Искушение альфы (ЛП)
Я пожимаю плечами.
— Она оскорбила меня. Все в порядке. Я уверен, что большинство моих сотрудников за моей спиной говорили обо мне и худшие вещи.
Луис, играя с бумажным кофейным стаканчиком на столе, слишком дипломатичный, чтобы согласиться, спрашивает:
— Что вы о ней думаете?
— Она умная — это очевидно. Ее резюме не настолько впечатляет. Как Стью нашел ее?
— Наводка хэдхантера.
— Интересно, почему хэдхантер решила, что она подойдет, если в ее резюме нет опыта работы в сфере информационной безопасности.
— Она настоящий хакер.
— Очевидно. Но как хэдхантер узнала об этом?
Луис постукивает бумажным стаканчиком по столу.
— Хороший вопрос. Хотите, чтобы я выяснил?
— Да. И принеси мне результаты ее тестов.
— Так она вам понравилась?
Такие горячие люди не должны быть такими антисоциальными.
Она думает, что я горяч. Да, я слышал это раньше, но никогда не переживал о том, что люди думают о моей внешности. Все оборотни, точнее все паранормальные существа — красивее людей. По крайней мере, я так думал, пока не встретил Кайли.
— Она мне кажется… — Сексапильной? Опьяняющей? Очаровательной в стиле крутой девчонки? Верно… Крутая девчонка — это черта альфы. Если бы Кайли была оборотнем, она бы возглавляла женщин стаи. Она обладала всеми качествами первоклассной женщины.
Луис ждет моего комментария. Что, черт возьми, я собираюсь сказать? Ее запах вызывает зависимость. Мой волк хочет заявить на нее права.
— Интересной. Я нахожу ее интересной.
Я встаю, желая прокрасться вслед за Кайли в любой офис, который подготовил для нее Стью, просто чтобы посмотреть, как она работает. Мой волк не хочет, чтобы она оставалась наедине с каким-либо другим самцом. И я люблю хорошую охоту, особенно если Кайли — моя добыча.
~.~
Гинрамми
Он не ожидал, что Кайли окажется такой жгучей. И уравновешенной. Блестящей еще. А он представлял ее похожей на мышку. Неловкой. Социально озабоченной, как и он, возможно, в очках и с волосами, собранными в рассеянный узел. Может быть, с пирсингом в носу. Не милой бриллиантовой крошкой в ноздре, а кольцом в носовой перегородке, как у крутых бунтарских цыпочек.
Он полагает, что не все компьютерщики — неудачники, но и любой, кто провел все свое детство в сети и вне реального мира, не должен быть такой сертифицированной стройняшкой на высоких каблуках и сочными сиськами. Не должен смотреть в глаза этому пугающему мудаку Джексону Кингу и проводить собственное собеседование, как будто это он наниматель.
Теперь она выглядит скучающей, в то время пока ее пальцы танцуют по клавишам, решая проблемы безопасности, которые они для нее поставили.
В некотором смысле это облегчает задачу. Она больше похожа на Джексона Кинга, чем на него. Черт возьми, Кайли — Кэтгерл — Макдэниел далеко не в его лиге. Так что обвинить ее в гибели «Секьюер» будет не так больно, как он себе представлял. Потому что, по его мнению, она всегда являлась своего рода его кибер-девушкой. Да, это глупо, но она женщина, а он мужчина, и они были сообщниками в мире хакеров с момента полового созревания, когда его бушующим гормонам не нужно было ничего, кроме имени «Кэтгерл», чтобы возбудиться.
Они находились в одной упряжке, когда были молодыми хакерами, делясь информацией и своими успехами, передавая советы, консультируя других. Это чистая удача, что он нашел ее после того, как она исчезла на последние восемь лет. Но она снова появилась на старом секретном хакерском форуме, где они всегда общались, ища помощи во взломе ФБР. Естественно, он помог.
Он искал ее в течение долгого времени. Не только из-за ностальгии, хотя и задавался вопросом о ней. Она идеально подходит для того, что ему нужно. Существует очень мало хакеров, способных взломать код «Секьюер». И он, на счастье, знает, что Кэтгерл одна из них. Она делала это раньше — подростком.
Поэтому, когда Кайли всплыла на поверхность, он помог ей с ФБР, а затем последовал за ней через их портал, чтобы посмотреть, чем она занимается. Она удалила файлы на трех человек — покойную супружескую пару и их дочь, грабителей-мстителей, известных тем, что воровали у нечестных. Она также добавила улики на другого преступника, включая подсказки о его местонахождении. Покопавшись, он собрал достаточно улик, чтобы предположить, что она была дочерью команды взломщиков. Это соответствовало тем вопросам, которые она задавала много лет назад — о системах безопасности и сейфах. Основываясь на ограниченной информации ФБР, преступник, которого она подсунула для ареста, вероятно, убил ее отца во время работы.
После этого, хоть и было трудновато, он нашел ее IP-адрес, и тогда пришлось послать за ней хэдхантер, чтобы предложить работу в «Секьюер». Представьте себе его удивление, когда он узнал, что она жила всего в двух часах езды отсюда, в Финиксе.
Сейчас он наблюдает за ней, за ее блестящими волосами, заправленными за ухо, за тем, как она быстро проходит дурацкие тесты, которые они для нее придумали. О, это были настоящие испытания — они были бы вызовом для любого другого, но он знал, что она пройдет их с честью.
Если бы это проклятое отключение электроэнергии не свело ее с Джексоном Кингом, нанять ее было бы верным решением. Но, похоже, она сказала или сделала что-то, что разозлило генерального директора. Он чертовски надеется, что Кинг не помешает им нанять ее.
~.~
Кайли
Я распахиваю дверь в дом, в котором живу со своей бабушкой. Мои ноги затекли после двухчасовой поездки обратно в Финикс, и я готова выбросить эти каблуки.
— Мими, ты дома?
Моя бабушка появляется из кухни, ее морщинистое лицо расплывается в улыбке.
— Минетт! — Мое ласковое имя Минетт— это французское слово, обозначающее кошечку. Это придумали мои родители. Моя мама была француженкой — папа познакомился с ней в команде, занимавшейся ограблением произведений искусства в Арле. Это была любовь с первого взгляда, судя по тому, как он рассказывал эту историю.
— Ну, как все прошло? — Мими всегда говорит со мной по-французски, а я всегда отвечаю по-английски. Я свободно говорю на пяти языках, и французский — один из них, но дома я ленива. Или, может, это слабая попытка быть обычной.
Я опускаюсь на стул за кухонным столом и сбрасываю ужасные черные туфли на высоких каблуках из лакированной кожи. Каким неудачным выбором они были.
Бабушка садится рядом со мной.
— Я жду.
Я издаю неприличный звук.
— Не очень хорошо. Если честно, я облажалась. Очень сильно, Мими. Электричество отключилось, пока я была в лифте.
— Не-е-е-т. — Мими преувеличенно ахает и прикрывает рот рукой в той оживленной манере, которую до сих пор используют только люди ее поколения. Бабушка знает о моей клаустрофобии. Она, вероятно, может догадаться о её происхождении, хотя мы никогда не обсуждали профессию моих родителей или мою прежнюю незаконную деятельность.
— И я застряла там с Джексоном Кингом — тем самым Джексоном Кингом!
Бабушка бросает на меня непонимающий взгляд.
— Он основатель «Секьюер». Но я не знала, что это был он — было темно. И я сказала о нем несколько не очень лестных вещей.
Мими смотрит сочувственно.
— Ах. Это очень плохо, моя малышка. — Она похлопывает меня по плечу и встает. — Мне жаль. Я принесу тебе тарелочку супа.
Конечно. Потому что еда все исправляет, не так ли? Кулинарные способности Мими так же хороши, как и терапия. Она переехала ко мне после смерти моего отца, и в течение нескольких месяцев ее блинчики были единственной причиной, по которой я вставала с постели.
Мими подходит к плите и наливает горячий бульон в миску. Сегодняшнее блюдо — французский луковый суп, мой любимый. Бабуля подают густой коричневый бульон с багетом и швейцарским сыром.