Часовня "Кловер" (СИ)

— Пойдем в гостиную, — сказала я. — У нас тут инцидент.
После краткого изложения моих проблем, многочисленных вздохов и тысячи вопросов мы вышли из моего дома и все вместе поехали к Нику.
— Мне нравится это место, дорогая. Здесь так удобно, — сказала мама, бродя по главной комнате. Ник, Алессо, Фрэнни и Сэмюэль были на кухне, смеялись и разговаривали, наблюдая за выпеканием одной пиццы.
— Я тоже так думаю, — сказала я. — Ты уверена, что не хочешь остаться с нами?
— Нет. Нет. И нет, — сказала она. — Мы не собираемся выставлять вас. Фрэнни нашла нам замечательное деревенское шале на неделю, а Сэмюэль не перестает рассказывать об экспериментах с бизоном из Монтаны и форелью. Все решено.
— Ладно. Если смогу, я постараюсь найти замену к концу недели.
— Нет, ты этого не сделаешь! — усмехнулась она. — Ты идешь на работу и формируешь умы будущего. Не беспокойся о нас. Фрэнни запланировала мероприятия, чтобы мы были заняты всю неделю, пока ты преподаешь. Вы с Ником можете присоединяться к нам за ужином по вечерам, а затем в эти выходные мы все что-нибудь сделаем вместе.
— Спасибо. Звучит замечательно, — сказала я, благодарная за то, что моя мама так поддерживала мою преподавательскую карьеру.
— Какая прекрасная фотография, — сказала она, поднимая мою фотографию, сделанную Ником в Лас-Вегасе.
В какой-то момент между моим первым визитом и возвращением из Италии Ник нашел рамку, и теперь фотография стояла в центре его книжной полки.
— Она не новая, — сказала мама.
— Да. Это так.
Она самодовольно ухмыльнулась мне и продолжила вынюхивать.
— Я волнуюсь, Эммелин. Мне не нравится, как звучат эти проблемы, которые у тебя возникают. Должна ли я позвонить твоему отцу? Несмотря на все его недостатки, он всегда заботился о том, чтобы мы были в безопасности. Помнишь того ужасного телохранителя, который был у нас в твоем выпускном классе? Как его звали?
— Дейл. И нет, я не хочу, чтобы отец был в центре этого. Когда я переехала сюда, я решила, что больше не потерплю, чтобы кто-то ходил за мной по пятам. Я хочу жить нормальной жизнью. Кроме того, мне нужно некоторое время, прежде чем я смогу снова поговорить с ним. Когда он узнал, что мы с Логаном расстались, он сказал мне много неуместных вещей.
— Мне жаль, дорогая. Хотела бы я сказать, что удивлена. — Она нахмурилась. — Ты разговаривала с ним в последнее время?
Я покачала головой.
— Нет, но я разговаривала со Стеффи несколько дней назад.
Ее глаза метнулись к моим.
— Я слышала, что мы с Алессо не единственные, кто помолвлен.
— Откуда ты услышала об этом?
— Твой брат позвонил мне сегодня утром, чтобы сообщить новости.
— Прости, мам. Я должна была сказать тебе.
Она потянулась и похлопала меня по руке.
— Не извиняйся. Мы с твоим отцом расстались много-много лет назад. Я рада, что он нашел кого-то, даже если она немного шлюха.
— Ты говоришь о моей будущей мачехе, — поддразнила я. — Тьфу. Не думала, что когда-либо скажу такое о своей соседке по комнате из колледжа.
Мы обе рассмеялись.
— Давай обсудим гораздо более нормальный союз, — сказала я. — Я рада за тебя и Алессо.
— Спасибо тебе, дорогая. Я тоже, — она улыбнулась. — Пришло время. Годы борьбы, и мне наконец удалось развестись с твоим отцом, и Алессо никогда не колебался, несмотря ни на что. Он всегда был на моей стороне, и я действительно очень его люблю.
— Он хороший человек.
— Один из лучших. — Она обняла меня, и я положила голову ей на плечо.
— Я счастлива, что ты здесь, мам. — Я улыбнулась, когда она не отпустила меня. Ее крепкие объятия и смех, доносившийся с кухни Ника, сотворили чудеса, успокоив мой встревоженный разум.
Несколько часов спустя мы помахали на прощание с крыльца. Я почувствовала тепло Ника на своей спине за секунду до того, как его пальцы скользнули под подол моего свитера и начали рисовать круги на моем бедре.
— Наверх, Эмми. — Два слова, и мне стало жарко.
Без промедления мы оба бросились внутрь и в его спальню. Моя одежда начала летать по воздуху, когда я помчалась раздеваться первой, чтобы посмотреть на Ника.
 
Мне понравилось, как он сорвал с себя футболку, стягивая ее с затылка и тела. Одно это плавное движение напрягло все мышцы его рук и живота. Когда он расстегнул ремень, его джинсы опустились как раз в нужном месте, идеально облегая точеные бедренные кости. Дразнили меня тем, что было под ними.
Но лучше всего было то, как он просунул большие пальцы за резинку своих боксеров и медленно потянул их вниз. Это была великолепная пытка.
Я затаила дыхание, когда он опускал черную резинку все ниже и ниже, обнажая свой толстый член дюйм за восхитительным дюймом. Когда он наконец освободился, у меня практически текли слюнки.
— На спину, Эмми. Широко раздвинь ноги.
Все мое тело жаждало прикосновений. Прохладный хлопок на моей спине ничуть не притушил огонь в моей крови.
Мне нужен был Ник. Он стал таким же жизненно важным для моего тела, как вода.
Когда презерватив был на месте, Ник встал на колени на кровати. Он обхватил член рукой и начал медленно поглаживать его. Вид того, как он прикасается к себе, чуть не подтолкнул меня к краю. Он заставил бы меня извиваться под ним за считанные секунды.
Пока одна рука гладила, другая потянулась ко мне, слегка касаясь моей кожи пальцами. Они прошлись по моему животу, от пупка до грудины. Дважды они обошли мою грудь, тщательно избегая сосков.
Я извивалась и отчаянно желала большего. Когда его пальцы, наконец, накрыли сосок, я резко вдохнула и выдохнула с умоляющим стоном.
— Терпение, — прошептал Ник.
Его пальцы снова начали путешествовать, на этот раз двигаясь вниз по моим ребрам, щекоча мой бок. Я закрыла глаза, наслаждаясь следом покалывания, который они оставили, когда он провел ими по моему бедру.
С нужным усилием большой палец Ника взял верх и начал кружить по моему клитору. Жар разлился по моему телу, когда он добился от меня первого оргазма. Крик сорвался с моих губ и заполнил комнату.
— Черт, Эмми. Это так чертовски сексуально, — сказал Ник. — Мне нравится, когда ты кричишь.
Моя голова была вдавлена обратно в кровать, а глаза зажмурены, когда каждый дюйм моего тела вибрировал. Как раз в тот момент, когда я почувствовала, что начинаю опускаться, Ник схватил меня за тыльную сторону колен, прижимая мои бедра к своим и вставляя свой член внутрь.
Второй оргазм был долгим и сильным, когда Ник входил в меня в устойчивом ритме. Снова и снова его бедра двигались очень быстро, пока он не вошел глубоко и не изменил наше положение. По очереди он поднял мои ноги вверх и закинул себе на плечи, новый угол позволял ему погружаться в мое тело так глубоко, как только мог.
— О боже, Ник, — выдохнула я, когда он прижался бедрами к моей заднице.
Он снова начал свои толчки. Никому из нас не потребовалось много времени, чтобы кончить вместе. Мой оргазм был не таким сильным или продолжительным, как два других, но он все равно сделал меня вялой.
Осторожно опустив одну ногу, затем другую, Ник сохранил нашу связь и прижался своей грудью к моей. Пот с наших тел смешивался, когда мы оба тяжело дышали, чтобы успокоить наши бешено колотящиеся сердца.
Ник усмехнулся.
— Черт возьми, конец дня намного лучше, чем начало.
Я рассмеялась.
— Ты прав.
Смеяться с Ником после горячего секса? Что может быть лучше.
Он уложил меня на бок и позаботился о презервативе, прежде чем присоединиться ко мне в постели.
— Мне понравилась твоя мама, — сказал Ник в мои волосы. Его обнаженное тело прижималось к моему. — Я представлял себе ее по-другому. Не такой приземленной.
— Она не всегда была такой. В городе она играла роль богатой наследницы. Но Алессо смягчает ее.
— Он хороший парень. То как он ее называет, la mia vita, что это значит? — спросил он.
— По-итальянски означает «моя жизнь».