Имперский хакер (СИ)

— Ну и рожа, — потёр я скулу, осматривая лицо в зеркало.
Хотя, если волосы в порядок привести, побриться и смыть с себя грязь, то в общем-то ничего, не урод. Телосложение нормальное, жилистое, но ярко выраженных мускулов и кубиков пресса не наблюдается. Зато рост сто восемьдесят четыре сантиметра, глаза голубые, нос правильной формы и не сломан, а цвет волос, если память не изменяет — светло-русый. Последнее проверю, когда голову вымою! Что ещё? Всё при мне и дамы точно не прогадают, а то и некоторые испугаются страсти и навыков, которые присутствуют в голове.
Умылся, сокрушаясь, что не взял из баула пакет с банными принадлежностями. Пора бы уже побриться, да усики пацанские сбрить. Время терпит, этим потом займусь, в том числе, когда от бинта освобожусь, стягивающего грудную клетку. Если не ошибаюсь, то два ребра сломаны или треснуты, а еще копчик побаливает. Но больше всего хочется есть, нет, жрать хочу! Желудок уже не протестует, он внутри скукожился и такое ощущение, что его стенки друг к другу прилипли. Вот только из еды у меня ничего нет, если не считать пару конфет, молотый кофе в банке, да электрический чайник. Всё это находится в бауле, почти на самом дне. Обернул вокруг бёдер полотенце и направился обратно в комнату.
— Просто отлично! — обрадовался, когда разбирал сумку и наткнулся на пару пирожков в пакете.
Когда их мой тезка прикупил — понятия не имею, память отказалась подсказать. Расстраиваться не стал, сразу челюстями заработал и блаженно прищурился. Хм, необходимо решить, как себя отождествлять с прошлым, а то кивать на своего предшественника или донора нет желания. Этак заработаю раздвоение личности, что на самом деле близко к истине. Нет, следует раз и навсегда себе сказать, что сбитый пацан и я — одно лицо и личность. Буду считать, что одновременно жил в двух мирах, а теперь остался в одном. Бред? Ну, на грани, однако, другого объяснения нет. А провалы в памяти спишу на аварию. Мол часть памяти отшибло, но она обязательно вернётся. Это вам любой врач подтвердит, если появятся подозрения. Привычки изменились? Так находился на границе жизни и смерти, можно сказать за грань переступил, а потом вернулся. Кого в этом благодарить? Так девчонка постаралась! Кстати, похоже, она за меня волнуется, раз продолжает в кресле сладко дрыхнуть. Осторожно подошёл к незнакомке. Из окна её личико освещается и, надо признать, красотка. Правда, слишком молоденькая и неопытная, невооруженным глазом видно. Есть ли ей восемнадцать? Сложно сказать, макияж присутствует, но не тонна, а лёгкий. Даже губы не накрашены, кстати, относительно пухленькие, как люблю. Сама она тростинка, брюнеточка, бедра узкие, ручки утончённые. Грудь? Думаю — двоечка, свитерок в обтяжечку, но тут, возможно, ошибаюсь. На такое однозначно не ответишь, пока не пощупаешь или совместно хорошо время в постели не проведёшь. Жаль сложно оценить длину ножек и цвета глаз не видно.
— Вроде бы она голубоглазая, — потёр я висок, вспоминая свои видения, перед тем как оказался в новом теле.
Девчонка заворочалась, во сне нахмурилась, сморщила носик, а потом распахнула глаза и на меня уставилась.
— Привет, — дружелюбно ей улыбнулся, а потом задал банальный вопрос: — Ты кто?
— Здравствуй, — не отрывая взгляда от моего лица, прошептала голубоглазка. — Ты очнулся? Почему встал? Тебе нельзя!
— Это еще почему? — хмыкнул я. — Голова и рёбра побаливают, но чувствую себя неплохо. Или собралась голодом уморить? — обвиняюще ткнул в её сторону пальцем.
— С чего так решил? — удивилась девушка.
— Кроме каких-то лекарств, — обвёл убогую комнату рукой, — тут еды нет!
— И что с того? Тебе всё равно нельзя, — пожала та плечиками. — После сотрясения мозга есть противопоказано, так доктор сказал. Кстати, ты помнишь, что произошло?
— Угу, — буркнул я, — забыл только, когда пирожки купил и есть кое-какие провалы в памяти.
— Не волнуйся — восстановишься, — попыталась меня успокоить девушка, судя по шороху за моей спиной, вставая с кресла и потягиваясь. — Не думала, что сумею выспаться.
  
— Кофе будешь? — предложил я, решив побыть гостеприимным хозяином. — Ты же моя гостья, составь компанию.
— Ой, совсем забыла, меня Викой зовут, фамилия, — она чуть заметно запнулась, но потом твёрдо закончила, — Самойлова.
— Алексей Голицын, — представился я, но моя знакомая фыркнула и рукой махнула.
— Знаю я кто ты, считай заочно познакомились.
Я сходил и налил в чайник воды, надеясь, что тот не забарахлит. Как-то на вид он не очень, старый, корпус из нержавейки весь в небольших вмятинах и царапинах. Если вспомнить про ноут в бауле, то его и вовсе доставать не хочется. Аккумулятор в нём давно сдох, памяти мало, проц древний, но программы мой предшественник… Тьфу ты, сам же с собой договорился! Я и никто другой! Так вот, программы писал на древнем компе, но простенькие, больше для развлечений и всевозможных олимпиад и конкурсов. Увы, о заработке не задумывался, хотя потенциал имелся. Впрочем, если оценивать мои знания в этом мире, то они не идут ни в какое сравнение с теми, что приобрел в другом. Эх, плакали мои счета, виллы, акции и многочисленные фирмы. Правда, последние, большей частью, регистрировались на подставных лиц, но прибылью я распоряжался единолично.
— У нас проблема, — признал я, когда чайник стал закипать.
— Что такое? — с любопытством на меня поглядывая, поинтересовалась Виктория.
— Чашка одна, придется пить по очереди, — развел руки в стороны, а потом выложил на стол пять шоколадных конфет. — Это на сладкое, — усмехнулся, оценивая девушкины стройные длинные ножки затянутые в джинсики. Твой рост сто семьдесят?
— Чего? — удивилась та, не сразу поняв мой вопрос. — Алексей, ты о чём?
Молча её обошел, внимательно разглядывая. Вещички на первый взгляд простые, но стоят приличных денег. Браслетик на запястье тоже дорогой, там пяток бриллиантов имеется, кулончик к ним комплектом, а вот серёжки простенькие. Правда, они могут стоить дорого, всё зависит от изготовителя и престижности.
— Забудь, — отмахнулся я.
— Нет уж! — усмехнулась девушка. — Мой рост — сто семьдесят пять! Это если в кроссовках, на каблуках ещё выше.
— Кто же себя измеряет в обуви? — сдерживая улыбку от такой наивной непосредственности, задал ей вопрос. — Ты мне скажи, что делаешь в комнате одинокого парня, когда ночь на дворе? Почему в кресле спала, а не под моим бочком?
Нет, не пытаюсь сходу закрутить интрижку, расцениваю знакомую, как слишком молоденькую. Ну, в младшие сестрёнки её готов взять, но, чтобы дитё в койку потащить — увольте, я не извращенец какой-то. Кстати, меня зачастую партнеры не понимали и осуждали, когда отказывался от совместного отдыха в баньке или сауне с дамами древнейшей профессии. Брезговал и не понимал тех, кто стимулирует себя различными наркотическими средствами, сжигая собственный организм. Однако, сам не без греха, хорошую сигарку выкуривал, а то и не одну, при распитии коньячка или вискарика. Да и от внимая женского пола никогда не страдал, вот и не видел необходимости в путанах.
— За тобой присматривала, — пожала плечиками Вика. — Алексей, тебе бы всё же полежать.
— Если только с тобой, — хмыкнул я.
— Не наглей, — погрозила пальцем девушка, а потом хихикнула: — Ты все равно ничего не сумеешь.
— Уверена?
— Абсолютно! Доктор тебе успокаивающие уколы поставил, неделю ты должен быть вял и ни на что не годен. Поэтому мой охранник и не возражал, чтобы с тобой осталась и присмотрела. Уж прости, но в данный момент мужчина ты лишь номинальный! — сдерживая улыбку, заявила брюнеточка с голубыми глазами.
Кстати, как возможно такое сочетание? У неё линзы или волосы крашеные? Вроде не похоже, значит — аномалия, точнее, редкое сочетание. В том числе и кожа-то у неё белая и нежная. Красива чертовка и на язычок остра. Жаль слишком молода.
— Желаешь проверить? — добавив в голос немного хрипоты, поинтересовался я и сделал шажок к девушке. — Зачастую доктора ошибаются, а удовольствие тебе, поверь, доставлю.