Улыбка Цезаря (СИ)

– Никандр, а как тут новички, что-то я их не вижу.
– А никак, Вить. Тут эта твоя устроила нам побоище, это Валя влезла в разговор.
– Какое побоище, объясните толком.
– Так на второй день, как ты уехал, она его и прирезала.
– Подожди, Валь, не пугай человека, это уже Степаныч.
– Понимаешь, Вить, я решил на второй день пристроить этого бугая к работе, ну а чего хлеб зря есть. Повели его на болото, резать торф. – Неплохо кстати работал, нарубили в три раза больше, чем обычно.
Вернулись домой, пошли умываться на речку, возвращаемся, а он лежит, а эта твоя стоит над ним с ножом.
– Вить, – опять влезла Валя, – она прихватила твой нож, который ты оставил на кровати. Подошла к нему и полоснула по горлу. Этот громила упал, похрипел минуту и умер, истёк кровью. Я даже не успела отреагировать.
Интересные пироги с котятами творятся.
– Ну и, где они сейчас?
– Да где ещё, его закопали в лесу, а мадам сидит на чердаке под домашним арестом. Вот тебя ждали. Что с ней делать будем?
– А что с ней делать, я откуда знаю. Отвести в полицию?
– Я так думаю, судя по её состоянию, в котором мы её нашли, с ней очень плохо обращались. Если бы не мы, её бы просто в воду скинули бы и всё.
Значит зарезала она его за дело, а нам же пока ничего плохого не сделала. Кстати, Валь, как её здоровье.
– Ну нога, заживает. Гематомы ещё держатся, через неделю всё пройдёт. Только худа больно, она же ничего не ест. Девочки относят ей на чердак, а она отказывается. Гордая, обиделась, что заперли.
– Ясно, что ничего не ясно.
– Ладно, может поедим, не обедал сегодня.
Валя крикнула Яне:
– Янка, вечерять когда будем?
Значить через два часа. Я попросил приготовить мне пару бутербродов, хорошо быть начальником. Завернув их в тряпочку, поднялся на чердак. Решать то надо проблему.
А там в углу на мешках сидела убийца бандитов, при моём появлении встала. В балахонистой юбке, размера на два больше. Босиком, сверху Свитер Степаныча и платок на голове. Смотрит настороженно. Мой нож в пятнах засохшей крови валяется на полу. Подошёл и прибрал его.
– Ну, ты как? Я решил действовать как с животным. Те тоже язык не понимают, реагируют на тон и интонации.
Решил для начала познакомиться:
– Я Вик, а ты?
И я ткнул в её сторону. Женщина назвала себя, – Анте или скорее Антье.
Я опять назвал себя, – Вик.
Она покачала головой, – Витья.
– Ну хорошо, пусть будет Витья, тогда ты Анна, хорошо?
Женщина неуверенно кивнула. А диалог-то налаживается, она абсолютно вменяемая, только намучалась, наверное.
– Не надоело тут сидеть, пошли вниз, – и я протянул руку. Женщина неожиданно вложила свою грязную руку в мою. Это доверие и надо его оправдывать, я повёл ей вниз. Народ на улице удивлённо смотрел на наш выход.
– Люди, а чего она такая грязная. Трудно помыть её?
Ответил Степаныч:
– Вить, так омывали её в первый же день, но ей мыться нельзя полностью было из-за раны. А сейчас все боятся её.
– Ясно, пошёл я баньку кочегарить. Заодно и сами помоемся.
За ужином Анна села рядом со мной, пришлось её накладывать лично. Валя посмеивалась на это:
– Ну всё, Витька, теперь как у Сент-Экзюпери в «Маленьком принце», ты в ответе за ту, которую приучил. Она, что так и будет из твоих рук есть. Спать тоже вместе будете.
– Валь, ну хватит ехидничать, лучше помойте её хорошо и подбери одежду поприличнее.
– Ага, а она меня в парилке и того-этого?
– С чего того, или вы с ножом париться идёте? К тому же с тобой помощницы будут. И вообще хватит демонизировать её. Девка настрадалась, наверняка издевались, вот она и не выдержала.
– Ну, да. Здесь ты прав.
Уже вечером мы сидели мужицким коллективом за стол, баловались чаем. А я ждал, когда бабы выйдут. Что-то они долго там парятся.
Ну, наконец вышли, все распаренные. Волосы укутаны в полотенца. Анна в Валином спортивном костюме, с чалмой на голове.
Женский табор потеснил нас за столом. Мы, пересмеиваясь, пили чай с сушками и мёдом. Я хохотал над диким акцентом Абуны, он понимает немного и произносит элементарные фразы. Но понять его нелегко, всё время стремится перейти на свой птичий язык. Анна села естественно рядом со мной, потеснив Уго.
 
– Вить, а посмотри, какую красавицу урвал, – и Валя подошла к женщине и осторожно сняла полотенце с головы.
Батюшки, вот это богатство. Мужики сразу примолкли. Да она блондинка. Тяжёлая, вьющаяся грива волос мягко закрыло её спину. Ниже попы будет. Редкий цвет, тёмный для блондинки, почти бронзовый. При свете керосинки разглядываю нашу новенькую. Глаза серо-зелёные, скуластенькая, портит впечатление большой синяк слева. Кожа белая, как бывает у рыжих. Когда поправится, будет «смерть мужикам».
Спать расходились поздно, Валя постелили Анне на моей кровати, а я устроился на лавке. Блин, как неудобно. Не помогает даже медвежья шкура. Ночью спал не очень, боялся упасть с лавки.
И какого? Утром чуть не наступил на спящую рядом с лавкой женщину.
Да, что же за фигня. Мне что, теперь в сортир тоже с ней ходить. Знал бы, спокойно спал в своей кровати. А она пусть дрыхнет на полу, раз ей нравится. Слава богу, утренние процедуры мне дали сделать самому. Анне помогала Аза с Линой. Показывали её что и как. Нормально общаются, ну и хорошо.
50
После завтрака мы занялись водопроводом. Для этого нужно прокопать глубокую канаву. Степаныч сказал, что глубиной не меньше двух метров. Чтобы зимой не перемёрзла. Ну да, земля мягкая, я махал кайлом, Уго с Абуной расширяли канаву лопатами. Тридцать метров прокопали до обеда. Потом закинули подготовленную трубу. Степаныч уже вымерял и обрезал необходимую длину. Натянул толстую, пористую термоизоляцию и сверху обмотал плотной лентой. Уложив на дно, мы начали засыпать канаву. К 3 часам закончили. Помылись в речке, перекусили хлебом с салом. До ужина не дотерпим. Степаныч продолжил заводку трубы в дома и установку ручных насосов. А я взял ружьё и кликнул собак. Схожу, надо к ужину принести мяса.
За мной увязалась Анна. Нет в таком виде не пойдёт. В спортивке и тапочках идти в лес?
Подобрал из одежды Степаныча подходящее. Моё велико будет.
Камуфляжные штаны она подогнула, футболка Валина, её же ботинки. Курка моя, только рукава закатали. На голову кепку и вперёд. Что бы не чувствовала себя невооружённой, торжественно вручил ей свой офицерский пояс с злополучным ножом в чехле. Длина лезвия 30 см, вполне приличное оружие.
Вышли в сторону камышей. Я боялся, что Анне трудно будет долго идти, пока не жалуется. Норд как всегда в поиске, а Зевс держит тылы.
4 утки и гусь за час, неплохой результат. Анна после первого выстрела испугалась, потом уже не реагировала. Забрала у меня связку с птицей и идёт рядом. Хорошо, что молчит, не хватало мне ещё болтливой девицы, преследующей меня.
Так у нас и повелось, ночью я спал на кровати, а женщина на роскошном ложе из шкур рядом.
На охоту ходила со мной, за столом сидела рядом. Слава богу на этом всё. Интимные потребности решала сама. Женщинам на кухне не помогала, наверное, ниже её достоинства.
Мы это обсуждали и решили, что и пусть. Никандр сказал, что, если её положение дома было высоким, она не будет заниматься готовкой. Может она дочь вождя или важного купца. Я думаю, что ей родина где-то западнее Германии. Может голландка или датчанка.
Когда я убедился, что Анна вполне мирно вписалась в наш коллектив, я стал готовиться на выход. В последний раз на охоту шли втроём, взяли Уго. Он с луком, я с ружьём и женщине дали дротики. Уго подстрелил косулю, и мы притащили её домой.
В Киров ехал со смешанным настроением. С одной стороны, радость от встречи с Ритой. С другой, понимал, что со мной она сейчас не уедет. И, наверное, не я у неё на первом месте. Если бы она была также как и я была бы влюблена, думаю бросила бы всё и как жена декабриста поехала за мной в Сибирь. Это меня огорчает.