? Это же Колесников! — Смеялась над ней после позорища сокурсница. — Ясен пень ты ему вообще неинтересна...
 Слова девушки ничего не значили для неё. Розовые девичьи грёзы разбились о суровую реальность, когда парень пригласил её к себе. Говорил, что с родителями познакомит. Лина поверила и согласилась. Только не было дома никаких родителей. Приставать стал сразу, как переступили порог квартиры.
 — Что ты кабенишься, Стрельцова? Сама же пришла! — Недовольно выговаривал Денис. Все называли его Ден, и она тоже.
 — Перестань! Что ты делаешь? — Отпихивала от себя его руки, парень злился ещё больше.
 — Целка, что ли? — Грубо и как-то брезгливо спросил он. — Твою мать! — Выругался смачно. — Вы там все в сельпо такие правильные?
 — Дэн, ну что есть там на что поглазеть? — Появились из ниоткуда его друзья. Лина видела их раньше. Они вышли из комнаты и теперь таращились на неё полуголую в распахнутой блузке. Девушка прикрывалась руками, а парни ржали. Улучив момент, она дёрнулась и побежала. — Продул, Дэнчик, не дала. С тебя косарь. — Услышала беглянка напоследок.
 Она стала изгоем в универе. Её обходили стороной как прокажённую. Дурацкие слухи расползались, а потом оказалось, что ещё и видео засняли, на котором она раскрасневшаяся и почти голая. Мерзко так стало девушке и жить не хотелось. Вот такая дура! Не заметила гнильцы в отдельно взятом человеке, на которого как на бога смотрела.
 — Малинка, ты где? — Вернул в реальность голос Назара. Его тревожный взгляд и такие осторожные прикосновения согревали душу.
 — Здесь. — Улыбнулась брюнетка.
 — Забудь плохое. — Словно чувствовал её боль мужчина.
 — Не получается. Въелось в память. Не забывается. — Вздохнула она и сползла с большого и жаркого тела.
 — Новое сотрёт старое. Вот увидишь. Собирайся, Малинка, поедем в Москву.
 — Назар?
 — Мм-м?
 — Я хочу найти того, кто убил папу. Не могу оставить как есть. Пусть отца не вернёшь, но убийца ходит где-то, дышит и, возможно, ещё кого-то убил. Отнял чью-то близкую душу. Мне надо вернуться в деревню. — Чувствовала, не отпустит. Он ведь предупреждал.
 — Малинка...
 — Я знаю. Твоя тайна. Но ты сказал, что женщина берсерка может остаться в живых. Ты не можешь отпустить меня так просто. Тогда сделай меня своей. Я сохраню твой медвежий секрет. — Лина сжала губы и быстро, пока не передумала стянула с себя футболку, волосы убрала за спину и коснулась белья. Благо Аиша не ограничилась покупкой только футболки для соперницы.
 — Остановись. — Рычаще и почти угрожающе. Мужчина вылетел за дверь со скоростью ветра, оставляя девушку строить догадки о причинах.
 Глава 15. Право сильного  
Пока Лина терзалась догадками, Назар бежал. От неё, от себя, от звериной жажды завладеть, поставить клеймо принадлежности. Он хотел её. Но ощутил, как девушке противно. И всё же разделась, предложила себя ему. Зверю.
 — Ты куда? — Окликнул его Таман. — Топор возьми. — Догадался в чём дело.
 И Назар конечно же взял. Он бежал к лесу. Человек бы долго преодолевал такое расстояние, но он человеком не был. Вскоре топор входил в древесину. Ещё и ещё. Аккуратные пенёчки и никому здесь не нужные дрова.
 Воображение подкидывало мужчине картинки как вошёл бы в податливое девичье тело. Как сорвался бы стон с мягких пухлых губ. Прогнулась бы спинка, а тёмные волосы намотались на его кулак. Чуть натягивая, он заставил бы брюнетку запрокинуть личико. Скользил бы губами по её позвонкам, огладил каждый изгиб и вбивался бы, утоляя жажду. Древний как мир инстинкт брать женщину кипятил кровь. Остудить не удавалось.
 — Да и чёрт дери! — Выругался Назар. — Я ж не евнух! — И побежал назад к дому, в котором его ждала Малина.
 Он влетел в комнату и увидел её. Девушка оделась и сидела на краешке кровати с мокрыми от слёз щеками. Обняла себя руками и отвернулась. Медведь понял, ни хрена сегодня не будет. А на стояк его хоть бетонную плиту кидай.
 — Малинка, ты чего ревёшь? — Присел на корточки берсерк и развернул к себе её личико.
 — Ничего. Так просто. — Задрожали её губки.
 — Врё-ё-ёшь! — Протянул Назар, поморщившись. — Ну-ка, иди сюда. — Сел на кровать и перетянул её к себе на колени. — А теперь рассказывай!
 — Чего рассказывать-то? — Шмыгнула Лина, и губы кусать принялась.
 — Давай, лучше я. — Не выдержал он и осторожно прильнул, собрав всю свою медвежью волю в кулак.
 "Не сорваться! Нежнее. Остановиться! — Приказывал сам себе мысленно. Но чё-ё-ёрт... Какая же она сладкая!
 — Ты не целовалась раньше. — Тюкнуло его. Брюнетка чуть мотнула головой и взгляд её опустился.
 — Но меня целовал тот... — Осеклась она, недоговорив. И тут крышу снесло Назару. Зверь внутри зарычал. Её ласкали другие губы. И теперь он уже не смог бы сдержаться при всём желании.
 Как оголодалый накинулся, мял её губы, заигрывал с язычком. Девушка ответила, но не сразу. Он учил. Показывал как надо и наслаждался её реакцией на происходящее. Шокирована, но нет неприязни. Эмоции чистые как первый снег. Не понимает, но ей нравится. Лина-Малина... А это ведь лишь поцелуй! Лёгкий по медвежьей мерке. Настоящий ей ещё предстоит пережить!
 Руки его сами ощупывали девичье тело, не поддаваясь контролю. Одна из них легла на аккуратную девичью грудь, тут-то и затопило её паникой. Не пискнула, но затряслась. Молчала, но жмурилась и кулачки сжимала.
  
 — Малинка, открой глазки. Я не сделаю неприятно. Но ответь, почему не остановила?
 — Мы же договорились? Ты делаешь меня своей, а потом отпускаешь? — Еле слышно вопрошала Лина.
 — Нет. Я разве пообещал подобное?
 — Но ты же... — Открывала и закрывала она ротик. — Медведи не врут! — Стукнула кулачком в грудь.