Часовня "Кловер" (СИ)

— Да. И поскольку я ее муж, как насчет того, чтобы ты убрал от нее свои гребаные руки?
— Я буду прикасаться к ней, когда мне заблагорассудится. Как делал последние пять лет.
— Хватит! — сказала я, заканчивая это нелепое шоу мачо, пока не стало хуже. — Единственный человек, который может решать, кто прикасается ко мне и когда — это я. Перестаньте вести себя как неандертальцы.
— Пора идти, Эммелин, — заявил Логан и схватил меня за руку, потянув за собой, пока мы шли обратно к джипу.
Позади нас раздался топот сапог по тротуару. Я высвободила руку из рук Логана и развернулась, снова оказавшись лицом к лицу с Ником.
Я отчаянно хотела, чтобы он оставил меня в покое. Последнее, чего я хотела, это чтобы Ник упомянул, что мы целовались. Это была моя история, которую я должна был рассказать Логану на своих условиях, но глаза Ника были полны решимости. Он собирался сделать все возможное, чтобы разлучить меня с Логаном.
— Остановись, — прошептала я. — Отпусти меня.
— Никогда, — его лицо смягчилось, и он посмотрел на меня сверху вниз с отчаянием. — Эмми, не делай этого. Не оставайся с ним только потому, что ты все еще цепляешься за мысль, что жизнь вернется к тому, какой она была. Все изменилось. Будь честна с собой и с ним. Мы созданы друг для друга. Ты вернулась в мою жизнь, и я больше не покину тебя. И в глубине души ты не хочешь, чтобы я тебя отпускал.
— Эммелин, — позвал Логан.
Я проглотила комок в горле и сморгнула слезы.
— Иду.
Дорога домой прошла в тишине, но в тот момент, когда я припарковалась на подъездной дорожке, Логан потянулся к моей руке.
— Ты любишь его, — он не злился и не кричал. Его голос звучал подавленно и печально.
Я покачала головой.
— Нет. Но когда-то любила.
— И все еще любишь, милая, — сказал Логан, поглаживая тыльную сторону моей руки большим пальцем.
Я хотела возразить, но не смогла. Я была слишком смущена своими чувствами к Нику. Я влюбилась в него за одну ночь. Я думала, что годы гнева и ненависти стерли всю эту любовь. Но проведенное с ним время, поцелуи с ним вернули все это обратно. Только ненависть тоже все еще была там. Как я могла избавиться от одного без другого?
— Когда ты уходила от него, я никогда раньше не видел такой боли на твоем лице. Даже когда с твоим отцом все было плохо. Я хочу быть тем мужчиной, который заберет это у тебя, Эммелин, вынесет эту боль, чтобы ты могла жить счастливой жизнью. Но это никогда не буду я.
— Что? О чем ты говоришь, Логан? — спросила я.
— У меня даже не было шанса. Ничего из того, что я когда-либо смогу сделать, будет достаточно. У него всегда будет эта частичка тебя.
Я покачала головой.
— Ты придаешь этому слишком большое значение. Он просто расстроил меня. И мы с тобой спорили. Вокруг было много эмоций. Давай просто забудем об этом и хорошо проведем День благодарения вместе. Пожалуйста?
— Он называет тебя Эмми.
— Он всегда так делал. Какое это имеет значение?
— Когда мы только начали встречаться, однажды я назвал тебя Эмми. Ты поправила меня и сказала, что ненавидишь это прозвище. Но это было неправдой. Ты не хотела, чтобы я называл тебя Эмми, потому что это уже принадлежало ему.
Он был прав. Были вещи, которые я не позволяла ему делать, потому что Ник был там первым. Я убедила себя, что ненавижу прозвища и поцелуи в кончик носа. На самом деле я не ненавидела их. Просто было слишком больно вспоминать о Нике.
Он был прав.
Все изменилось.
Жизнь в Монтане пролила свет на проблемы, которые были у нас с Логаном до того, как Ник оказался вовлечен в это дело. Логан и я хотели вести разный образ жизни. Я нашла дом в Монтане, а он любил Нью-Йорк. Я была счастливее, живя более спокойной жизнью, в то время как он процветал в напряженных рабочих буднях и напряженном социальном календаре.
— Это не только из-за Ника, не так ли? — прошептала я. — Это из-за того, что я здесь. А ты там. Я не вернусь туда. А ты никогда не переедешь сюда.
— Нет. Дело не только в нем.
Несколько мгновений мы сидели в тишине, пока Логан не заговорил.
 
— Я думаю, мне лучше изменить свой ответ на твой предыдущий вопрос. Я думаю, что я здесь для того, чтобы порвать с тобой.
Я знала, что это произойдет, но от этого не становилось менее больно это слышать. Мое дыхание сбилось, и я изо всех сил попыталась восстановить его.
Когда я повернула шею, чтобы посмотреть ему в глаза, боль в моей груди стала такой сильной, что я испугалась, что мое сердце перестанет биться.
— Мне так жаль, Логан.
— Мне тоже. — Перегнувшись через консоль, он обхватил ладонями мой затылок и притянул меня для поцелуя.
Я позволил нашему прощальному поцелую передать все то, чего я не сказала. Что я была благодарна за каждое мгновение, проведенное нами вместе. Что я никогда не смогу в достаточной степени отблагодарить его за все замечательные вещи, которые он сделал для меня за последние пять лет. Что я всегда буду помнить его и глубоко заботиться о нем.
— Будь счастлива, — сказал он, затем вылез из моего джипа и сел в свой внедорожник, выезжая задним ходом с моей подъездной дорожки и из моей жизни.
Когда его больше не было в зеркале заднего вида, я рухнула на руль с душераздирающими рыданиями.
Глава 8
— Ты знаешь, я всегда рада тебе, дорогая. Особенно во время праздников. Но я думаю, тебе лучше объяснить мне, почему ты позвонила, чтобы пожелать «Счастливого Рождества», а четырнадцать часов спустя приехала сюда, в Италию.
Мы с мамой сидели бок о бок в спа-салоне курорта Кастадива на озере Комо. Мое тело было завернуто в белый плюшевый халат, а моим ногам делали сложный педикюр.
Вчера утром я была дома в Монтане. Сегодня в Италии в незапланированном, но необходимом отпуске.
— Это долгая история, мам, — сказала я.
— Тогда нам нужно взять бутылку вина, пока ты рассказываешь мне, что происходит.
— А лучше две.
Час спустя она была увлечена моей сложной личной жизнью, и мы обе были навеселе.
— Что произошло после того, как Логан ушел? — спросила она.
— Я поехала в продуктовый магазин и накупила нездоровой пищи. Затем я пролежала на диване остаток выходных, запоем просматривая старые серии «Друзей» в течение четырех дней.
— Ты говорила с ним?
— С Логаном? Нет. Я отправила ему СМС со словами «Счастливого Рождества», но на этом все. — Я опустила ту часть, где он в ответ просил меня больше не писать ему, потому что ему нужно было установить некоторую дистанцию между нами. Очевидно, двух тысяч миль было недостаточно.
— А Ник? — спросила она.
— Он пришел в мою школу в понедельник после Дня благодарения. Я сказала, что еще не готова его видеть, и попросила его перестать давить. Он согласился, но я думаю, это было только потому, что я сказала ему, что мы с Логаном расстались.
Выражение облегчения на лице Ника запечатлелось в моем мозгу. Мне хотелось дать ему пощечину за то, что он был так рад, что мое сердце было разбито. Но в то же время этот взгляд был честным и непорочным. Все, что он мне рассказывал, было правдой.
Он не играл ни в какую игру. Он хотел получить еще один шанс и искренне боялся, что я выберу Логана.
— С тех пор я его не видела, но он каждый день присылает мне сообщения, — сказала я. — Обычно он просто здоровается. И рассказывает мне, чем будет заниматься. Ведет себя чутко.
— Хм. И зачем ты приехала сюда? — спросила она.
— Мне было одиноко, — призналась я. — Я с головой ушла в работу после Дня благодарения. В моем классе есть один мальчик, которого я пыталась заставить открыться мне, поэтому я потратила много дополнительного времени на создание специальных занятий, которые бы ему понравились. Но в школе сейчас каникулы, я сидела дома одна, и мне нужно было выбраться оттуда. Весь город Прескотт был украшен по случаю Рождества. А у меня даже не было ёлки. Это было удручающе.