Рассвет в объятиях Графа (СИ)

Все также, как раньше. Ничего не изменилось. Все до единого на месте. Будто не было этих трех лет. Мои вещи, мишка, постель. Открыла гардероб — ничего себе у меня так много одежды — даже забыла о них. Нашла свою любимую пижамку с котятами, накинула на себя и собиралась уже лечь, но не тут то было. Граф появился в моей комнате неожиданно, осмотрел с усмешкой мою пижаму, которая на данный момент валялась на полу в разорванном виде. Схватил меня и повел в свою комнату.
Но пусть он не думает, что так будет всегда. Я не собираюсь сидеть и ждать его, как примерная жена. Мне нужно уехать срочно. Сегодня важный день — тридцать первое декабря. Я должна встретить новый год с единственным родным человеком — с бабушкой. Она будет меня ждать.
Накинула его рубашку и подошла к двери. Пойти в свою комнату, срочно переодеться и позвонить Графу — пусть отвезет меня обратно в деревню.
Поверить не могу. Он что запер меня в своей комнате? Снова подергала ручку, но она не поддавалась. С ума сойти. Запереть меня, как пленницу. Можно подумать я бы убежала, когда на улице стоит целая толпа охранников. Как это вообще понимать???
Злость начинала накапливаться с бешеной силой. Казалось если он зайдет, то я прибью его чем — нибудь…Как так можно? Даже телефона нет. Бабушка ведь будет беспокоиться, она ждет меня. Ненавижу тебя Граф. Зачем спрашивается запер меня в этой комнате, без единой связи, без еды. Больной на всю голову психопат.
Весь день сидела в одиночестве с наточенными зубами. Когда к вечеру дверь в комнате открылась и на пороге появился Граф, кинулась на него в истерике:
— Как ты смеешь закры…
Докончить не успела, так как мои слова были оглушены диким поцелуем. Горячие губы сминали мои, переплетая язык с моим языком. Я отталкивала, дергалась, но он подчинял меня, порабощал своими властными губами. И я сдалась. Почувствовала напряжение внизу живота и слабо ответила на поцелуй. Вот так вот, Камилла. Вся злость моментально улетучилась, а на ее место пришло дикое возбуждение и потребность в этом человеке. Граф отстранился, тяжело дыша провел большим пальцем по моей нижней губе.
— Скучала, маленькая?
Схватилась за его плечи, так как ноги предательски дрожали и тихо прошептала:
— Мне нужно уехать к бабушке, Эрик…Пожалуйста.
— Переоденься.
Он указал на пакеты, которые занес с собой и поставил на пол.
— Ты отвезешь меня к ней?
— Нет…
Сказал, как отрезал. И злость сразу вернулась на свое место. Почему нет? Потому что его величество так решило?…Выплюнула слова, с ядовитым шипением.
— Ненавижу тебя.
— Будешь ненавидеть ночью, когда буду драть твою маленькую дырку.
Покраснела от этих слов. Прекрасно понимаю о чем он. Как я постоянно кричу его имя и кончаю уже третью ночь напролет.
— Если через пять минут обнаружу, что ты не переоделась, трахну прямо тут…
Вышел, оставляя меня в бешеном состоянии. Закатила глаза и разорвала эти чертовы пакеты. В одном из них безумно красивое, красное платье, на которое я просто засмотрелась. Со вставленными чашечками на груди, из воздушной ткани до пола и огромным вырезом на бедре. Кружевные красные трусики и бежевые классические туфли в красивой коробочке. Как всегда, вкус у этого чудовища непревзойденный. Нацепила все до единого, открыла дверь, чтоб выйти и застыла от красоты.
Весь коридор, включая перила лестниц были украшены гирляндами и блестящими лампочками. Светился весь дом. Что за красота? Никогда не видела ничего подобного в доме Графа на новый год. Подкралась мысль, что может это все для меня? Поэтому он запер меня, чтоб я не видела, как украшали дом.
Спустилась по лестнице, поражаясь еще больше. Вся гостиная в новогодних декорациях. Рядом с камином огромная трехметровая елка, украшенная большими красными и золотистыми бантами. А камин, это совсем отдельное искусство. Я улыбалась во весь рот. Все горит и светится, погружая в сказочную атмосферу. Была ослеплена этой новогодней красотой, которое можно увидеть только в фильмах.
Заметила на журнальном столике листок бумаги, сложенный вдвое. Подошла открыла, и улыбнулась еще шире. Большими буквами было написано
 
《Все для твоей улыбки, маленькая》
Неужели правда для меня? На глаза навернулись слезы от нахлынувших эмоций. Для меня никто такого не делал. Я благодарна ему, но все же, должна уехать к бабушке…Граф должен отпустить меня. Хотя бы на один день!
Где он сам? Нужно поговорить и объяснить, что я не могу оставить единственного родного человечка одного в этот волшебный праздник. Она старенькая и сердце у нее хрупкое. Обидится.
Из кухни послышались голоса, и я поспешила в ту сторону. Это второй случай за сегодня, который лишает меня дара речи. Онемела от увиденного и в шоке застыла на месте. На стульчике непринужденно развалился Граф, пуская дым сигары в потолок, а рядом у плиты стояла моя БАБУШКА.Она спокойно, как ни в чем не бывало готовила блины.
Что? Что происходит? Не верю собственным глазам…
Заметив меня они одновременно повернулись.
— Внученька.
Бабушка подошла ко мне и крепко обняла. Я непонимающе уставилась на Графа, который не сводил с меня глаз.
— Ты такая красивая. Эрик сказал, что ты погостишь у него некоторое время.
Я даже слов не нашла, чтоб ответить. Понятия не имею, как ему удалось уговорить ее прийти в этот дом, но я была искренне благодарна Графу за внимание. Привел мою бабушку. Сделал это для меня…Улыбнулась ей и посмотрела на Графа, который пожирал своими порочными глазами мою грудь.
Он уже мысленно меня уложил на кухонном столе. Во рту моментально пересохло, когда его взгляд опустился к вырезу на бедре. Чувствую, что между ног становится мокро от этого взгляда. Всего лишь от его взгляда. Что со мной, черт возьми? Я третий день подряд не выхожу из постели, и до сих пор в голове лишь одно…Чтоб оказаться снова там, под ним. Щеки моментально забагровели и я кивком головы намекнула Графу, чтоб мы вышли.
Он потушил сигару в пепельницу и обратился к моей бабушке:
— Любовь Степановна, мы на минутку отойдем, не скучайте.
Вышли под настороженный взгляд бабушки. Как только переступили за порог кухни, Граф резко припечатал меня к стене, нависая надо мной:
— Что маленькая, хотела остаться со мной наедине?
Сам же неотрывно смотрит на мои губы, затем в глаза. Искренне улыбаюсь и опускаю их.
— Спасибо за бабушку…и за дом!
Приподнимает мое лицо за подбородок, всматриваясь в мои счастливые глаза и произносит севшим от возбуждения голосом.
— Спасибо не отделаешься Камилла. Поработаешь ночью своим красивым ртом, тогда и приму твое спасибо.
Его глаза горят, а я смущаюсь еще больше, когда понимаю, что он имеет ввиду. Грудь тяжело вздымается и сбивается дыхание:
— Эрик, я не умею…
— Я научу тебя, как доставлять своему мужчине удовольствие. От одного моего взгляда будешь знать, что я от тебя требую.
Он сжал мою грудь и приподнял подол платья. Опустил чашку платья и схватил губами сосок, заставляя выгибать спину от удовольствия. Затем перешел ко второму. Легкие посасывания заставляют терять контроль. Снова удерживаюсь за его плечи и издаю тихий стон…Поднимается к шее, затем ладонью проникает в трусы. Накрывает мои губы своими и натирает клитор. Выгибаю спину от кайфа, и кажется еще немножко и я близка к разрядке, но неожиданный шум на кухне приводит нас в чувство.
Граф немного отстранившись, поправляет мое платье и шепчет на ухо, кусая за мочку.
— Сними свои трусики.
— Эриииик…
— Снимай, сказал.
Послушно опускаю белье, он берет ткань из моих рук, вдыхает запах и кладет в свой карман. Я завороженно слежу за этим порочным зрелищем. Разве это все реально? Граф резко притянул к себе и напоследок, перед тем, как вернуться на кухню обрушился на мои губы в необъяснимо страстном поцелуе, обещая продолжение в очень скором времени.
Такого сказочного нового года у меня не было никогда. Отметили втроем — мы и моя бабушка… А ночью, когда бабушка заснула в моей комнате, мы спустились на первый этаж и занялись бешеным сексом у камина.