Переплетение судеб (СИ)

Именно, что пыталась.
- Уходи! – рычащий голос моего пациента проник даже за дверь, за которой я находился, рука, лежащая на ручке, дернулась. – Ты не нужна тут, ты ничем мне не поможешь! Уже блять помогла, желая мне только лучшего! И где оно это лучшее? Где мама!? Тоже ушла! Так что пошла вон! Я не хочу никого видеть!
Дверь распахнулась, чуть не разбив мне нос и темноволосая женщина выскользнула из палаты, вытирая слезящиеся глаза.
- Миссис Николсон, - мягко позвал ее я, когда дверь палаты закрылась. Женщина перевела на меня взор потухших голубых глаз и печально улыбнулась:
- Доктор МакКалистер. Вы все слышали, да?
- Да, мне жаль, что так получилось, я не хотел, - она лишь качает головой. – Но, вам не стоит принимать его слова близко к сердцу. Это в нем говорят наркотики, точнее их отсутствие. Поверьте, ломка порой и не такие слова заставляет говорить. Все наладиться.
- Все в порядке, - голубые глаза женщины смотрят на дверь палаты, в которой лежит ее сын. – Я виновата в том, что так и не смогла защитить своего сына от боли. В этом как мать я провалилась. Не стоит, доктор, это правда. Я не уберегла его, слишком слаба для этого мира, для своих мальчиков.
Элизабет Николсон горько улыбается.
- Не смогла помочь ему увидеть насколько эта девушка гнилая, а потом не смогла остановить его до того, как он оттолкнул единственную девушку, что смогла три года терпеть его жестокий характер. Этот мир так беспощаден к нищим людям, доктор МакКалистер.
Я замираю.
- Мой сын стал таким только потому что дети бывают очень жестоки, а взрослые слишком слабы перед теми, кто имеет больше власти и денег.
Она смотрит на меня и снова ощущаю себя ребенком так этот взгляд напоминает мне взор маминых глаз.
- Он ведь поправиться, правда?
- Я сделаю все для этого, миссис Николсон.
- Спасибо…
- Доктор МакКалистер, - из воспоминаний меня вырывает голос медсестры – новенькая Катерина Митчелл, рыжие кудрявые волосы, серо-зеленые глаза, мягкий характер. Ее взяли на работу взамен уволенной и арестованной медсестры, что и помогла проникнуть преступнице в больницу. – Там приехал мистер Николсон. И кажется, у него теперь новая сиделка.
- Новая? – я перевожу на нее взгляд, и она лишь кивает. – Сколько он будет их менять? Я же говорил, что для него важно быть в постоянстве, чтобы ничего новое не отвлекало его.
- Ну вон она, - Катерина осторожно кивает в сторону, я перевожу следом взгляд и замираю. – Доктор МакКалистер?
Русые волосы, заплетенные в косу, карие глаза, что осматривают больницу, словно она могла измениться за эти две недели, пальто из-под которого выглядывает темная водолазка, а поверх нее кардиган, что явно ей на несколько размеров великоват, темно-синие джинсы и сапоги до колен на толстой подошве. Вот какой я увидел Дженнифер Николсон спустя две недели после всех происшествий.
- Доктор?
- Это не сиделка, Катерина, - молвлю я. – Это его жена, Дженнифер Николсон.
- Ох, - выдыхает рыжая. – Та самая, да? Эм, извините, просто мне столько уже всего понарасказывали. Я знаю, что не стоит судить людей по рассказам, просто их и впрямь было много… Я поняла, молчу.
Отвожу взгляд от медсестры и сталкиваюсь взглядом с шоколадным взором.
- Док, - Дженнифер слегка улыбается уголками губ, - давно не виделись.
- И впрямь, - я лишь вежливо киваю, чувствуя на себе тяжелый взгляд мистера Николсона. – С возвращением?
- Ага, именно с ним.
- Кажется, мне пора на процедуры, док, - хриплым басом говорит Джеймс. – Может вы перестанете миловаться смоейженой, и мы приступим, вроде вы говорили про какие-то анализы.
- Опять включил бурчалку, Джим, - вздыхает девушка, закатывая глаза - никто ни с кем не милуется. Мы просто друг друга поприветствовали.
Брюнет лишь хмыкает и как-то странно усмехается, глядя мне в глаза. Словно видит что-то, чего не видит никто. Словно видит меня и мои зарождающиеся чувства к его жене. К жене, которая его не любит. И которую не любит он.
 
- У тебя какие проблемы с твоим доктором, муженек?
- Никаких проблем, женушка, - теперь глаза закатывает он. – Процедуры.
Я лишь киваю, боясь сказать что-то лишнее и даю сигнал Катерине, чтобы она забирала вредного пациента.
- Прошу прощения за него, док, - говорит девушка, глазами провожая за тем, как ее мужа увозят на физиотерапию. – Эта новенькая..
- Она хорошая, - я позволяю улыбке хоть и слегка нервной скользнуть на мои губы, - ее проверяли с особой строгостью. Значит, вы и впрямь вернулись?
Дженнифер мягко усмехается.
- Так уж получилось. Не смогла ему отказать, слишком мягкотелая, - девушка пожимает плечами. – Но мы пришли к перемирию. И теперь вроде как все… Хорошо? – немного приподнимает брови, поглядывая на меня.
- Я рад, - чувствую, как внутри все вздрагивает от этого «Хорошо» и уголки губ дрожат. – Но, если вдруг что, вы всегда можете обратиться ко мне, я помогу всем чем смогу, Дженнифер.
- Спасибо.
***
Дженнифер.
- Мне нужна твоя помощь, - не успела я отпить кофе, как меня ошеломил Джеймс, выехавший из процедурного кабинета. И думается мне, хорошо, что не успела, а то точно бы носом пошел.
- Муж мой, ты что же это, головушкой ударился? – в полном шоке я смотрю на одновременно недовольное и смущенное лицо Джима.
- Так ты поможешь мне или нет, жена моя? – передразнивает меня он слегка хмурясь.
- Всем чем смогу, - пребывая все еще в полнейшем так сказать афиге, наблюдаю как Джим трет свою шею и что-то бурчит под нос. – Что?
- Помоги извиниться перед мамой!
- Миссис Николсон? Ты чего натворил-то? Она же всегда за тебя горой стоит.
- Вовремя детоксикации, - цедит он сквозь зубы, будто вспоминать обо всей этой ситуации ему больно и кулак свой сжимает-разжимает, той самой руки, что когда-то ударила меня, отчего фантомная боль в разбитой губе вспыхивает и хмурюсь уже я. – Я сильно нагрубил ей, обидел. И прогнал.
- Надеюсь, там было без обвинений в…
- Без, - рычит он. И вздыхает, так тяжело, словно ему бетонные плиты на плечи упали и придавили своей тяжестью. – Но я все равно сделал ей больно, хочу извиниться, но не знаю – как. Поможешь?
- Мне кажется, что ей и простого извини хватит, чтобы простить тебя, но это слишком просто. Конечно, помогу. Сразу после всего этого, - я обвожу пальцем больничные стены, - поедем в цветочный и может в ювелирный? Посмотрим ей что-то такое, что она всегда сможет носить и это будет напоминанием для вас обоих. Для тебя о том, что ты сделал, а для нее, что ты еще можешь признавать свою вину. Что этот мир еще не настолько ожесточил ее сына.
- Хорошая идея, - он выдыхает и глаза его смотрят уже мягче. Больше нет того грозового неба, что пару секунд назад бушевало в его взгляде. – И спасибо.
- Пока не за что. Так, что там за анализы-то?
- Не совсем анализы, очередное МРТ, чтобы проверить как заживает позвоночник и правильно ли он вообще срастается. Скоро доктор придет и все скажет. На сегодня вроде все.
Проходит всего несколько минут и доктор МакКалистер идет к нам, держа в руках несколько папок. Следом за ним по пятам идет рыжеволосая медсестра и что-то ему говорит, передает какие-то бумаги.
- Результаты мистера Николсона, - доносится до нас ее мягкий голос.
Блондин кивает ей и подходит к нам.
- Еще раз здравствуйте, док, - хмыкаю я, замечая краем глаза, как хмурится муж. – Каковы результаты?
- Лучше, чем было несколько недель назад, - он слегка улыбается и наклоняет голову к плечу отчего под мягким белым светом ламп и впрямь становится похож на ангела-хранителя. – Сначала я боялся, что из-за наркотиков поступление необходимых веществ в организм вашего мужа задержится в следствии чего и заживление задержится, учитывая еще и то, что психологическая составляющая тоже влияет на все выздоровление в целом. Но все обошлось. Если вы продолжите в том же духе, я имею виду физиопроцедуры, соблюдение диеты и прием лекарств, то уже через четыре-пять месяцев позвоночник окончательно заживет и тогда можно будет приступить к восстановлению двигательной функции. Также необходимо подключить к лечению уколы и массаж ног, чтобы кровоток в ваших ногах, мистер Николсон приходил в норму, а не стопорился. Вот рекомендации, но думаю вас миссис Николсон медсестры всему обучили до этого, просто как напоминалка.