Война в сарае (СИ)

— Принято. Очень признателен за сотрудничество.
Буксир, ловко зацепил оба корвета мощными магнитными захватами. С короткой вспышкой маневровых двигателей он развернулся и, тяжело волоча за собой мою добычу в неизвестном направлении. Я проводил их взглядом с лёгкой горечью, но тут же на терминале замигал значок нового сообщения от куратора. Повышение в рейтинге! Теперь мы на 14-м месте. И, что главное, — приглашение в любое представительство Министерства для получения награды.
  
Почувствовав, что позитивный настрой по отношению ко мне сейчас на пике, я немедленно отдал мысленный приказ:
—Тёма, составляй рапорт-ходатайство. Просим предоставить мне, руководителю ЧВК «Звёздный Утиль», краткосрочный отпуск продолжительностью пять стандартных суток для решения личных вопросов. И отправляй куратору, пока звёзды благоприятно сошлись.
Пока я наслаждался редким моментом затишья, наблюдая, как буксир с моими трофеями растворяется в мерцающем звёздном поле, в голове засела одна деталь. Я мысленно обратился к своему искину:
—Тёма, а почему все, от диспетчеров до того капитана на буксире, обращаются ко мне «капитан»? Я ведь, насколько мне известно, никаких званий в их флоте не имею.
— Это связано с импровизированной системой рангов, принятой Министерством войны для координации с частными военными компаниями, — без колебаний начал объяснять Тёма. — Согласно табели о рангах военного флота мира Фатх, командование оперативным соединением, включающим тяжёлые крейсеры, соответствует должности, для которой предусмотрено звание не ниже контр-адмирала.
В голосе искина послышались лёгкие аналитические нотки.
—Однако, учитывая, что вы не обучались в военной академии и не проходили действительную службу в рядах флота, вам было присвоено звание «капитан». Хоть оно и не относится к старшему офицерскому составу, но уже является офицерским званием и указывает на ваш оперативный командный статус.
— Значит, меня немного принизили, — усмехнулся я.
— Формально — да, — согласился Тёма. — Но существует важное дополнение. Руководители ЧВК, чей рейтинг входит в первую десятку, автоматически получают звания, приравненные к высшему офицерскому составу флота. Таким образом, ваш карьерный рост в рейтинге напрямую коррелирует с получением более высокого воинского звания в этой системе.
Мысль о том, что где-то там, в кабинетах Министерства, уже присматривают для меня адмиральские погоны, пришлась мне по душе. Это был неплохой стимул карабкаться дальше по этой лестнице.
И словно в ответ на мои размышления, в нейросеть пришло новое уведомление. Я уже мысленно готовился к очередному приказу о вылете в какую-нибудь богом забытую систему, но вместо этого мои глаза прочли нечто иное. Это был не приказ. Это было извещение об утверждении моего рапорта. Мне предоставлялся долгожданный отпуск. На четыре дня. Четыре дня!
— Тёма! — мысленно воскликнул я, едва сдерживая эмоции. — Отменяем все планы по закупкам и техобслуживанию! Готовь «Грифон» к быстрому переходу. Я лечу домой!
«Грифон» плавно пронзил облака, и внизу проплыли знакомые до слёз очертания — изумрудное озеро и серебряная змейка реки. Я направил его к заранее намеченной площадке — к поляне недалеко от палаточного лагеря, который я когда-то обустраивал своими руками.
Корабль, словно уставшая птица, мягко коснулся земли. В наступившей оглушительной тишине заскрипела гидравлика, и кормовая аппарель с лёгким стоном опустилась.
Я ступил на землю, сбежав вниз по трапу. И замер. Лето. Тёплое, раннее утро. Воздух был густым, влажным и пьянящим, Летнее, тёплое, раннее утро. Воздух был густым, влажным и пьянящим, Солнце, золотило росу на травинках и бросало длинные тени.
Мой «Грифон» занял своё почётное место рядом с другими кораблями — средним транспортом «Стриж», который я передал Вячеславу, и двумя небольшими курьерами.
Я постоял так несколько минут, просто дыша полной грудью. А потом медленно пошёл к заветному переходу на Землю.
Дверь в дом бесшумно подалась. Как можно тише, я зашёл домой, на цыпочках, стараясь не разбудить моих девочек. Проскользнув в кухню, я бросил взгляд на часы: без двадцати шесть. Я знал, что будильник в смартфоне жены установлен на шесть ровно. У меня было двадцать минут, чтобы сотворить чудо.
Достал сковороду — тяжёлую, чугунную. Сначала занялся сосисками, отварив их до лёгкой упругости, а затем, слив воду, принялся за главное — яичницу-глазунью. Первая пара яиц, одно за другим, аккуратно разбились о край сковороды, и солнечные желтки уютно устроились в прозрачном белке. По мере готовности я выложил рядом с яичницей пару сосисок, доведя их до румяной, аппетитной корочки. Первая порция готова. Принялся за приготовление следующей.
Пока на плите творилась магия, я достал хлеб и бесшумно вставил ломтики в тостер — я прекрасно помнил, как наша дочь обожает хрустящие тосты по утрам. Последним штрихом стал лёгкий щелчок включения электрического чайника.
И как по волшебству, едва чайник начал закипать, из спальни донёсся нежный перезвон будильника. Через мгновение дверь на кухню скрипнула, и на пороге появилась она. Моя жена. Заспанная, в моей смятой футболке, с размытым взглядом, но её нос уже по-кошачьи вздрогнул, улавливая знакомый, манящий аромат.
Она смотрела на меня, на накрытый стол, на дымящуюся сковороду, и в её глазах, сквозь пелену сна, медленно, проступало удивление, а затем — та самая, тёплая и бездонная, улыбка.
— Эль, доброе утро, — прошептал я.
— Артём, ты вернулся!
— Тихо, мать разбудишь дочь.
— Кого, её? Да её пушкой не разбудишь! Она на каникулах с подружками допоздна гуляет, а потом до полуночи в телефоне сидит. Так что из-под неё хоть матрас выдёргивай — она не проснётся. Ты лучше рассказывай, как дела. Как там у тебя бизнес?
— Имущество и активы получилось сберечь. Конечно, некоторые госконтракты пришлось затормозить по независящим от меня причинам. Ну и, как говорится, тоже пришлось… Так сложилось, что мне пришлось заключить ещё один госконтракт, требующий моего личного присутствия. Приходится постоянно мотаться туда-сюда. Вознаграждение, конечно, платят, но то, что постоянно требует моего присутствия, сильно напрягает. Вот кое-как выпросил небольшой отпуск на четыре дня и сразу — домой.
Супруга оглядела меня, посмотрела мне в глаза, и мне показалось, что она даже как-то злобно сощурилась.
—А не трёшь ли ты мне уши, дорогой? А не завёл ли ты там какую-нибудь инопланетяночку?
— Ну, хорош, мать! Ты же знаешь, я не такой, я честный. Сама прекрасно знаешь, что мне все эти неприятности, которые сначала — приятности, не нужны. Просто сложности: там с этими госконтрактами всегда сложности — то в одном месте не складывается, то в другом, а на мне ответственность, приходится подстраховываться третьим. Вот так и бегаю от одного к другому. Как думаешь, променял бы я тихое и спокойное времяпрепровождение с рыбалками, покатушками на лодке?.. И разменять всё это, на всяких там непонятных инопланетяночек.