Ученичество. Книга 5 (СИ)

— Где ты опять был, Вик? — спросила девушка. — Ведь по любому приключений нашел снова!
Я мысленно чертыхнулся. Да, репутация за мной закрепилась двоякая, и для некоторых мое имя уже стойко ассоциировалось с заварушками.
— Ну что вы, — как можно более беззаботно произнес я. — Так, с учителем прогулялся.
— Ну, смотри, — пожала плечами девушка. — Значит, говоришь, твое возвращение можно в журнал занести, да?
— Не-не, — тут же схватился я. — Давайте без этого.
Брат и сестра единодушно усмехнулись.
Я уже собирался пройти мимо них, как взгляд зацепился за висящий на стене металлический ящичек с прорезью. Машинально я прочитал надпись:
Пожертвования в фонд «Спасение Мира»
Щедрым да воздастся…
Едва я прочитал название, как тут же вспомнил, что именно об этой организации прочитал в деле о Стоунфилдах.
— Что это? — спросил я, показывая на ящик. — Давно здесь?
Фира и Теодор переглянулись.
— Ты чего, Вик? — недоуменно спросил парень. — Всегда была.
Я понял, что он прав — ящик местами даже проржавел. Просто раньше я вообще не обращал внимания на такие мелочи. Но теперь это словосочетание обрело для меня особое значение, и мозг тут же выцепил эту деталь.
— И что? — спросил я. — Люди жертвуют?
Теодор пожал плечами.
— Ну, некоторые да, — произнес он.
— Это считается хорошим тоном для знатных гостей, — внесла ясность Фира. — Когда деньги накапливаются, дежурные их относят в организацию.
— Хм, спасибо, — сказал я и мысленно поставил в голове зарубку на будущее — вдруг пригодится? В голове же все яснее зрела идея пошерстить знатную семью, что почему-то желала миру «спасения», а мне — смерти.
  
Глава 14
 
Несмотря на то, что за прошедшие дни практики я уже несколько раз видел работу Колосса, эта штука неизменно впечатляла. Здоровенная башня в несколько десятков метров блестела металлом и огоньками индикаторов. Живое свидетельство человеческого гения и превосходства технологий.
Как раз в этот момент гигантский станок пришел в движение. Зависший на вершине башни молот дрогнул. Набирая бешеное ускорение на вертикальных рельсах, он болидом пронесся вниз, где с неимоверной мощью ударил по заготовке.
Во все стороны полетели яркие искры и вспыхнул огонь. Огненная волна только начала набирать мощь, грозя захлестнуть всех вокруг, как вспыхнула цепочка артефактов. Зародившийся было пожар тут же рассеялся, а вместо страшного грохота до нас долетел лишь приглушенный гул.
— Мощная штука, — с восхищением произнес я.
— Да уж, впечатляет, — кивнул стоящий рядом Стэнли Харрингтон. — Мой отец вечно строит что-нибудь этакое, а его замыслы будто слишком далеко от нас, они…
Он замялся, видимо, не зная, какое слово подобрать.
— Непостижимы, — подсказал я, вспомнив его неразговорчивого, но весьма проницательного отца.
— Да, — кивнул толстяк и повернулся ко мне. — Ты уверен, что хочешь начать с этой штуки? Возможно, для твоих опытов подойдет что-то другое — у нас еще много хороших инструментов для работы. Колосс, знаешь ли, слишком мощный…
Он развел руками, видимо, не зная, как объяснить глупому недорослю, что не надо сразу лезть к самому дорогостоящему станку и лучше бы научиться сначала азам артефакторства.
Я мысленно усмехнулся, без труда читая эти эмоции на лице аристократа-промышленника. Однако за применение Колосса мною уже было уплачено, так что воспротивиться тот не мог.
— Не волнуйтесь, — произнес я. — Не сломаю я вашу игрушку.
Аристократ на это фыркнул и посмотрел на меня с любопытством.
Все же репутация гения не давала ему посчитать мои причуды совсем уж откровенной дуростью. Аристократу было интересно, неужели и в этот раз я сделаю что-то полезное.
— Ну скажи тогда, что ты хочешь смастерить? — спросил он. — Если, конечно, не секрет.
Мне стало смешно. Какие могут быть секреты от владельца мануфактуры, где я собирался сковать артефакт для Альбионы?
  
— Вот, хочу оружие сделать, — я вытянул руку, в которой держал два хищно поблескивающих клинка. — Разве не очевидно?
Аристократ уже и без того с любопытством поглядывал на две рапиры. Клинки мне достались легко — их я нашел на мануфактуре и под расписку получил себе два экземпляра.
Услышав мой ответ, толстяк скорчил лицо так, будто съел лимон.
— Ты как отец — вроде, и ответил, но все равно ничего не понятно, — вздохнул он и махнул рукой. — Ладно, делай, что хочешь.
В этот момент мимо нас на грохочущей тележке провезли какую-то здоровенную железную деталь. Из-за ужасающих нагрузок кузнечный молот Колосс требовал технического обслуживания после каждого применения.
Харрингтон-младший больше не спорил. Пока рабочие готовили станок к применению, меня наконец допустили в святая святых — основанию станка, где находилась наковальня.
«Не знаю, где они нашли этот булыжник, но это явно аномальный артефакт», — подумал я.
Черный камень пронизывали красные прожилки. Оценить его прочность я затруднялся, но артефакт не превратился в крошево даже после такого мощного удара.
— Вот в эту нишу устанавливают заготовку, — произнес Стэнли, указав на углубление в «наковальне». — Дальше ее заливают специальным сверхпроводящим раствором. А сверху закладываются энергоэффективные материалы…
Я слушал не особо внимательно, ведь это было очевидно.
— Понимаю, — кивнул я. — Молот вызывает детонацию материалов.
Говоря это, я принялся устанавливать рапиру в углублении.
— Благодаря сверхскорости полужидкий проводник просто не успевает найти выход из формы, — продолжил я. — То есть, для защиты заготовки от уничтожения молотом вы используете законы физики, а именно, равномерное распределение давления в жидкостях, так ведь?
— Так, — Харрингтон-младший явно был озадачен тем, насколько хорошо я разобрался в принципах работы Колосса.
Я кивнул и подал знак работникам, чтобы заливали, а сам продолжил:
— Материал формы для заливки обладает экранирующими свойствами и не позволяет энергии выйти наружу. В итоге в момент удара у энергии попросту нет выхода, и она фактически впечатывается в заготовку.
— И это верно, — уже немало удивленный, кивнул толстяк.
— А так как проводник жидкий и обволакивает предмет, то насыщение происходит по всей поверхности, — закончил я. — Главное, чтобы форма для заливки выдержала удар. И сдается мне, этот невзрачный на вид камушек-наковальня стоит целое состояние.
— Браво, — Харрингтон-младший даже сделал несколько хлопков и пошутил: — Виктор, из вас получился бы превосходный промышленный шпион. Я начинаю понимать, почему отец потребовал взять с вас подписку о неразглашении, хоть вы всего лишь практикант.
Пока мы говорили, установленную в нише рапиру залили густой черной жидкостью — проводником. Поверх установили еще одну деталь — для внедрения в артефакт аномальных материалов. Занимавшийся этим инженер повернулся ко мне.
— Ваш ход, господин артефактор, — произнес он.
Сказано это было хоть и с легкой насмешкой, но не обидно. Самоуверенным недорослем меня здесь уже не считали.
— Спасибо, — кивнул я.
Скользнув к столам, я начал выкладывать материалы. Самые важные, что у меня были заготовлены, в ход не пошли. Первая попытка должна была стать «пристрелкой». На ее основе я собирался произвести уточняющие расчеты и уже потом только сделать настоящее оружие.
Размышляя об этом, я начал раскладку. Именно от верности этого процесса и зависела львиная доля успеха. Благо, здесь я проштудировал все от и до.
Аккуратно я выложил все материалы, оградив их друг от друга специальной пластиной и зафиксировав. При ударе молота они должны выпустить свою энергию в жидкость проводника, окружившего заготовку, и только в этот момент смешаться.
Все дело заняло несколько минут. Наконец, охлопав ладони, я отошел и кивнул наблюдавшим за мной инженерам.