Кровь Василиска. Книга V (СИ)

Получается, «ла’ан» — это какое-то обращение к дочери. Занятно.
Интересно, свою сильную магию она унаследовала от отца или ее второй родитель тоже с даром? То есть с «благодатью», как это здесь называется.
И тут я задумался. А как вообще размножаются иные? Тем же способом, что и люди? Или у них все иначе?
Я покрутил головой по сторонам.
Набедренные повязки были у каждого иного в племени Детей Угла, а у женщин были прикрыты ещё и груди. У большинства, во всяком случае. А это означало, что репродуктивные органы у иных были.
Значит, как у людей. Отлично. Хотя бы есть один уязвимый орган, куда можно нанести удар. Подло? Да. Но когда речь идет о выживании, сгодятся любые методы.
Я посмотрел на Принявшую разложение, которая, получив выговор от вождя, теперь шла молча. Жаль. От нее я мог бы получить хоть какую-нибудь информацию о том, что мне предстоит испытать.
— Вождь, — обратился я к Избраннику Угла.
— Что? — хмуро ответил он, не оборачиваясь.
Пришлось немного его нагнать.
Странно. Утром он был более дружелюбен, чем сейчас.
— Могу я задать вопрос? — спросил я иного.
— Да, — ответил он, продолжая смотреть вперед, а не на меня.
— Что со мной будет, если я выпью сок древа и выживу? — прямо спросил я.
— Посмотрим, — ответил вождь. — Из тех, кто его пил до тебя, еще никто не выживал, — добавил он и, повернув голову, посмотрел мне в глаза.
— Значит, по сути, вы ведете меня на смерть? — уточнил я.
— Возможно, — мой собеседник пожал плечами. — Но если тебя ждёт смерть, она не будет напрасной, — произнес он так, будто бы его слова должны были меня утешить.
«Вот уж спасибо, » — усмехнулся я про себя, и мне даже стало интересно, почему он так в этом уверен.
— Не напрасной? — переспросил я. — Это вы о чем?
— О твоем теле, — спокойно ответил Избранник Угла. — Ты станешь кормом для Великого древа, тем самым продлевая круг жизни и смерти, — пояснил он. Но мне опять стало непонятно.
Хотя нет. Неправда. То, что я стану удобрением для их Божества — это я понял. Значит, вот какая судьба ожидает тех, кто оказывается у них в плену.
Сначала они травят их, а затем «скармливают» своему дереву — идолу. Замечательно!
«Интересно, а многие вообще доживают до того момента, когда из отведут к этому их „Великому древу“?» — подумал я, ибо обстановка как в поселении иных, так и вокруг него была не самая благоприятная.
Буквально все здесь было болезненно-отравленным, начиная от самой земли и заканчивая воздухом. Да чего там говорить. Иные источали вокруг себя миазмы, которые с легкостью могли убить обычного человека.
Как, впрочем, и мага. Даже несмотря на то, что обладатели магического дара были в принципе выносливее среднестатистического человека.
Я же чувствовал себя здесь и в таком окружении, как ни в чем не бывало по одной простой причине: из-за уникальности моего ядовитого ядра.
Я использовал магическое зрение и убедился в том, что в магическом плане я снова стал сильнее. Поглощая яды из окружающей среды, еды и воды, мое магическое сердце становилось сильнее, а с ним и паутина энергетических каналов.
Вопрос только в том, хватит ли всего этого, чтобы не помереть от отравы, которой меня собираются напичкать во время обряда эти иные.
Не уверен, что даже после всей подготовки, которую я проделал во время медитации, моих магических сил хватит, чтобы справиться с ядом.
«Может, не надо было помогать Жумельяку?» — подумал я.
Нет, я поступил правильно. Если бы я не вмешался, то была большая вероятность, что это племя настигло бы нашу экспедицию. И вот тогда им точно было уже несдобровать.
Я не питал иллюзий насчет того, что им удалось бы сбежать от иных, которые знают эти земли, как свои пять пальцев. Ну, разве что это могли бы сделать маги воздуха, просто улетев отсюда подальше. Но тогда остальных точно ждала бы смерть.
Хотя не уверен, что и маги воздуха смогли бы сбежать.
Если верить словам Жумельяка, то среди иных был не только друид, коим являлся вождь, но и шаман, который и расправился с его заклинанием Дозорного.
 
Скорее всего это была именно Принявшая разложение. Тогда даже Жумельяку пришлось бы несладко, вмешайся эта девушка в бой. Кто знает, на что способна ее магия?
Кстати, интересно. У иной был такой же магический дар, как и у меня. Вернее, элемент. И тогда у меня возник логичный вопрос: если она может пользоваться заклинаниями, как это делал сын кардинала или тот же Де’Жориньи, смогу ли я обучиться магии этого мира?
Пока я шел, погруженный в свои размышления, местность вокруг начала меняться.
Сначала изменилась растительность под ногами. Мха стало еще больше, а затем он и вовсе начал понемногу утопать в темной полупрозрачной жиже. Влажность, соответственно, тоже возросла.
Ну и конечно же запах.
В Гнилых топях он усилился. Запахло серой, в которую вплелись и другие ароматы, источаемые всем тем, что тут росло, жило и умирало. У меня, даже, начали слезиться глаза, благо это было легко исправить с помощью магической энергии.
По сути, это был тот же магический доспех, которым я защищал себя во время битв, только в этот раз, он был призван лишь на глаза.
В общем, опустил «забрало».
Далее несколько часов мы шли по болотам, вода в котором в некоторых местах доходила мне практически по шею и двигаться становилось очень тяжело.
Не думаю, что это было совпадением, но за все то время, пока я шел в компании иных из племени Детей Угла, на пути нам не попалось ни одной живности, будь то хищник, магический зверь, насекомое или растение.
«Да уж, такое бы сопровождение моей группе. Интересно, с ними все в порядке?» — подумал я, продвигаясь по пояс в болотной жиже и осматриваясь по сторонам.
«Надеюсь да, » — я тяжело вздохнул, и вдруг мое внимание привлекло дерево, которое только-только появилось в зоне моей видимости.
Из-за тумана над болотом и испарений, разглядеть что-либо вдалеке было просто невозможно. Я использовал магический взор, после чего начал концентрировать энергию в глаза.
«Ничего себе!» — подумал я, когда увидел Священное древо иных в магическом спектре. По своей силе магии, оно ничуть не уступало короне Неспящего губернатора, только в отличие от нее, было гораздо больше по своим размерам.
— Почти пришли, — произнес вождь, которому, по всей видимости, туман не был помехой.
Хотя марево над болотом сложно было назвать обычным туманом. Это была странная смесь из магии и испарений, которая тоже была опасна для обычных людей.
Не думаю, что среднестатистический житель Галларии или Иллерии продержался бы в нем больше пары минут.
Думаю, сначала у него начала бы кружиться голова, потом человека начало бы тошнить и закончилось бы все удушьем или обмороком, а затем и смертью. Даже мне, с ядовитым ядром, было не особо комфортно здесь.
Хотя из-за ядовитой природы этого тумана мое тело впитывало заразу, а магическое сердце насыщалось ядом и становилось сильнее. Избранник Угла посмотрел на меня.
— А ты неплохо держишься, — усмехнулся вождь.
— Спасибо, — поблагодарил я иного. — Думаю, половина из тех, кого вы водили к древу, не доживали до конца пути. Верно? — спросил я и мой собеседник хмыкнул.
— Да, — кивнул он.
— Получается, ваш обряд или ритуал, по сути, это жертвоприношение древу? — напрямую полюбопытствовал я.
Вождь задумался.
— Думаю, да, — спокойно ответил он.
Ну, я примерно так и подумал. Весь этот круг жизни и смерти, начало новой жизни и прочее — все это брехня.
По сути, они приводят к древу людей, поят их ядам, а затем те умирают, после чего иные бросают тела рядом с древом, которое является чем-то вроде алтаря и там они гниют, превращаясь в перегной, который и питает это их проклятое древо.
— Ясно, — задумчиво ответил я и краем глаза посмотрел на шаманку.
Пока она здесь, у меня вряд ли, получится сбежать.
Также со счетов нельзя было сбрасывать и вождя, который является друидом. К тому же, судя по описаниям, ему ещё подчинялись животные и растения Проклятых земель.