Мастер меча тысячелетней выдержки. Том II (СИ)

Я усмехнулся. Что насчёт оставшихся?
— Мне нужно заглянуть в фолиант, — заключил я.
  
Глава 14
 
Безусловно, у божественной мощи много приятных сторон.
Однако я совру, если не был рад снова взять фолиант в предвкушении снятия очередной печати. И причина тому — очень проста.
Божественная сила работает как общее улучшение способностей человека. Ты становишь гораздо сильнее, быстрее и крепче, нежели раньше. Насколько я понимаю, люди так долго держались в войне, потому что впитывали её в себя в невообразимых количествах, настолько больших, что держали удар даже самых могущественных Богов.
Что же до нас с мечниками, то эффект был не таким выдающимся. Да, конечно, мы усилились. Если не брать в расчёт меня, то настолько, чтобы иметь возможность прямо выйти против Богов-неудачников, что захватили Академию.
Однако меня смущала пара моментов. Во-первых, эффект, скорее всего, будет временным, если мы не поймём, как сделать из убитых в штабе Ордена Богов портативный заводик по выкачке силы. Во-вторых, всё же качество Богов отражается на качестве их силы. И пусть мечники теперь стали куда сильнее, если они встретятся с нормальным Богом — им крышка.
Честно говоря, я не был уверен, что кого-либо из них хватит даже на Гименея один на один. А это значило, что у меня по-прежнему есть работа.
Ну и разумеется, общее усиление — это отлично, однако что по-настоящему возвышает тебя над остальными, так это универсальность. Количество умений, с помощью которых можно выбраться из любой передряги и благодаря которым я прожил столько, сколько прожил.
Поэтому, повторюсь, водить рукой по обложке фолианта было очень приятно.
— Ну же! — нетерпеливо произнёс Петя, что стоял напротив меня в нашей комнате в общежитии. — Что там? Что на этот раз⁈
Я хмыкнул.
— Да подожди ты, я думаю.
— О чем можно думать? Открывай книгу, получай новую способность и пошли решать вопрос с оставшимися Богами!
Я поднял левую руку вверх, демонстрируя просьбу замолчать.
— Понимаешь, перед битвой с Локи фолиант повёл себя немного странно, — я постучал пальцами по корешку книги. — Он дал мне выбор.
Петя заинтересованно подошёл поближе.
— Тогда я мог взять новую способность — либо же усилить ту, что у меня уже была, — я пожал плечами. — Так я и поступил, и об этом не жалею.
— Но сейчас ты хочешь взвесить все за и против… — закивав головой, произнёс Пётр.
— Чтобы, открыв его, не растеряться, а действовать с холодной головой, — я улыбнулся. — Ты прав.
Я вздохнул.
— С одной стороны, если в этих страницах скрыто ещё одно усиление Шезму… то это сделает меня действительно могущественным магом крови. Но с другой…
— Слишком узкая специализация?
Я кивнул.
— Да. Я не понаслышке знаю, что у некоторых Богов и у целого ряда их приспешников нет крови в принципе. Всяческие големы, энты и иже с ними. Против них я буду так же бесполезен, как и любой другой смертный.
Глаза Пети внезапно загорелись.
— Никогда бы не подумал, что увижу у кого-то проблемы с билдом в реальной жизни. Какой-то сюр!
Я приподнял бровь.
— Проблемы с чем? Неважно.
Книжка, что лежала передо мной на кровати словно смотрела прямо на меня.
— А может, у меня и не будет никакого выбора и я сразу получу новую способность. Но вдруг… — я нахмурился, — она окажется отстойной?
Я поднял глаза на Петю, который внимательно меня слушал, от нервов потирая воротник своей рубашки правой рукой.
— У нас сейчас точно нет времени решать очередные студенческие хотелки, чтобы я быстро снял следующую печать, это уж наверняка.
— Да ладно, это ведь всё равно новая способность. Не понимаю, почему ты так паришься, — произнёс мой сосед, почесав затылок.
Я покачал головой.
— Именно, что не понимаешь.
Дело в том, что в теле Стерлинга я по-прежнему чувствовал себя как чужак. Нет, я научился управляться им так, словно в нём и родился, однако кроме физического восприятия себя существует ещё и метафизическое, магическое… называйте как хотите. И вот с ним были проблемы. В своём оригинальном теле я выжимал из себя все лимиты и был уверен в себе на все сто процентов.
  
Это же тело… скажем так, ощущения можно сравнить с дурным сном, где твои удары не наносят врагам никакого урона, а ноги внезапно становятся ватными. Весьма неприятно ощущать это наяву, особенно в критические моменты.
Что же, пожалуй, эта заминка вызвана тем, что я уже давно не срывал печати. Если подумать — то даже непозволительно давно.
Чёрт с ним.
— Не подведи.
Я резко распахнул фолиант аккурат на странице с печатями и принялся всматриваться в него. Так прошло секунд тридцать.
— Ну что там, ну что там? — застучав ногой по полу, спросил Петя.
Я же просто посмотрел на него с довольной улыбкой.
— Ты случаем не знаешь где здесь можно набрать косточек?
* * *
— Это, мать твою, косточки? — раздражённо бубнил Петя, поправляя огромный мешок на спине. — Да тут можно корову обратно собрать!
— Хватит ныть, а?
Мы стояли на небольшой полянке возле футбольного поля на окраине Академии. Я втянул грудью воздух.
— Кости поменьше ему всё равно без толку.
Петя протяжно охнул.
— Да кому «ему»-то? Может, ты объяснишь, что к чему вообще, наконец-то⁈
Я рассмеялся.
— Не-, — я поднял руку, — Лучше покажу.
В это же мгновение я почувствовал, как по всему моему телу вспышкой разносится давно забытое чувство магии призыва. Осталось только выбрать место…
Первые пару секунд ничего не происходило, и Петя лишь смотрел на меня как на какого-то незадачливого фокусника. А затем появилось пламя.
Парень резко шарахнулся в сторону. Адское пламя — странная штука. Оно кажется холодным даже вблизи, однако стоит дотронуться — испепелит в одно мгновение. Петя, впрочем, проверять это не захотел и, кажется, старался даже не дышать.
— Да ладно тебе, не драматизируй, — я подмигнул парню.
А ещё через несколько мгновений в пламени начала проступать знакомая фигура.
Первой на землю ступила чёрная, как уголь, огромная права лапа Берика. За ней последовала левая.
А потом показался и он сам.
— Какого, мать твою, хера⁈ — заорал Петя при виде моего питомца.
Огромный, где-то мне по плечи, трёхголовый пес стоял перед нами во всей красе и слегка озадаченно оглядывался по сторонам. Первым он заметил Петю.
Все три пары оранжевых, как раскалённое железо, зрачков Берика зафиксировались на парне — как на добыче. Пес пару раз шмыгнул носом, видимо, учуяв кости в мешке, и аккуратно сделал шаг вперёд к Пете.
Сам же парень за эти пару секунд успел заметно так побледнеть и теперь пятился назад, от шока покрепче сжав мешок с костями. Я понял, что он был готов побежать.
Я поднял указательный палец вверх и с опаской покосился на Петю.
— Не сове…
Впрочем, договорить я не успел. Петя рванул с места; пёс бросился прямо за ним.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а! — кажется, Петя был в таком шоке, что даже не замечал, куда бежит. — Спасите!
Берик же за считанную секунду оказался рядом с Петей и принялся бежать рядом. Кажется, пса забавляло поведение моего друга, а поэтому он просто наворачивал круги вокруг парня, направляя того куда нужно самому псу.
Когда гонимый Бериком Петя пробежал пятый круг вокруг футбольного поля, мне уже было больно смеяться. Выцепив момент, когда парочка снова оказалась возле меня, я утёр слезу под глазом.
— К-какого… х-хера… — кричал на бегу Петя, — т-ты смеешься… успокой его!
Я улыбнулся.
— Попробуй сбросить мешок.
— А? — удивлённо глянул на меня Петя, по всей видимости, вообще забывший об этих костях.
Секундного замешательства хватило, чтобы пёс легонько толкнул парня в спину, и тот покатился по земле.
Ужас в глазах Пети сменился замешательством, когда вместо того, чтобы начать рвать парня на куски, Берик принялся активно облизывать его. Параллельно подгребая лапой под себя мешок с костями.