Часовня "Кловер" (СИ)

Это длилось недолго.
Стук во входную дверь разбудил нас несколько часов спустя.
Ник выскочил из постели, а я бросилась к шкафу, чтобы натянуть пижаму и халат, чтобы присоединиться к Нику внизу и выяснить, кто был у его двери в четыре часа утра в понедельник.
— Какого хрена ты здесь делаешь? — сказал Ник снизу.
— Я же говорил тебе по телефону, нам нужно поговорить.
Я не узнала мужской голос, но это должен был быть тот же самый, который звонил несколько часов назад. Когда я вошла в главную комнату, напротив Ника стояли трое мужчин.
— А я сказал, что не нужно, — огрызнулся Ник.
Мужчины перевели взгляды, чтобы посмотреть, как я спускаюсь по лестнице. Ник оглянулся через свое обнаженное плечо, когда я подошла прямо к нему.
Все трое мужчин были одеты полностью в черное, на кожаных жилетах было полно заплат. Дэш был в жилете, когда навещал меня несколько недель назад, но прежде чем я смогла осмотреть его, он убрал его в свою спортивную сумку. Но это не имело значения. Эти жилеты означали, что эти люди были из банды мотоциклистов.
— Это моя невестка? — спросил мужчина в центре.
Не просто банда мотоциклистов. Банда мотоциклистов отца Ника. И это был сам Дрейвен Слейтер-старший.
На голове у него была черная бандана, покрытая белыми черепами. Выбивающиеся из-под тряпки кудри были темно-серыми и соответствовали цвету его бороды. Ник и Дэш, должно быть, унаследовали свои карие глаза от матери, потому что глаза его отца были темно-карими.
— Не разговаривай с ней, — прорычал Ник, стоя передо мной.
— Давай, Ник, — сказал один из мужчин. — Мы здесь просто для того, чтобы поговорить.
— Держись, блять, подальше от этого, Стоун, — сказал Ник.
Стоун был самым старшим из троих. Его голова была лысой, но лицо покрывала длинная белая борода, заплетенная у подбородка. Его щеки были дряблыми и морщинистыми.
— Привет. Я Джет, — сказал третий мужчина, выглядывая из-за тела Ника, чтобы слегка помахать мне.
Джет был привлекательным коренным американцем, вероятно, примерно моего возраста. Его атлетическое телосложение было похоже на телосложение Ника, и на лице у него была широкая белозубая улыбка. Он либо не замечал напряжения в комнате, либо ему просто было все равно.
— Привет, я Эммелин.
Джет прошел прямо между Дрейвеном и Ником и плюхнулся на диван.
— Эммелин. Милое имя, — сказал он. — И гребаный халат просто отпад! Моей девочке он бы понравился. Где ты его взяла?
— Спасибо. Я купила его в спа-салоне в Италии.
— Мило! У тебя есть какой-нибудь кофе? — спросил он. — Я выжат как лимон. Поездка сюда заняла целую вечность.
Я понятия не имела, что сказать, поэтому просто смотрела на него, пока он мне не подмигнул. Я посмотрела на Ника, который пожал плечами, давая мне понять, что пора доставать кофе.
— Конечно.
Но прежде чем я успела направиться на кухню, Дрейвен протянул мне руку.
— Дрейвен Слейтер.
— Эммелин Остин, — сказала я, затем пожала руку Стоуну, и мои манеры взяли верх. — Приятно познакомиться с вами обоими. Кофе?
— Да, — сказал Дрейвен. — Мы собираемся задержаться здесь ненадолго. — Его последняя фраза была адресована Нику.
— Черт возьми, ты упрям, старик. Дай я надену рубашку, — сказал Ник и побежал наверх.
Я занялась приготовлением кофе, пока Ник не спустился вниз, и мы все не сели в гостиной.
— Не хотите ли вы объяснить, почему вы ехали три часа, чтобы поговорить со мной, когда я сказал вам по телефону, что этого не произойдет? — спросил Ник. Он сидел рядом со мной на подлокотнике кресла, скрестив руки на груди.
— Я хотел познакомиться с твоей женой, — сказал Дрейвен.
— Познакомился. Пока, папа.
— Есть кое-что еще.
— Я понял, — пробормотал Ник.
— Эммелин. Этот разговор не для тебя. Как насчет того, чтобы ты исчезла?
— Нет, — сказал Ник, кладя руку мне на колено, чтобы я не вставала. — Если у вас есть что обсудить со мной, что вы не хотите, чтобы моя жена слышала, тогда вам следовало выбрать лучшее время для визита. Я думаю, что я был чертовски ясен по телефону.
 
В комнате воцарилась тишина. Глаза Дрейвена сузились при взгляде на Ника, прежде чем они обратились ко мне. Я напрягла спину и выдержала его взгляд с такой же интенсивностью. Решимость заструилась по моим венам.
Дрейвен усмехнулся, ожидая, что я сброшу карты, но я не собиралась доставлять ему такого удовольствия. Когда дело доходило до людей, которые мне не нравились, я никогда не отступала. А мне не нравился Дрейвен.
Он был груб.
Во-первых, он позвонил посреди ночи. Затем он ворвался в дом Ника перед рассветом. Теперь он говорил мне, что мне не пристало сидеть в гостиной дома, где я, по сути, жила уже несколько месяцев.
И этот пристальный взгляд был всего лишь тактикой запугивания.
Но я не позволила бы ему выставить меня из комнаты, не тогда, когда Ник сказал, что я могу остаться. Во многих отношениях поведение Дрейвена напомнило мне моего отца. И хотя мне всегда было трудно противостоять Тренту Остину, дать отпор Дрейвену было не так уж сложно.
— Черт. У нее есть характер, — наконец сказал Дрейвен, отрывая взгляд.
— Она напоминает мне твою мать, — усмехнулся Стоун.
— Они очень похожи, — сказал Ник, прежде чем посмотреть на своего отца. — Эмми может постоять за себя. Но я предупрежу тебя один раз. Если ты еще когда-нибудь так на нее посмотришь, я, блять, изобью тебя до полусмерти.
Я подавила вздох, услышав заявление Ника.
Дрейвен посмотрел в пол и кивнул.
— Я приношу извинения, Эммелин.
— Чего ты хочешь? — спросил Ник.
— Дерьмо творится с Arrowhead Warriors. Это выходит из-под контроля, и мы должны положить этому конец. Что-то серьезное. Мы хотим отправить сообщение. Цыганам нужна услуга, — сказал Дрейвен.
— Какого рода услуга?
— Нужно, чтобы ты помог нам устроить пожар.
Глава 19
Я молча слушала, как Ник, его отец и люди его отца вели свой разговор. Я хранила молчание, но это не означало, что мой разум не лихорадочно работал.
— Нет, — ответил Ник на просьбу Дрейвена.
Устроить пожар? Ник тушил пожары. А не начинал.
— Я бы не просил, если бы у меня был кто-то другой, чтобы сделать это, — сказал Дрейвен. — Нужно, чтобы все было сделано правильно. Никаких следов.
— Этого не произойдет, папа. Я не собираюсь вмешиваться в твое дерьмо.
Дрейвен спокойно сидел на диване и пристально смотрел на Ника, его карие глаза не отрывались от сына, поскольку он отказывался сдаваться.
— Просто нужно, чтобы ты приехал и дал нам несколько советов, помог нам придумать, как поджечь место так, чтобы огонь не попал к моим людям.
— Нет, — повторил Ник, его позиция была твердой и непоколебимой.
— Почему нет? — спросил Стоун. — Это дерьмо серьезно, Ник. Прояви хоть немного гребаной лояльности.
Я была удивлена внезапным гневом пожилого мужчины. Если кто-то в комнате и собирался потерять хладнокровие, я ожидала, что это будет Дрейвен. Даже у Джета теперь был серьезный вид. Но не у Дрейвена. Выражение его лица оставалось бесстрастным.
Подняв руку, Дрейвен немедленно заставил замолчать Стоуна.
— Эта сделка с Воинами плохо кончится, если ты нам не поможешь.
— Не говори мне, блять, о плохих концовках. Я своими глазами видел, что может случиться с невинными людьми, оказавшимися втянутыми в соперничество между бандами мотоциклистов, — сказал Ник.
— То, что случилось с Путешественниками и твоей матерью, было трагедией, — сказал Дрейвен. — Я недооценил их, но с Войнами такого не произойдет. Ты, как никто другой, должен понимать мою потребность нанести удар первым, чтобы сдержать ущерб и жертвы.
При упоминании о своей матери и без того напряженное тело Ника стало твердым, как скала. Мышцы его предплечий завибрировали, когда руки сжались в кулаки.
— Она будет в большей безопасности, если ты поможешь нам, — сказал Дрейвен.