Похищенная помощница для варвара (СИ)

– Да.
– Про маму я не подумала.
– Ничего, главное, я подумал. Алин, побудь пока одна дома, если что-то срочно понадобится, обратись к охране. Видишь тот домик? Там дежурные сидят. И не убегай, пожалуйста, я скоро вернусь.
– А ты куда?
– Обратно. Надо же пакет с грибами забрать.
– Там же кабаны.
– Ничего, найду общий язык. Сегодня на обед хочу грибным супом тебя угостить. Там еще малинник. Не все собрал. В общем, жди.
– Богдан, не надо! – вцепилась в руку мужа, не пуская. – Это опасно. Пожалуйста.
– Ну и хорошо. Тебе и разводится не придется, станешь богатой вдовой, – Богда хмыкнул, чмокнул меня в губы, отцепил мою руку и ушел-таки обратно в лес.
Он нормальный?! Баран! Побежала к дому с охраной. Пусть бегут за начальником и следят, чтобы я вдовой раньше времени не стала.
Два охранника не восприняли мои слова всерьез. Говорили про то, что угрозы никакой не видят, супруг мой сам пошел в лес, и если бы ему нужна была охрана, позвонил им, а у них сейчас основное задание следить за мной, так что они никуда не пойдут.
Как я орала. Такие заковыристые словечки неожиданно вспомнились. Пообещала им страшную жизнь, если не пойдут мне мужа спасать, и проклятие вечного поноса. Охранники ушли искать Богдана, кажется, лишь бы только меня больше не слышать, только тогда я успокоилась и присела за стол охраны. Кстати, любопытное местечко. На компьютеры выведены изображения с камер наблюдения, они тут, оказывает, по всей территории натыканы. Везде, кроме дома. Ясно, на природе ничем таким с супругом не занимаемся, шторы задергиваем плотнее.
К моему облегчению, Богдан вышел из леса минут через тридцать в компании тех двух охранников. с добычей. В руках у каждого мужчины по пакету. Оставила свой наблюдательный пункт с камерами и пошла в дом делать вид, что возвращение живого и здорового мужа меня ни капли не волнует.
Супруг нашел меня сам, притом не очень и спешил искать.
– Алин, а ты что тут делаешь? – поинтересовался Богдан, нависнув над моим креслом.
– Разве не видно? Любуюсь потолком. Отдыхаю в общем.
– Пойдем, я уже суп начал готовить грибной, малину помыл.
– Не хочу есть.
Отворачиваюсь от лучезарно улыбающегося Богдана. Веселый такой, довольный, взгляд теплый, ласковый.
– Ты обиделась на меня? А пирог с малиной будешь?
– Буду.
Богдан берет меня за руку.
– Охрана, кстати, под большим впечатлением от твоих проклятий. Ты их больше так не пугай. Заикающиеся охранники – это не солидно. Я их предупредил, чтобы слушались впредь тебя, как меня.
Две недели на даче пролетели, как один миг. На природе, конечно, очень хорошо, спокойно. Две недели практически один на один с Богданом. Без интернета, гаджетов, общественной жизни. Но на удивление очень насыщенно, и по городу я не тосковала совершенно. Каждый день проходил очень легко, просто, был такой настоящий что ли, правильный. Если поначалу я еще вредничала, но к началу второй недели успокоилась, готовить с Богданом стали вместе, по моей инициативе. С ним все так ловко быстро получалось, пробовали постоянно новые рецепты, экспериментировали, постоянно смеялись, болтали обо всем.
Когда настало время уезжать, поняла, что совершенно не хочу этого делать и могла бы тут еще хоть год вместе с Богданом прожить в этом неспешном расслабленном темпе.
Но в город все равно надо. Подташнивать меня по утрам что-то стало в последнее время. Хочу к врачу съездить, может лечение какое-то пропишет. Я подозреваю, что какой-то гриб мог неправильный попасться, ну или несвежее что-то. Но почему тогда только по утрам плоховато становится? Богдан твердо уверен, что это не грибы и за свежестью продуктов он следил, предполагает, что это вирус, приболела. В общем пусть врачи разбираются.
Как и планировала, ночь перед отъездом была особенно жаркая. Правда, пока ехали в машине, засомневалась, надо ли по приезду идти разводится. Уже не хочется, обиды забылись, но если не сделаю этого, покажу, что со мной можно обращаться как заблагорассудится. Захотелось – кинуть, передумал – жениться насильно, я все приму. Нет, так нельзя. Разводу быть.
 
Уже на подъезде к городу наши с Богданом телефоны начали разрываться. Мужа атаковали по работе, все же он надолго пропал с радаров, а вот мне, судя по истории сообщений, пытались дозвониться почти все знакомые, друзья, родственники. И как только я включила телефон, первыми почти сразу родители.
– Алина! Ты почему так долго была недоступна?! Знаешь как мы волновались? – сразу накинулась мама.
– Я…
– Вышла замуж! – и даже никого не позвала на свадьбу из родных.
– Откуда знаете?
– К сожалению, не от собственной дочери. Нам сообщили родственники твоего мужа.
Ну все, теперь обида надолго будет.
– Это была спонтанная свадьба. Официальная будет позже…
Блин, я же разводится собираюсь.
– Что значит спонтанная свадьба? Что за причуды такие? Ты беременна? Из-за этого?
– Нет.
– Тогда почему? Объясни, я не понимаю.
– Мам, мне сейчас не очень удобно разговаривать, я тебе позже объясню, ладно?
Угу, позже, когда разведусь. Тогда и объяснять что-то уже смысла не будет. Скажу, что свадьба была ошибкой.
Кое-как закончила с мамой разговор. В квартиру супруга захожу в мрачном настроении. Сразу иду в спальню, где остались мои вещи. Надо же забрать хотя бы часть.
Собрала небольшой чемоданчик и на выход.
– Ты далеко? – спрашивает Богдан. Он перехватил меня в гостиной. Теперь смотрит удивленно на мой чемодан, удивленно заломив брови.
– Домой к себе поеду. Пока. И это… я тебя недостойна, найди себе ту, с кем заведешь настоящую семью и будешь счастлив.
– Не смешно, Алин. Поставь чемодан обратно и давай поговорим.
– Не о чем говорить. Я люблю другого, ага.
Глаза Богдана опасно блеснули. Разозлила. Может, не надо было так радикально? У него тут плетка где-то спрятана.
– Это ты мне так мстишь сейчас?
– Это я говорю, что мы расстаемся. На развод завтра подам. Помнишь, мы говорили как-то про доверие, которое исчезает, когда человек тебя бросает? После разрыва это уже другой человек, который смог тебя кинуть. Ну так вот, я тебе не верю. Ты то бросаешь, то женишься, завтра тебе еще что-то в голову взбредет.
Успела сделать пару шагов к выходу, как Богдан перехватил меня, отнял чемодан, зашвырнул его в стену. От удара чемодан раскрылся и вещи картинно разлетелись по гостиной.
– Пусти меня! Опять будешь силой удерживать?!
– Если надо, запру в квартире, – мрачно пообещал Богдан и утянул меня на диван. – Кого это ты там любишь?
– Если ты меня сейчас не отпустишь, то я не только подам на развод, но и обращусь в полицию!
Договорить не вышло, в дверь позвонили.
Богдан, видимо опасаясь, что я куда-то спрячусь, к двери пошел вместе со мной. Странно, что в домофон не позвонили.
Богдан не торопится открывать, включил камеру домофона, а там какие-то мужчины, спросил у них, кто и зачем, а они…
– Откройте, полиция.
Богдан отключил домофон.
– Ого, как оперативно. Алин, ты их силой мысли вызвала?
– Не смешно.
Недолгий разговор по домофону, и Богдан все же открывает дверь, но внутрь не пускает никого. А народу собралось немало. Трое людей в форме, охрана мужа оперативно подтянулась. Я осталась в холле, не показываюсь, но слушаю и просто не верю. Богдану предъявили обвинение в том, что он напал и избил человека, а еще, что супруг мой похитил… меня. Просят проехать в отделение для дальнейших разбирательств. Просят, надо сказать, вежливо, хотя тут столько охранников подошло, попробуй иначе.
Выглядываю в коридор.
– Я тоже поеду, – говорю я Богдану, встаю рядом с ним, беру под руку и заявляю уже полиции. – Меня никто не похищал. Могу где угодно в этом расписаться. И вообще это мой муж, как он может меня похитить?
Полицейские оживились, вроде как даже обрадовались.
– Ты же собиралась разводиться, – тихо с усмешкой заметил Богдан. – Да и к полицейским хотела обратится.