Улыбка Цезаря (СИ)

Девушка Абуны, явно с восточной кровью. Видимо не мусульманка. И христиане, и мусульмане своих единоверцев не продавали в рабство, по-крайней мере открыто.
Так она быстро сообразила, что её положение изменилось и начала ухаживать за своим мужчиной. А вот у Уго положение посерьёзней. Крепкая, фигуристая девица, с угрюмым и вытянутым лицом, уже не смотрела апатично на происходящее, как на рынке. Но своё положение понимает, а вот смириться её с этим пока нелегко. Наверное, резко изменился её статус в недавнем прошлом. На месте парня я бы дал ей время привыкнуть.
А вот Никандр конкретно взялся опекать девчушку, устроил её поудобней, дал свою миску с едой. Сам ел потом, опять я не подумал взять с собой дополнительную посуду. Ну так я и не рассчитывал наткнуться на город. Девица Абуны наоборот поела после своего повелителя. А Уго, наоборот, сунул чашку сначала даме, сейчас она так и стояла полная между ними. Ну-ну.
Три дня нам понадобилось, чтобы зайти в Вятку. Ещё пять взяло добраться до Пижмы. В посёлок не заходили, хотелось домой. А вот в уничтоженной деревне появилась жизнь. В уцелевших домах курились дымки, мелком увидел людей. Хорошо, что поселенцы пришли. А то неприятно было даже проплывать мимо.
За эти дни у нас всё наладилось, мы познакомились с дамами.
Улыбчивая Диля, суровая Яна и волоокая Аза. Последняя это воспитанница Никандра с большими и спокойными глазами, как бы подёрнутыми дымкой. Они много говорили друг с другом, и я удивился, когда она вдруг обратилась ко мне на славянском. Причём понимал я её лучше, чем булгарского купца. Выяснилось, что она родилась в одном из городков киевской Руси в семье греческого торговца. Поэтому хорошо говорит на нескольких языках. Кроме греческого и славянского, она понимала язык булгар и немного арабский. Ценная девочка. Не очень интересная внешне, с коренастой фигурой и крупным носом, она внезапно стала моим самым ценным приобретением. Теперь уже я по вечерам общался с ней. Никандр только улыбался в бороду на это. Теперь будет секретарём у меня. Не отдам.
Так я узнал наконец, что сейчас идёт 1008 год от Рождества Христового. Значит Владимир уже принял православие.
Шустрый эфиоп уже вовсю спал со своей красавицей, а Уго ещё крутил танцы-шманцы.
Ну, здравствуй дом. Вытянули лодку на берег, моя старая лодка лежала тут же, видимо Степаныч недавно рыбачил.
Из дома выбежали мои домочадцы, впереди летел Цезарь. Сначала была радостная встреча собак, потом уже мы обнимались. Всё-таки я тревожился как они одни тут. Быстро перетащив шкурки и вещи к себе, пошёл смотреть на новые хоромы. Печь просто супер, больше нашей. Большая духовка, барана точно можно запечь и судя по копоти, она уже протапливалась. Внутри тоже очень приятно. Коврики, на печи роскошная шкура. Стол с широкими лавками, которые можно использовать для сна.
В удалении рукастый Степаныч поставил деревянную будку нужника. Использовал небольшой овраг, перекрыл с боков и вот, получился туалет на две кабинки.
Мужики потащили своё железо в дом, а женщин отправил на осмотр к Вале. Она очень обрадовалась, что у нас появилась переводчица. Аза, с важным видом, переводила. Вся компания ушла в дом. Меня оставили вдвоём со Степанычем. И мы занялись тем, что запарили баню. Время ещё раннее. Попутно я рассказал вкратце наши приключения.
После баньки остывали в компании кувшинов с квасом и травяным сбором. В парилку теперь пошли женщины, а мы устроились за столом на улице.
37
Уже под вечер при свете керосинки мы вечеряли. Была жареная рыба, куски варёного мяса, зелень и свежеиспечённый хлеб. Я хлопнул с напарником по паре рюмок водки в честь успешного возвращения. Мужикам выставили бутылку вина. Абуна не потреблял, это хорошо. А Никандр с Уго по стакану выпили. Итальянец пригубил водку и сморщился. На этом причащение древних народов к крепкому алкоголю закончилось.
Уже потом разошлись спать. Азу Валя забрала к нам, нечего ребёнку среди взрослых спать. А так как с ними спала Лина, Азу разместили на моей половине. Пришлось мне устраиваться спать на полу, на лавке не удобно мне. Тогда девочка спокойно подошла ко мне и разрешила этот вопрос. Постелила тулуп на лавку, забрала мою подушку с одеялом и шмыгнула под него. Ну и хорошо.
 
Потом сидели втроём и тихо разговаривали под чаёк.
– Вить, а что же себе не присмотрел красавицу, неужели ни одна не понравилась.
– Да что-то не до этого было. Может потом.
– Ладно, но Вить, надо тебе опять переходить на ту сторону. Девкам много чего брать надо. Опять-таки зима скоро, так что давай собирайся.
Вот же грёбаный Экибастуз, опять женские трусы покупать, причём разных размеров, включая детские.
Нет, а если Валю взять, это решило бы все проблемы. Вот только не спалиться бы с нею.
– Господа, а может мы с Валей перейдём. Степаныч, как думаешь, поиски прекратились или ищут?
– Ищут, наверное, но не активно. Я вот что думаю. Если не светится, где не надо, закупаться не в Кирове, думаю можно рискнуть.
Дальше мы молча рассматривали разные варианты. В итоге решили переходить, но через неделю или больше. Надо чтобы женщины втянулись в работу.
На следующий день я с Уго утром отправились на охоту. Причём стрелял он, я наблюдал. Он быстро понял принцип охоты с собакой и набил с десяток жирных уток. Потом я удивил его и завалил косулю с одного выстрела. Правда он вначале чуть не обделался от испуга. Хлёсткий звук заставил бросить поклажу на землю.
Дома чешка возилась с Валей у печи, пекли хлеб судя по запаху. Остальной женский отряд во главе с Цезарем лазили по окрестности, выискивая нужные травки. Зевс занял стратегическую позицию в центре участка и с интересом наблюдал за мельтешением. Ну а Норда мы брали с собой.
Скинув добычу, разделись до трусов и всем мужским составом оправились на заготовку торфа. Оказывается, это очень хорошее топливо для печей. Дров нужно много, приходится рубить деревья, а сушняк нас не спасёт. А вот на зиму торф и заготавливают. Садист Степаныч загнал по пояс в болото, под ногами немного играло дно. Вот это нам и предстояло резать. У нас было несколько резаков, это такие узкие пилы на длинной рукояти. Сначала не получалось, извозились по макушку в воде. Потом вытащили первый бут торфа, через три часа наковыряли приличную кучу. Оставили её на завтра, пусть просохнет. Потом порежем на брикеты, высушим и сложим под навесом. Степаныч клянётся, что торф хорошо горит, медленно сгорает и даёт большой жар. А что, отличная идея, в болотистой местности. Вот только противная это работёнка. Выбраться «туда» нам с Валей удалось дней через десять. Яна с удовольствием занималась готовкой, Диле нравилось огородничать, а две мелких им помогали. А ещё собирали гербарий на чердаке. Травку то пить все любят.
Перейдя на ту сторону, я оставил женщину в рощице. В её сумочку положил свой травмат под Макарова. Как пользоваться, она знает.
Зайдя домой, проверил хозяйство, всё тихо. Сразу завести не удалось машину, пришлось просить соседа. Забрав Валю и вещи, направился в сторону Казани. Уже из машины позвонил Ринату и предупредил, что буду с товаром после обеда, ближе к вечеру. Остановились на трассе пообедать в закусочной. Валя ждала в машине.
– Вах, – произнёс Ринат, рассматривая шкурки, выложенные на стол.
– Какая красота, Виктор мы меня поражаете. Какие великолепные экземпляры.
Отдельно – мягким, благородным оттенком, переливаются шкурки горностая.
Сегодня нам удалось заработать две пачки сотенных долларовых купюр и пять миллионов рублей. Так с пакетом я и вышел из здания фабрики. Грабёж безусловно, но нет время искать другого покупателя. Да и опасно, эти вроде порядочные.
В спальном районе снял двухкомнатные апартаменты через букинг. Дороже чем по объявлению, зато мы ни с кем не общались. Подъехала женщина и открыла мне квартиру, показала, что-где и попрощалась. Валю я завёл отдельно, напялив маску она быстро поднялась на этаж и шмыгнула в дверь. Я был отправлен в магазин за продуктами, там же я купил светлую краску для волос.