4 стихии. Потеря и Возмездие (СИ)

Шимо вскрикнула от боли, но это её зарядило, и соскочив со льва, она набросилась на орла, ставшего вновь человеком. Рыжеволосая девушка в порыве ярости, шока и боли нанесла одними ногтями весомый удар в ключицу Кайла. Из неё одинокими алыми каплями стекала кровь.
Это сыграло ей на руку, и она переключилась на Морфи, кружившего над ней. Приняв облик звуковых вибраций, она оглушила филина, а потом и вовсе ослепила энергией его жёлтые глаза.
Продолжать бой с травмами была задача не из простых, но девушка была не из робких.
Лалит поняла, что колдуны ведут жёсткую битву и пора переключаться на их лидера.
Рассвет приближался, небо из тёмных оттенков становилось нежно розовым, с фиолетово-жёлтыми проявлениями, а ближе к месту восхода имели оранжевое сияние. Облака озорно кучерявились, играя с оттенками. В их форме можно было разглядеть всадника, уверенно скачущего на белой лошади.
Сам Эллай в это время «отчитывал» самоучку, но, увидев новые раны на запястье рыжеволосой, одной мыслью проклял Кайла.
Шимо двигалась к нему навстречу, ей было всё равно на кровь, стекающую по её рукам, она не видела перед собой никого, кроме Шотели. Девушка смотрела не в его глаза, а в его душу.
Альбинос присел на корточки и коснулся земли. Прямо перед носом девушки выросла кустовая стена.
— Думаешь, меня это остановит? — голос Лалит словно не принадлежал ей. Он дрожал и хрипел одновременно.
Хранительница Эфира в один щелчок разрушила всю зелёную стену, но…
За ней никого не оказалось. Обернувшись, она увидела у себя за спиной всё трио, которые сурово смотрели на неё, приготовив свои орудия смерти.
Кайл держался за серьгу правого уха, которая была в виде листка, а под его ногами сидел рыжий заяц и нацеленно смотрел в сторону Шила. Ливий вновь коснулся чёрного тату, и из его руки исчез клинок. Видимо, разговор Эллая сделал своё, и они договорились биться магией. Морфи сидел на плече хозяина и расправлял свои крылья для нового полёта. Что касается самого Шотели, он был без оружия. Две разные радужки, переливавшиеся в красных лучах солнца, показывали гнев и отчаяние. Символ месяца, который был у колдуна повсюду, сегодня был как никогда ярким. Мун осторожно сполз телу альбиноса и остановился между его ног. Эл опустился к земле и, поставив на неё два пальца, дал команду:
— Продолжаем!
Все колдуны и их лифы ринулись на девушку. Всемогущего чародея преследовал шлейф сияния и звёзд, видимо, это было его обороной, которую он готовился направить на Лит.
Зрачки юной хранительницы увеличились в несколько раз.
Она словно в замедленной съёмке обернулась вокруг себя и не обнаружила рядом своего Фрашила. Паника накалялась с каждой секундой приближения.
Слабину давать было рано, но сразу действовать она не могла.
Всё, что девушка сообразила на тот момент, это наконец-то остановить кровь. Она мысленно обратилась к Эфиру, и струя алой жидкости замедлилась, а на месте открытых ран появились небольшие шрамы.
Лицо Эллая оказалось в миллиметре от неё, когда она услышала новый голос.
Мысленно она поблагодарила Вселенную и, накопив энергии, переместилась в сторону источника голосовых вибраций.
Трио резко затормозило и в ярости развернулось в поисках девушки. Найдя её, они застыли на месте.
Перед Лалит стояли полукругом все филислы стихий.
Во главе находился Фрашил, справа от него Хот и Винде, а слева Лэнд.
Глаза девушки были наполнены спокойствием, потому что лев послал по мысленному каналу Эфира пояснение, где же находится Гидри.
Именно её выхода они и ждали. Ждали команды для продолжения боя во всей стихийной красе.
Колдуны не понимали, в чём дело. До их ушей дошёл довольно-таки тихий шум ручья, на что они удивлённо начали оборачиваться по сторонам.
Вдруг вокруг поляны обрушился целый канал травы, и из него заструилась вода. По этому ручью и плыла голубенькая рыбка.
Пока чародеи осматривались и привыкали к новым масштабам, пытаясь понять, как дальше действовать в таком пространстве, другие филислы начали своё шоу.
 
Рыжий лис с чёрным пятном на левом глазу уверенно пробежал по поляне, и после каждого его шага вспыхивал огонь.
Орёл взлетел в воздух, где его уже поджидал Морфи. Не обращая внимания на филина, он обратился к своей стихии Воздух.
Облака начали сгущаться, норовя вот-вот обрушиться ливнем. Кроны елей начали страшно качаться из стороны в сторону, и вскоре в центре поляны появилось несколько небольших смерчей.
В ход пошёл белый кот с чёрными очками. Лэнд лениво потянулся и, наглядно зевнув, показав свои острые клыки, впился когтями в землю. Оттуда и до Эллая возникла трещина, норовя разойтись на две половины поляны
Завершающей точкой стал Фрашил. Гордый лев издал страшный рёв, и все силы филислов увеличились. Поляна превратилась в настоящее место гибели.
Повсюду играли краски огня в сочетании с водой. Смерч усиливался, образуя одну большую воронку, а трещина углубилась. Лэнд добился своего, и поляна разделилась надвое.
Наконец разум Шотели оживился и дал ему толчок к дальнейшим действиям.
— Ливий, на тебе с моим Муном Лалит! — крикнул он юноше, попутно уклоняясь от пепла. — Кайл, на тебе с Мэлом и Морфи филислы! Я беру на себя почву. Надо вернуть этому месту прежний облик.
Дружно кивнув друг другу, они бросились на свои позиции.
Снейл коснулся уха и превратился в огромную чёрную мамбу. Эта змея способна не только убить льва, но и проникнуть в воду для поиска Гидри.
Фрашил, увидев змею, моментально загородил собой Лэнда и Хота.
Тем временем филин с жёлтыми глазами завязал бой с орлом.
Мэл уверенно подскочил сзади белого кота и тем самым окружил троих филислов.
Кайл резко кинулся на льва, хотел было его уже куснуть за ногу, но поток воды обрушившийся на них вовремя облил змею, не давая ему сделать задуманное. Фрашил мысленно поблагодарил рыбку за помощь² (между филислами есть свой канал мыслей).
Охлаждающая вода позволила стихийцам взбодриться, и теперь уже они зажали мамбу и зайца в треугольнике.
Кайл мысленно зацепился за своё ухо, и из змеи стал рыжим волком.
Тем временем Ливий прожигал её взглядом. Его цвет глаз напоминал ей Седрика, которого сейчас не хватало. Но его посланником был Винде, чему она благодарна.
Ракло с лифом Эллая на пару уверенно и дерзко бежал в сторону девушки, избегая обрывы, смерч, канавы и пламя.
Девушка никуда не отступала, она продолжала стоять на месте до последнего, и когда колдун-самоучка вместе с белой змеёй оказался в пяти метрах от неё, она обратилась к Эфиру, и вокруг неё образовалось защитное поле.
Оно позволит на некоторое время держать Ливия на безопасном расстоянии возле себя, при этом не причиняя вред ни ему, ни себе.
Шотели, оставшийся один в центре поляны вокруг пяти бушующих стихий, коснулся пальцами двух месяцев, расположенных на серьге и на белой росписи плеча, а после, прошептав какие-то два магических слова, присел на траву и начертил такой же знак своей силы на песке, после накрыл её своей белой, сильной мужской ладонью и прикрыл веки.
Поляна на секунду задрожала, а после покрылась небольшим бело-голубым сиянием. Эллай пропитывал мир своей энергией. Он сумел успокоить смерч Винде и зашил трещину между половинками поверхности, но пламя и ручей он убрать не смог. Ведь его поток сил не был белой магией, а значит, на природу в том числе играл негативно. Тогда он поднял разноцветные радужки в сторону Шимо и пересёкся с ней взглядом.
Его океанический глаз сверкнул голубой искрой.
Щит Лалит распался. Длинноволосый колдун был готов сразиться с ней.
Она посмотрела на него, затем перевела взгляд на Муна, оглядев всю поляну и оценив ситуацию, творящуюся вокруг, она посмотрела на Шотели.
Прикрыв глаза, девушка вытянула ладони вперёд и начала вспоминать самые яркие эмоции для прилива энергии.
После воспоминания о «объятиях» Эллая её руки зажглись, и из них вылетел сгусток света и вибраций. Он распространился на всё поле.