Кровь Василиска. Книга V (СИ)

— А у вас все походы были настолько тяжелыми? — поинтересовался я у Жозе.
— Нет, это первый такой, — ответил мой собеседник. — За время нашей миссии мы уже дважды встретили иных, в то время как за прошлые три похода столкновение с дикарями случилось всего один раз. И то среди них не было ни шаманов, не друидов. В тот раз мы довольно быстро с ними справились, — произнес кардинальский сын. — Я уже начинаю подозревать, что это не совпадение, — поделился он своими мыслями.
— Вы о чем? — удивился я. — Думаете, среди нас есть предатели?
— Нет, — покачал головой Жумельяк. — Это было бы очень сложно осуществить, — произнес он. — Я тщательно выбирал кандидатов на эту миссию. Даже не представляю, каких усилий стоило бы предателям каким-то образом связаться с иными и договориться с ними. Так ещё и передавать информацию о наших передвижениях в реальном времени. Это практически невозможно, — закончил он свою мысль.
— Тогда кто? — спросил я.
— Думаю, это дело рук иллерийских собак, — ответил Жозе. — Нам известно, что за последнее время их позиции на Проклятых землях заметно укрепились. Я совсем не удивлюсь, если им каким-то образом удалось договориться с иными, чтобы те начали охотиться на нас. На эти мысли меня навели те два дикаря, которые пытались нас пленить, — добавил Жумельяк. — Только я одного не понимаю, что такого ценного им могли предложить иллерийцы?
— Вы же говорили про какие-то побрякушки и специи, — ответил я.
— Да это все ерунда, — он махнул рукой. — Разумеется, иллериские псы дают иным то, в чем они нуждаются. Скорее всего, это какие-то магические вещи или оружие. Про то, что дикари так тесно работают с иллерийскими собаками, я узнал только сегодня, — добавил он и о чем-то задумался.
— Не знаю, будет эта информация полезной или нет, но иные не могут пользоваться сумками, которые зачарованы пространственной магией, — поделился я информацией, полученной в деревне Детей Угла с Жозе. — Не знаю, может, это касается и другой магии, — предположил я, так как проверить эту догадку мне было не на чем.
— Да? Интересно, — ответил кардинальский сын. — Получается, что они не могут достать оттуда никакие предметы? — спросил он.
— Именно, — ответил я. — Я узнал это, когда вождь племени Детей Угла попробовал достать что-то из моей зачарованной сумки, но она оказалась для него пустой. Жозе, а как вообще обстоят дела с магическими вещами, созданными или зачарованными людьми и иными? — спросил я собеседника.
— Если честно, Люк, я не смогу ответить вам на этот вопрос. Как вы уже, наверное, поняли, не так уж много людей у нас в стране, кто может взаимодействовать с иными. В этом плане иллерийцы продвинулись гораздо дальше нас, — добавил Жумельяк.
— А вы вообще пытались? — прямо спросил я.
Мой собеседник смерил меня недовольным взглядом.
— А вы сами как думаете, Люк? — в голосе Жозе прозвучали нотки обиды.
— Не знаю, — честно ответил я. — Мои владения находятся на самом краю страны. Мои родственники уже давно не принимают участие в политической жизни Галларии и не участвуют в интригах высшего света. Я тоже этим не занимался и не собираюсь. К тому же я не служил в армии. Сами подумайте, Жозе, откуда я мог знать, насколько продвинулась Галлария в теме касаемо иных? — спросил я Жумельяка.
Он задумался.
— Ладно, ваша правда, — наконец ответил он.
— Так вы ответите на мой вопрос? — спросил я.
— Разумеется, в Галларии изучают иных, — ответил кардинальский сын. — Есть даже специальный отдел в гильдии исследователей, в котором как раз только и занимаются этими дикарями, их обычаями, нравами и, конечно же, магией.
— И как далеко продвинулся этот отдел? — спросил я хотя заранее предполагал каким будет ответ.
— Не особо далеко, — ответил мой собеседник. — Было проведено больше двух десятков исследовательских экспедиций, в которых ученые умы, изучающие иных, пытались наладить контакт с жителями Проклятых земель. Но все было тщетно. Большая часть ученых либо погибали в агрессивной среде Проклятых земель, либо их убивали иные, когда те пытались вести с ними переговоры. В общем, ситуация практически не сдвинулась с мертвой точки, и сейчас этот отдел не получает должного финансирования. Как-то так, — Жумельяк развел руками в стороны.
 
— Ясно, — задумчиво ответил я.
— Думаю, если вы напишете пару отчетов о том, что с вами произошло, то эти материалы вызовут настоящий фурор! — усмехнулся Жозе.
Хм-м, странно. Мне показалось, или я услышал в его словах нотки зависти?
— Не думаю, что мне это интересно, — честно ответил я.
— Но это будет интересно королю и Его Высокопреосвященству. А это значит, что вам придется их написать, — произнес мой собеседник и посмотрел мне в глаза. — Да, если бы вы меня попросили никому не говорить о том, что с вами произошло, то я бы сделал это, даже несмотря на то, что кардинал мой отец. Уверен, что и Де’Жориньи с Де’Аламиком выполнили бы эту просьбу. Но всех заткнуть не удастся. Кто-нибудь точно проболтается, даже если я прикажу этого не делать. Тот же Батиста, над которым у меня есть власть только здесь, пока он находится у меня в подчинении, — добавил Жумельяк и его слова звучали логично.
— Понял, — я тяжело вздохнул, ибо услышанное мне не понравилось.
— Не думаю, что это проблема, Люк, — ответил Жозе. — Опишите вкратце что произошло. Эта информация дойдет до нужных людей, а дальше я использую свои связи, чтобы вас понапрасну не беспокоили. Это я вам могу пообещать, — добавил мой собеседник.
— Буду очень признателен, — честно ответил я. — А что вы знаете насчет того, как обстоят дела с иными у иллерийев? — поинтересовался я.
— А вот у этих мерзавцев все намного лучше, — процедил сквозь зубы Жумельяк.
— С чем это связано? — спросил я, когда он перестал дальше что-либо объяснять.
— С фортом, который им удалось отбить у иных, — ответил он. — Далее, за несколько лет они укрепились в нем, а затем плавно и понемногу, начали вести переговоры с иными, — сказав это, Жозе снова напрягся.
Вот значит как. Интересно. «Получается, что группа Винсента Рошфора нанесет удар именно по форту. Как там он назывался?» — я начал вспоминать название.
Точно! «Блистательный».
Этим ударом Галлария, видимо, собирается нарушить то связующее звено между Илеррией и иными и положить конец их сотрудничеству.
Что ж, идея довольно здравая.
— Понятно. Странно, что у них это получилось, — ответил я Жумельяку.
— Что именно? — спросил он.
— Ну, почему у иллерийцев получилось вести переговоры с иными, а у Галларии нет, — ответил я Жозе.
— А, вы про это. Прошу прощения, отвлекся, — ответил мой собеседник, который выглядел довольно рассеянным.
Видимо, так на нем сказывалась усталость и не удивительно, учитывая сколько всего лежало на его плечах, ведь помимо командования разведгруппой, кардинальский сын выполнял роль основного разведчика благодаря своему заклинанию Дозорного, а также являлся самой сильной боевой единицей в нашем небольшом отряде.
Да и груз ответственности, который на нем лежал, нельзя было не учитывать. От этой миссии много что зависело и я уверен, что это не могло не давить на психику Жозе.
Вообще, при всем при этом, Жумельяк держался очень даже хорошо.
— Не знаю, — тем временем, ответил мне Жозе. — Скорее всего из-за близости людей к иным, которые могут безопасно или относительно безопасно жить в форте. А ещё, в последнее время я слышал, что дикари и сами начали проявлять интерес к людям. Да, они по прежнему нападают и убивают всех, кого найдут. Но ходят слухи, что часто они оставляют хотя бы одного живым, а затем уводят их с собой. Особое предпочтение они отдают женщинам, — добавил Жозе и я увидел, как мой собеседник напрягся.
Неужели он думает что… Я не стал озвучивать эту мысль. Подтверждения этому я не увидел в деревне Детей Угла.
— Понятно, — ответил я сыну кардинала, который вдруг резко остановился.
Я сделал то же самое и замер, а мои руки сами собой потянулись к шпаге.