Улыбка Цезаря (СИ)

Я выскочил из дома в самых радужных ожиданиях. В поселковом магазине набрал полную сумку, включая полуфабрикаты. Добавил пакет молока, литровую упаковку сметаны и пару батонов хлеба. Бутылка красного вина также не помешает. По дороге назад, увидел деда рыбака. Остановился и за тысячу он отдал мне десяток приличных карасей.
– Вах, Виктор, так тут целый пир намечается. Я обожаю карасей в сметане. Да их в городе и не продают. Давай, чисти их пока, а я закончу с картошкой. Сковородка то одна большая. Перекинув готовую картошку в глубокое блюдо, накрыл его полотенцем. В два приёма пожарили всю рыбу и оставили под покрывалом. Проверил парилку, маловато, но уже можно.
– Рит, я Вас приглашаю на свидание в баню.
Девушка встала и манерно протянула руку, – я готова.
Ну, градусов 80 есть. Парок нормальный, мы посидели на нижней полке. Приходится париться в простынях. Прикрывшись, мы отдавались старинному удовольствию. Рита ухитрилась пристроить полотенце на бёдрах, легла на живот и подставила мне спину. Стараясь не глядеть на рельефную спину, разделённую пополам мягкой линией, я начал работать веником. Потом она меня попарила.
– Да, ладно уже не прикрывайся, чего я там не видела, – она скомандовала повернуться. Я закрыл глаза и решительно перевернулся на спину. Потом мы обливались из кадушки холодной водой. Рита перестала прикрывать грудь, оставила только полотенце на бёдрах. После двух заходов решили хватит. Посидели немного в предбаннике, ополоснулись, переоделись и за стол. Я притащил из сарая пару банок с квашенной капустой и баклажаном.
Потом мы, уже остывшие ужинали. Свежая рыбка улетала, как семечки. Мы чокнулись:
– Рит, ну за нас. Мне с тобой очень хорошо и хотелось бы войти в твою жизнь надолго, это я выдал оригинальный, корявый тост.
Девушка только улыбалась. Пикантность моменту придавало то, что мы оба понимали, что через час станем любовниками. И желание обладать перемешивалось с пониманием, что это уже не уйдёт. Это как женился, а с женой ещё не спал. Такая растянутая на неделю брачная ночь.
Я сел рядом с Ритой и касаясь руками друг друга, мы получали удовольствие от прикосновений и недосказанности. А когда я опять уткнулся в её глаза, на меня опять накатило ощущение нереальности. И я мягко взял её голову и начал целовать лицо, губы и шейку. Дальше помню смутно, что несу на руках в спальню, нетерпеливое раздевание друг друга и вот я в ней. Так, прижимая девушку, я двигался и не отрываясь смотрел в омуты глаз. Затем неизбежный взрыв и мы лежим так же, только я перевернул ей на себя. Она кажется мне невесомой, я рукой удерживаю, хочется продлить контакт.
Вспомнили, что забыли попить чай. Вскипятили, сидели, прикрывшись полотенцами и смаковали чёрный чай со смородиновым вареньем.
Говорили о всякой ерунде. Смысл не важен, я вслушивался в голос девушки. Ничего прекраснее не слышал, как она красиво смеётся. Капелька варенья осталась на её губе. Наклонился и слизал, показалось мало, впился в губы. Желанное тело перекочевало мне на колени. Угомонились к утру. На удивление проснулся я рано. Часов 8. Ведь легли в 4. Ритины волосы разметались по подушке. Что бы рассмотреть все подробности, аккуратно убрал чёлку. Прямой носик, морщинок почти нет, губки вкусные. Ну удержался и скользнул рукой по бедру вниз.
– Вить, дай поспать. Оставь бедную девушку в покое, у меня там всё болит ещё, – и она упёрлась мне в грудь ладошкой. Мягкое и тёплое движение остановило мои фривольный мысли. Я перевернулся на спину и стал лениво размышлять. Именно вот это последнее движение женщины показалось мне важным. Мне оно показалось очень доверительным и близким. Поэтому я счастливо улыбнулся утру и встал, готовить завтрак. Обжарил на глубокой сковородке немного лука и кубики варёной колбасы. Потом взбил четыре яйца с молоком и смесь вылил в сковородку. Через десять минут закрыл крышкой и уменьшил огонь. Приготовил пластики батона для тостов. Козий сыр, свежая зелень и всё.
Сам вышел на улицу, проведать Пробоя. Он спокойно стоял у загородки. Освежил воду в ведре, подсыпал корма в корыто. Смесь ячменя и кукурузы. Сена было достаточно в углу, осталось от козы.
 
Сзади меня обняла Рита:
– Давай я его покормлю.
– Ну уж нет, у него всё есть. Сейчас я тебя буду кормить, а потом у нас катание на лошадях.
Девушка, взвизгнув от моего шлепка по попе улетела домой. Не торопясь, позавтракали, я рассматривал уже по-новому свою даму. Ещё вчера она была девушкой, которую я сильно хотел. Я сейчас моя женщина.
Но, чёрт побери, я не знаю, что делать сейчас со своей любовью.
Переодевшись и взяв тормозок, мы выехали по дороге. Вернее, ехала Рита, а я вёл коня за уздечку. С утра было свежо, и я шёл быстро. Добрались до леса, свернули на проторенную трактором лесную дорогу. Я так же вёл коня, оглядываясь на девушку. А она подняла руки на затылок и с закрытыми глазами раскачивалась в седле. Только по лицу пробегали тени, когда проезжали под ветками. Через пол часа попытались сесть вдвоём. Не очень удобно, но можно. Я пристроился сзади. Естественно, прижимался к подруге. От этого монотонного покачивания я возбудился, обнимая девушку. Соскочив с коня, осторожно снял Риту, привязал повод к дереву. Мы опять накинулись друг на друга. Что бы не уколоть её, я посадил девушку сверху. Наконец-то можно рассмотреть её при ярком свете. Приняв груди в свои ладони, я помогал, двигаясь навстречу. Потом она лежала на мне без сил и нам было так хорошо и спокойно. Только Пробой пофыркивал укоризненно. Домой вернулись под вечер. Есть особенно не хотели, не давно умяли бутерброды. Поэтому сидели с кружками чая на лавке под окном.
– Вить, а ты когда уезжаешь? спросила она с серьёзным лицом.
Я задумался, планировал завтра, но как её оставить.
– Я не знаю, малыш. Скажи, ты видишь как-то наше совместное будущее?
Девушка, подумав, кивнула.
– Понимаешь, у меня от тебя крыша едет. И я хочу, чтобы мы жили вместе. Но это приведёт к изменению планов. Поэтому мне нужно время, привести в порядок свои дела. Для этого мне нужно отъехать.
– Ты меня будешь ждать?
Вместо ответа она пересела ко мне на колени и прижалась. Я чмокнул её в макушку. Тогда в кроватку, завтра мне надо пораньше встать.
Утром позавтракали.
– Рита, я уеду на Пробое. Машина останется здесь, вот деньги на всякий случай. Я планирую вернуться через несколько дней. Отдыхай пока. Если что-то случится, можешь взять мою машину.
Посмотрев на Риту, удивился что её глаза на мокром месте.
– Вить, ты будто надолго прощаешься. И почему на лошади ты уезжаешь? Ты мне ничего не хочешь сказать?
– Так, моя женщина, перестань разводить сырость. Я тебе по возращению всё расскажу. А пока давай познакомлю с соседкой. Можешь покупать у неё молоко и яйца.
Что бы не терять время вывел коня и вскочил в седло. Нагнувшись, поцеловал в губы и дал посыл – вперёд. Через полчаса я уже был дома.
45
Однако меня не встречают, только собаки выметнулись навстречу.
– Ой, Витя вернулся, это Аза закричала. От реки подошли мужики.
Поздоровавшись, Степаныч начал торопливо говорить:
– Витька, тут Уго пропал. Ушёл вчера на охоту после обеда и пропал. С ним был Цезарь.
Ёшкин кот, вот где не ожидал проблем.
– Думаешь, ушёл.
Вряд ли, нет. Думаю, что-то случилось. Хотели взять Норда, поискать их. Так он же кроме тебя никого не слушает. Вот, мы сейчас лодку готовим, пройти вниз по реке.
– Ясно, только какой смысл, надо найти их следы в лесу.
– Значить так, Никандр, вооружайтесь, одевайте брони. Идёте втроём в лодке. Я собаками лесом. В какую сторону он пошёл? Туда, ладно разберёмся. Так, Валя еды на несколько дней в лодку. Сами сидите в доме и вооружись карабином. Если что, валите всех.
– Степаныч, бери мой карабин. Запас патронов, захвати мою броньку и рогатину. Я с автоматом налегке по следам.
Так, только спокойно. Я достал из ящика один из автоматов. Торопливо раскидал, протёр тряпкой снимая солидол. Снарядил два магазина, пару сотен патрон в рюкзак. ПММ под мышку, нож всё готов.