Искушение альфы (ЛП)
Она демонстрирует ту же стальную решимость, которую я наблюдал в Кайли, и у меня колет в груди.
Я провожу рукой по лицу.
— Я прогнал ее прочь. Поверил, что она предала меня.
Взгляд Жаклин скользит по моему лицу, и она наверняка видит мое страдание, потому что в ее глазах мелькает что-то похожее на понимание.
— Тебе нравится моя Минетт?
Я киваю. Как мог совершить такую ошибку? Волк знал все это время. Я должен был доверять своим инстинктам. Чтобы отвлечься от жгучей боли, которая пронзила меня от шеи до паха, спрашиваю:
— Что вы за кошка?
— Пантера.
— Кайли не знает?
— Нет. Моя Минетт так и не проявилась. Ее мать умерла, когда она была еще ребенком, и она жила отдельно от меня в период полового созревания. Ее отец знал, что нужно связаться со мной, если у нее появятся признаки изменения, но ничего такого не произошло. Мы стали жить с ней после убийства ее отца, но ей не требовалась моя помощь. До сих пор. — Она пристально смотрит на меня, и я не уверен, имеет ли она в виду тех мужчин, которые подставили ее, или меня.
— На половину или на четверть?
— На половину. Ее мать была настоящей кошкой-воровкой.
Мою кожу покалывает. Наполовину оборотень. Неудивительно, что мой волк хочет ее.
Пара.
Я не хотел говорить это вслух, но, видимо, сказал, потому что глаза Жаклин светятся любопытством.
— Она знает о тебе?
— Да. Она увидела мои клыки, когда волк захотел ее пометить.
Пожилая женщина поерзала, и, несмотря на ее очевидную хрупкость, двигалась она с кошачьей грацией.
— Ты пометил ее, волк?
Я сразу же чувствую себя подростком, получающим третью степень у дверей родителей своей девушки. Стыд окрашивает мой ответ.
— Нет. Но я напугал ее.
Глаза Жаклин сверкают тем неземным блеском, который бывает у кошек. Я не могу понять ее реакцию.
Я двигаюсь на край стула.
— Жаклин, приезжайте в мой особняк. Я буду защищать вас, и мы сможем найти Кайли вместе.
— Нет. — Она даже не колеблется. — Я не стану твоей приманкой. Здесь я в безопасности. Если Кайли захочет тебя увидеть, она свяжется. Тем временем Гаррет защитит меня.
Удавка на моем горле затягивается. Как будто эта женщина уже знает, что я не заслуживаю снова видеть Кайли. Я облажался… подверг ее опасности, не сумел довериться женщине, которая столько раз отдавала себя в мои руки.
Я тихо выругался — не на Жаклин, а на себя. Я пишу свой номер на визитной карточке и передаю ее ей, прежде чем встать.
— Пожалуйста, свяжитесь со мной, если получите от нее весточку. Скажите ей, что мне жаль и что я совершил ошибку. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь ей. Клянусь.
Я пожимаю руку Гарретту и членам его стаи на выходе, но мои движения отрывисты. На автомате. Я уже за тысячу миль отсюда, ищу свою вторую половинку. Прикидываю, чем когда-нибудь смогу загладить свою вину перед ней.
~.~
Кайли
Я бросаю мотоцикл Сэма в центре города и регистрируюсь в мотеле «Никому не говори» на Чудо-Миле — месте, где можно заплатить за номер наличными и снять по часам. По телевизору в комнате показывают порно. Мило. Очень приятная атмосфера. Я выключаю его и достаю ноутбук.
Я умираю от желания потеряться в коде. Нет, я вообще умираю. Я не чувствовала себя такой потерянной, такой уничтоженной с тех пор, как умер отец. Тогда Мими была единственной, что поддерживало меня на плаву. Если ее не будет у меня сейчас…
Нет. Я не могу так думать. Мое чутье подсказывает, что она все еще жива, и я должна верить, что это так. Она крепкая, несмотря на возраст.
Итак, новый план — найти Мими и уехать из города. Но пустота этого плана, даже несмотря на воссоединение с Мими, делает меня прозрачней призрака. Оставить Джексона, верящего в худшее обо мне, немыслимо. Но часть меня ненавидит его за то, что он не доверяет мне — после того, что у нас было прошлой ночью, он думает, что я его обманула?
Хотя, может быть, именно поэтому это так глубоко ранило его. Он не из тех, кто легко отдает свое расположение и доверяется многим. Прошлой ночью он поделился со мной глубочайшей трагедией. Видеть меня со Стью наверняка показалось ему худшим предательством. Но понимание не уменьшает остроты его недоверия. Он содрал с меня кожу и разорвал на миллион кусочков еще в аэропорту.
Мне нужно все исправить. Не позволю ему верить, что я разрушила дело всей его жизни. Что я украла у него.
Даже если бы мне было наплевать на Джексона и «Секьюер», нужно заставить этих ублюдков заплатить за то, что они вовлекли меня в свой жадный план. Включая Стью.
Я приступаю к работе, следуя по денежному следу. ФБР в конечном итоге тоже должно быть в состоянии проследить за ними, но к тому времени, когда они это сделают, деньги уже давно переведут.
Мне приходится взломать пять разных банков, на что уходит остаток дня, но я иду по следу.
Бинго.
Я издаю смешок злой ведьмы, когда отправляю деньги обратно в исходное место, откуда их перевели, и отменяю каждую транзакцию. Большинство из счетов заморожены или приостановлены. Выданы новые номера. Но суть в том, что деньги останутся нетронуты, пока банки пытаются выяснить, куда их необходимо перечислить.
Получи, мистер Икс, получи, Стью. Подставить Кэтгерл было вашей самой большой ошибкой.
Свет приглушен, и я делаю паузу и проверяю, не появились ли сообщения от Мими. С приливом радости вижу сообщение в почтовом ящике.
«Минетт, я с друзьями. Позвони им по телефону 520-235-5055».
Мое сердце колотится. Я не решаюсь воспользоваться своим телефоном, сразу же подключаю голосовую линию Интернета и набираю номер. Отвечает мужской голос:
— Алло.
На мгновение я замираю, не уверенная, с кем говорю и безопасно ли это.
— Алло?
— Могу я поговорить с Жаклин?
— Ах. Она ждала твоего звонка. — Он больше ничего не добавляет, и раздается голос бабушки:
— Минетт! Dieu merci. Безопасно ли говорить?
— Да. Где ты?
— Я с волчьей стаей Тусона. В центре города.
На мгновение я просто прокручиваю в голове ее слова, пока мой мозг пытается наверстать упущенное.
— Ты сказала «волчья стая»?
— Да. Прости, я никогда не говорила тебе, Минетт. Я оборотень — кошка. Твоя мать тоже.
Сегодня у меня было слишком много сюрпризов, чтобы все это осмыслить. Моя рука безвольно опускается вдоль тела.
— Ч-что?
— Где ты, Минетт?
Минетт. Французское слово, обозначающее «кошечка». Она всегда называла меня маленькой кошечкой, потому что… она кошка. Мой разум переворачивается с ног на голову.
— А моя мама? — хриплю я.
— Да, твоя мама тоже. Вот почему этого волка влечет к тебе. Где ты, моя сладкая?
— Недалеко от центра города. Ты ранена? Что случилось?
— Мне было больно, но скоро мне станет лучше.
Мой мозг наконец-то начинают работать.
— Нам нужно немедленно уехать из города. — Я встаю и беру кожаную сумку-рюкзак.
— Ты уверена? — В голосе Мими есть что-то уговаривающее, но я не могу расшифровать, что именно. — Твой волк только что был здесь. Он сказал, что сожалеет и хочет помочь.
Стеснение в груди сменяется облегчением, за которым быстро приходит гнев. Во мне поднимается волна упрямства. У него не получится так быстро переобуться. Я показываю ему фак. Он не мой рыцарь в сияющих доспехах. Я та, кто спасает его задницу. И собираюсь придерживаться своего плана по возвращению денег, возврату миллионов транзакций и затем свалю из города к чертовой матери.