Отступник (СИ)
Поначалу архипелаг оставался заштатным пограничным удельным княжеством. А его столица располагалась на Уфимском острове. Но двадцать лет назад, в одна тысяча восемьсот пятьдесят первом году, на ничем непримечательном и, ввиду своей малости, необитаемом островке, который и названия-то не имел, был обнаружен источник Силы.
Князь Филиппов Борис Аркадьевич, род которого восходил к Рюриковичам, не стал спешить возвещать о случившемся на весь свет. Вместо этого он начал готовиться, и копить силы, чтобы суметь отстоять свои права на великое княжение. Сообщи он о том сразу, и кто знает, кого возжелал бы посадить на этот стол царь батюшка.
На подготовку ушли все сбережения рода, помимо этого князь влез в долги, сбивая дружину, строя корабли и возводя укрепления. К моменту когда стало известно, что Филипповы обрели источник Силы, сковырнуть его уже было не так просто. Островок был полностью укреплён, обзавёлся кремлём и башнями усиленными артефактами. Чтобы разгрызть такой орешек потребовались бы серьёзные усилия и ресурсы.
К тому же, князь успел обзавестись союзниками, готовыми его поддержать как при дворе, так и военной силой. Чем плохо, иметь в лагере противостоящем абсолютной власти царя, ещё одного своего сторонника? Вот и встала на его сторону великокняжеская аппозиция.
Укрепляя свои позиции, Борис Аркадьевич решил женить своего сына на дочери соседа, великого князя Демидова. И польза от этого брака была несомненной. Однако гибель всей старшей ветви, поставила крест на помощи Демидовых. Филиппову же хотелось возродить прервавшееся сотрудничество, для чего ему необходим рычаг. То есть, я.
Трудно его в этом винить. Ведь наверняка Александр Иванович прекратил помощь не от того, что возненавидел соседа. Скорее всего имел место эдакий намёк со стороны царя, что поддержка князя переметнувшегося в стан противников нежелательна. Вряд ли там имел место прямой запрет.
В результате этих манипуляций тормозится развитие субъекта царства? Ну и что. Ради того, чтобы вернуть княжество под своё фактическое управление государь готов кое-чем поступиться. Это я знаю по своему опыту. Потерять малое, чтобы приобрести гораздо больше. Нормальная практика…
К острову я приближался на бреющем. Пойдя над береговой полосой выставил гироскоп, и выпрыгнул из салона. «Лист» тут же подхватил меня, и плавно опустил на землю. «Мартын» же прошёл над мысом, и улетел дальше в открытое море. Перед десантированием я прострелил топливный бак. Так что долго не протянет. Пара-тройка десятков километров, а там рухнет в море, которое его окончательно поглотит.
Жаль конечно. По сути, он ведь то же трофей. Только ума я ему дать не смогу. Нет у меня пока нужных связей, чтобы суметь его легализовать. Но я этот недостаток непременно исправлю. Можно было бы конечно прихватить демидовский аэроплан. Уж родственничек возражать не будет. Но ты поди его ещё найди. В Пскове два великокняжеских порта, морской и сухопутный, четыре частных аэродрома, да несколько взлётно-посадочных полос, да сотни самолётов. А этот наверняка ещё и без герба.
До города добрался всего-то за час. Спасибо подвернувшемуся шофёру грузовика, согласившемуся меня подбросить. Время уже к вечеру, а потому решил отложить оформление гильдейской грамоты до лучших времён. Вот некогда сейчас этим заниматься.
Вместо этого направился прямиком в знакомую амулетную лавку Абрамова, дабы сдать свои трофеи. В излишках нужды у меня никакой нет, а вот в наличке потребность возникнуть очень даже может.
— Здравствуйте, Фёдор Максимович. Вот уж не чаял вас сегодня увидеть, — намекая на то, что уже собирается закрываться, произнёс лавочник.
— Да, как бы я и сам не собирался вас навещать. Но так уж вышло, что внезапно возникла в этом потребность.
— И чем я могу вам помочь?
— Вот.
С этими словами я достал малахитовую шкатулку, и вытряхнул её содержимое на стеклянный прилавок. Пока летел было время выковырять камни из оправы. Так что, перед потенциальным покупателем предстали только огранённые топазы.
— Вы не перестаёте меня удивлять, Фёдор Максимович, — даже не подумав тянуться к амулетам, покачал головой купец.
— Это честный трофей, — протянув руку для того, чтобы надеть «Лжекамень» произнёс я.
— Не сомневаюсь, молодой человек. Но одно дело, когда вы оказываетесь посреди военной заварушки, и выходите оттуда с трофеями, и совсем другое, когда вываливаете передо мной гору амулетов в отсутствии каких-либо боевых действий. Вы сами можете верить в то, что абсолютно правы, но ваше мнение может разниться с законом.
— Прежде…
— Прежде, вы говорили, что нашли камни, взяли с душегубов, или в бою. Сегодня этого вы утверждать не сможете.
— С чего такие выводы?
— По городу ходят слухи один краше другого о похищении некоего молодого человека средь бела дня, с перестрелкой, и десятками пострадавших. О том, что на окраине, в старом квартале обнаружено два авто с горой трупов. Я знаю, насколько можно доверять людской молве и умею отделять зёрна от плевел. Однако, дело в том, что эти самые зёрна в них есть. И глядя на принесённые вами камни, я вижу с ними связь. Самое большее, что я могу для вас сделать, молодой человек, это молчать о моих умозаключениях до той поры, пока меня об этом не спросят напрямую.
Тэкс. Плохо дело. Похоже на наличку мне рассчитывать не приходится. И коль скоро в Пскове стоит такой кипишь, то нет смысла соваться и в другие лавки. Впрочем, на первое время деньги есть. А там найду куда сбыть лишнее. Пусть и не так дорого, как у Мартьяна Ярославовича, но пристроить их я всё же могу.
— Надеюсь, остальные наши договорённости в силе? — и не подумав на него обижаться, поинтересовался я.
— Разумеется, — развёл он руками, — как я могу отказаться от поручительства перед банком, или от своей подписи на нашем с вами договоре.
— А наполнить мой «Зарядник» не откажетесь?
— Не вижу для этого причин, — пожал плечами лавочник.
Глава 29
— Здравия, Фёдор Максимович, — встретил меня во дворе Гаврила.
— И тебе поздорову, — ответил я.
— Где так припозднился-то? Вроде обещал скоро обернуться. На завтра собирались в гильдию за грузом и вылет.
— Вылет откладывается.
— Как это? — всполошился борт-мех, уже истосковавшийся по небу.
— Есть дела поважнее.
— Да как же поважнее-то? — возмутился Лужин.
— Гаврила, нужно арендовать «Стрижа», — не обращая внимания на его возмущения, произнёс я.
— Зачем?
— За надом, — вызверился я.
— Чего пылишь, Фёдор Максимович. Надо, значит будет. Есть один знакомый, натаскивает начинающих пилотов. Может и в аренду выделить. На долго нужно?
— Неделя, не больше
— Думаю, рублей за пятьдесят в сутки уломаю. Но он однозначно потребует залог как за новый.
— Будет залог. Лечу завтра в полдень, один, без парашюта на всю грузоподъёмность дополнительные баки с топливом.
— Понял.
— Часов в десять утра ты мне понадобишься, так что постарайся управиться.
— Так я прямо сейчас к нему и схожу, он всё сделает в лучшем виде. Фёдор Максимович, чего случилось-то хоть?
— Вылез один старый должок. Нужно уплатить по счетам. Не переживай, не пропадёшь я обо всём позабочусь.
Вообще-то я думал, что транспорт удастся раздобыть подешевле. Оно конечно можно и с кем-нибудь прокатиться, но не хотелось никого в это впутывать. Риск лишиться головы более чем реальный.
А для этого опять нужны деньги. Причём, одной только арендой аэроплана никак не обойтись. А значит нужно опять идти к Мартьяну Ярославовичу. Благо у меня есть брильянтовые амулеты, которые он сможет принять без опаски. Если нет, обращусь к другому. Деньги мне нужны в любом случае, и с небольшой потерей я как-нибудь смирюсь.
Половину ночи посвятил подготовке к воплощению своего плана. Перелил пули с «Пробоями» под подходящий мне калибр, и переснарядил патроны для бульдога. Жаль, что у меня всё ещё нет бездымного пороха, но тут уж ничего не поделать. Придётся использовать то, что имею. Конечно трофейная пневматика могла серьёзно помочь, но я решил не усугублять. Опять же, рукоятей-баллонов хватает только на четыре полноценных выстрела.