Улыбка Цезаря (СИ)

Через четыре дня я перевёл и козу. Оказалась воинственная и своенравная. Я с ней подрался, когда заталкивал через портал. А на выходе она поддала мне под зад, когда я нагнулся за сумкой. Зараза такая, ладно счёт 1 1. На удивление, с собаками она сосуществовала мирно. Степаныч объяснил, что это потому, что они же в одном сарае сидели какое-то время, успели выяснить отношения.
Две недели мы наслаждались покоем, странное ощущение абсолютной защищённости и комфорта. У меня всегда, даже когда был на отдыхе или в закрытой квартире, где-то, подспудно ожидал неприятностей от представителей рода человеческого. Пусть это было в мизерной форме, но было. Это могла быть ругань соседей, пьяный мужик на улице, взрослеющий молодняк во дворе или мажор на машине. Да мало ли. И я всегда, особенно когда был не один, как говорится, пас ситуацию.
А сейчас это чувство пропало. Конечно, была опасность встретить дикого зверя или охотников соседнего племени. Но с моими ребятами это опасность исчезающе мала. Главное жить в ладу с природой, быть внимательным к знакам леса.
От природы мы старались брать по минимуму. Степаныч не грёб рыбу сетями. Так, на ужин, мог закоптить немного. Так же и я охотой, запланировал мяска, намедни выследили оленье семейство, завалил молодую косулю и хватит. Вчера, столкнулся в лесу, когда пёр на плече добычу с молодым медведем. Его обнаружили собаки, сразу локализовали кусты, откуда донеслось раздражённое рык медведя. Когда он вывалил наружу, я сбросил косулю и снял карабин с плеча.
Молодой совсем, судя по размерам. Килограмм 150, не больше. Странно, что не залёг на зимовку, хотя ещё рановато, снега ещё не навалило. Вёл мишка себя прилично, на собак, конечно, реагировал, но не агрессивно. Чего-то не хочу я его валить.
Свистнул собак, неохотно, но подбежали. Зевс демонстративно улёгся у моих ног, а Норд стоял, настороженно глядя на хозяина леса.
Где-то читал, что медведь, завалив добычу, в первую очередь требуху из брюшины тянет. Тушу прячет и ждёт, когда немного протухнет. А я как раз поленился разделать добычу. Вот сейчас и займёмся.
Вспоров брюшину, вывалил требуху, печень прибрал, напарник очень уважает. Отрубив голову и копыта, взвалил значительно полегчавшую тушу косули и крикнув собакам двинулся дальше. Отойдя метров сто, оглянулся, зверь заинтересованно работал носом. Ну бог с ним, уйдём, подойдёт к подарку, куда он денется. С одной стороны надо отваживать зверей от дома. С другой, если приручить, будет отгонять непрошенных гостей.
Договорились со Степанычем, что будем отлучаться по очереди. Сейчас его, поэтому я перевёл напарника на ту сторону и вернулся через два дня, оставив ему деньги на личные нужды.
Коза оказалась не дойная, зачем интересно такая дармоедка нужна, зато доить не нужно. Жизнь потекла спокойно, я ложился с темнотой и вставал часов в восемь. Завтракал, занимался животными, сварить еду собакам, насыпать курам и козе сена подкинуть, а то она подъедает под собаками.
Для собак варил в большом ведре, запаривал пшено, разваривал требуху и добавлял немного дорогого корма от ветеринара. Не то, что содержит 80 % кукурузы и отбросы от переработки туш, а корм супер премиум класса. Дело в том, что собаке необходимы пищевые добавки, а в дорогом корме и витамины, и природные антиоксиданты есть, и даже травы. Поэтому я затащил сюда несколько упаковок с сухим кормом. Ведра хватает трём не мелким парням на два дня. После прогулки по лесу или охоты, я кормил их уже остывшей едой и шёл заниматься по хозяйству. Не представлял, пока жил в квартире, сколько дел по хозяйству, а ведь ещё не весна. Правда, Степаныч обещал взять на себя основную тяжесть. Я копался на чердаке, оборудуя там себе местечко. Уж больно нравится мне здесь, полумрак и запах трав. Сейчас только холодно.
25
Через две недели вышел за напарником. По глубокому снегу добирался полтора часа до дома. А там мой напарник с какой-то тёткой в зале гутарят. Ну, право на личную жизнь имеет каждый.
 
– Степаныч, как жизнь молодая, смотрю цветёт и пахнет? спросил я, когда он выпроводил женщину.
– Да, Витёк, куда там пахнуть, так знакомую встретил.
После баньки вечером, наворачивали жаркое из молодой косули. Это я перетащил сюда килограмм пять. После пары рюмок разговор как-то пошёл не туда.
– Степаныч, да в чём дело то. Ты как неродной, ей богу, случилось чего?
– Да уж, случилось. А, давай ещё по одной хряпнем.
Хряпнули.
– Понимаешь, Вить, какая запутанная история, – начал напарник, прохрустев квашенной капустой.
– Я же рассказывал тебе, что приехал из Узбекистана. После армии поступил в Ташкентский политех. На третьем курсе познакомился с девушкой, Валей. И случилась у нас любовь, хотели пожениться. Да я, дурак сплоховал. Ошибку сделал, ну не важно, короче она вышла замуж за моего товарища, а через полтора года и я женился. Любовь осталась, но уж так жизнь нас развела. Потом я переехал в Янгиюль, а они остались в Ташкенте. Но мы часто встречались, то они к нам то мы к ним. Нам то бог детей не дал, а у них дочка родилась. Когда Союз рухнул, мы объединились несколькими семьями и в Россию рванули. Валя с мужем тоже, только они в Кирове осели, а мы уж в Арбаж.
Мужик её погиб в аварии, он дальнобойщиком здесь работал, а дочка окончила местный мед и работала врачом. Вроде всё нормально, пока как-то не попала на глаза местному мажору. Там неприятная история, он её начал преследовать, девчонка то красивая была. Ну она ему отказала. Что там произошло точно – не знаю, но она вроде ударила его по лицу, а он с дружками избил её крепко. В больнице умерла от побоев. Мать подняла всех на ноги, следствие и всё такое. Но тут выяснилось, что мажор сынок местного главного прокурора и остальные двое тоже не простые. Короче пацанов отпустили, а на Валю завел дело, следователь обещал посадить если не успокоится. Ну а та, женщина боевая, когда поняла весь расклад, подкараулила ублюдков где-то в городе и скальпелем пописала. Сынка прокурора насмерть, сонную артерию задела, а второй жив, но красавцем никогда не будет.
– Короче, сначала она хотела сдаться, потом передумала и ударилась в бега. Вот такое вот дело.
После минутного молчания я не выдержал.
– Степаныч, история тяжёлая, но при чём тут мы. Это эта женщина – она что-ли?
– Да, это Валя. Я, когда домой зашёл, смотрю кто-то записку под дверь сунул. От неё. Звонить побоялась, что отследят. Приехала сюда на попутках, спряталась в сарае у меня.
– Ну я понял, а что нам-то делать, – на что Степаныч намекает я уже понял.
– Так, Вить, на ту сторону бы её, здесь по-любому найдут. Такие силы подняли на её поиск, как шпиона какого ищут. Ко мне участковый заходил позавчера, интересовался.
– Блин, Степаныч. Ты же без ножа меня режешь. Знаешь сколько вокруг обездоленных, всех туда тянуть будем? Тогда нас потянут, только в другую сторону. О чём ты думаешь? Ну понимаю, жена, невеста а то так, знакомая.
Степаныч как-то понурился, обхватил голову руками и завис. После долгого молчания он сказал:
– Вить, ты как хочешь, но я её не оставлю. Уедем куда подальше, земля большая. Одна она не справится.
Ну вот, здрасьте вам. Строили, строили и наконец построили.
– Так ты с ней жить вместе собираешься?
– Ну так мы, уже того – этого, чувства то остались.
– Ну да, ну да, – ответил я голосом Джигарханяна из мультика про волка и собаку.
– А что она за человек?
– Да хороший человек она, – воодушевился Степаныч.
– Она же много лет в медицине. Начинала медсестрой на скорой, потом в больнице работала и последние лет восемь операционная сестра. Нам бы медик пригодился бы, а Витёк?
– Ну да.
– А ещё она у меня боевая, и с ружьём на охоту и по хозяйству, хоть куда. А готовит как, пальчики оближешь.
– Ой, не знаю я. Тебя опасно отправлять в отпуск, в следующий раз ещё кого приведёшь?
– Ладно, Степаныч, чего уж сейчас. Давай подумаем, как лучше сделать.