Мой любимый «негодяй»

Шарлиз заставила себя вернуться к реальности. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.
– Почему вы хотите мне помочь?
– Мои мотивы вполне эгоистичны. Если вы сможете начать здесь новую жизнь, то останетесь в Париже и будете растить Дэниэла вместе со мной. Если вы начнете свой бизнес, я вложу в него средства и получу прибыль. Кроме того,
порекомендую вас всем моим знакомым женского пола.
  
– Вы делаете это из-за Дэнни? – медленно спросила она.
– Я уже говорил вам, что не люблю проигрывать.
Она не верила ему. Он заботился о своем племяннике, но вряд ли станет заботиться так же о малознакомой женщине.
– Ну что, согласны? Я не знаю, что вам еще предложить. Вы исчерпали мою фантазию.
– Не заметила, что вам так уж необходимо чье-нибудь согласие.
– Вы – красивая женщина. Любой почел бы за счастье заняться с вами любовью. Но мы не хотим неприятностей и не хотим зависеть друг от друга, платонический брак – то, что нужно нам обоим. Считайте, что я просто выполняю свои обязательства. – Он обаятельно улыбнулся. – Мисс Грант, вы выйдете за меня замуж?
Немедленный ответ давать нельзя, это неприлично! Но если она откажется, Робер может превратить ее жизнь в ад – и непременно превратит. Согласиться же – значит, действовать в интересах Дэнни.
Шарлиз никогда не призналась бы в этом Роберу, однако она понимала, что он в состоянии дать мальчику многое, что не под силу ей. Хорошее образование, например. Она может из сил выбиваться, но все равно ее средств на это не хватит. Все это вовсе не значит, что она намерена продать подороже сына своей сестры. Она примет предложение Робера. Без компромиссов войны не выигрывают. Либо этот брак, либо она потеряет Дэнни.
Решение было принято, но сказать об этом оказалось нелегко. Шарлиз медленно протянула:
– Разве предложения не делают, опустившись на одно колено?
– В нашем случае скорее подошло бы крепкое рукопожатие. – Теперь Робер был сама деловитость. – Я приготовлю все необходимое. Полагаю, завтра мы сможем пожениться, хотя времени маловато.
– Завтра?!
– Нет причин ждать. Нам же не нужна пышная свадьба с подружками невесты, букетами и прочей дребеденью?
– Действительно. У нас же деловое соглашение. – Она изо всех сил старалась скрыть охватившее ее разочарование.
Робер внимательно посмотрел на нее.
– Я понимаю, что вы мечтали совсем о другой свадьбе. Если вы предпочитаете пышную церемонию и соблюдение всех традиций, ради Бога. Я просто подумал, что для нас обоих проще и удобнее было бы закончить с этим быстрее, тем более что вам некого пригласить.
– Вы правы. Особенно при теперешних обстоятельствах. Пойду готовить Дэниэла к мысли, что у него будет новый папа. Думаю, это окажется трудной задачкой.
– Может, подождем, пока я скажу матери?
Шарлиз вымученно улыбнулась.
– Не знаю, кто из них отнесется к этой новости хуже. Может, отложим визит?
– Мама очень ждет Дэниэла, Лучше я скажу ей обо всем вечером, наедине.
К предстоящему визиту Шарлиз отнеслась без всякого энтузиазма. Дэнни, совершенно выбитый из колеи новым образом жизни и непривычным окружением, из солнечного и веселого ребенка превратился в маленькое капризное чудовище.
Мадам Овернуа занимала пышные апартаменты на верхнем этаже большого дома. Обстановка здесь была столь же роскошной, что и в доме Робера.
Жозефина Овернуа оказалась интересной женщиной. Седые волосы были тщательно уложены, манеры отличались властностью и были резковаты. Шарлиз она встретила столь холодно, что никаких сомнений не оставалось: мнение Жозефины о семействе Грант не изменилось.
Совсем по-другому она отреагировала на внука.
– Он похож на Мориса. Какой прелестный мальчик! Иди, поцелуй свою бабушку, mon cher.
Дэнни покосился на Шарлиз и начисто проигнорировал незаметное, но красноречивое пожатие ее ладони.
– Не хочу я целовать эту тетю. Мы пойдем домой?
– Она просто хочет с тобой подружиться, – Шарлиз старалась говорить тише и не смотреть на Жозефину и Робера. Наверняка во всем обвинят ее, хотя сейчас она ни при чем.
Мадам Овернуа вспыхнула:
– Не верь тому, что тебе говорили обо мне, Дэниэл. Подойди ко мне. Я твоя бабушка.
Робер произнес несколько натянуто:
– Возможно, мальчику нужно время, чтобы освоиться.
Он позвонил, и вскоре появилась горничная, катившая перед собой столик, уставленный чайными чашками и всякими сладостями. На тонкой фарфоровой тарелочке лежали маленькие сэндвичи, всевозможные птифуры и печенье. Серебряный чайник сверкал начищенными боками.
Дэнни не на шутку заинтересовался. Впервые он сам отошел от Шарлиз и принялся изучать сервировочный столик.
Жозефина просияла.
– Сейчас, мой ангел, бабушка тебе поможет.
Она положила на маленькую тарелочку несколько сэндвичей и тарталетку с крабовым мясом. Дэнни взял тарелочку и немедленно сунул тарталетку в рот. В тот же миг он сморщился, выплюнул все обратно на тарелку и торопливо вытер рот рукавом.
– Нет, нет, дорогой, джентльмен не должен выплевывать еду на тарелку. Кроме того, он должен уметь пользоваться носовым платком. – Она послала Шарлиз презрительный взгляд. – Так, значит, вот как вы воспитываете моего внука?
– Ах, простите, мэм. Я как-то никогда не кормила малыша крабовым мясом в винном соусе!
Робер постарался разрядить ситуацию, подсунув Дэнни маленький эклер.
– Попробуй. В твоем возрасте я их обожал. Помнишь, мама?
Ссора так и не разгорелась, однако назвать этот визит удачным было нельзя. Жозефина упорно заигрывала с Дэнни, однако у нее плохо получалось. Если она и умела когда-то обращаться с детьми, то основательно все подзабыла. Неудивительно, что Дэнни отверг все ее попытки подлизаться к нему.
Шарлиз была благодарна Роберу за то, что он решил сообщить своей матери об их свадьбе наедине. Интересно, а он пояснит, что брак будет фиктивным? Старуху будет нелегко успокоить.
Она поделилась своими сомнениями с Робером по дороге домой, вполголоса, чтобы не слышал племянник:
– Не знаю, зачем я соглашаюсь на это предложение. Ваша мать не в восторге от меня, это же ясно, да и мне она не по душе.
– А вам и не обязательно становиться друзьями. Мы делаем это для Дэниэла. Лучше поговори с ним, когда приедем. Я уже все уладил, и завтра вечером мы поженимся.
– Даже вы не можете сделать это так быстро!
Он самодовольно усмехнулся.
– Никогда не стоит недооценивать меня.
Шарлиз чувствовала себя беспомощным листочком дерева, уносимым бурной рекой. Она сделала последнюю попытку удержаться на плаву.
– Только не надо думать, что я буду слепо подчиняться всем вашим решениям. У меня есть пара вопросов. Кто и где нас поженит? Я не собираюсь оставлять Дэнни одного дома.
Мальчик вскинул на них глаза.
– Куда ты пойдешь, тетя Шарлиз? Я хочу с тобой.
– Никуда она не пойдет, Дэниэл. Завтра у нас дома намечается небольшое торжество, и ты тоже приглашен.
– Твой день рождения? И мы будем есть торт и мороженое?
– Если хочешь, то будем. – Робер повернулся к Шарлиз. – Я решил, что свадьбу лучше устроить дома. Один мой друг – судья, он согласился провести церемонию. Если вам нужны цветы, музыка и все остальное, я обо всем позабочусь.
– Нет, это глупо, ведь у нас не настоящая свадьба.
– А мама с папой брали меня на свадьбу один раз, когда няня не пришла. Было весело. Как большой день рождения. Можно, у меня будет день рождения, когда мы вернемся в наш настоящий дом, тетя Шарлиз?
– По-моему, случай подходящий, – шепнул Робер Шарлиз и громко произнес: – Теперь ты всегда будешь жить здесь, Дэниэл. Твоя тетя и я решили пожениться.
  
Малыш с удивлением посмотрел па Шарлиз.
– Мама говорила, люди женятся, когда любят друг друга. Ты его любишь?
– Видишь ли, милый… одним словом… здесь тебе придется узнать много нового, – пробормотала Шарлиз в панике. – Знаешь… я думаю, твой дядя сможет купить тебе ту большую машину, в которой можно сидеть и крутить педали.