Отступник (СИ)

  
Калбазов Константин Георгиевич
 
   
Глава 1
 
Настроение было замечательным. Всё складывалось как нельзя лучше. Вступительные экзамены в военное лётное училище позади, и вскоре его ожидает начло долгожданной учёбы. Вообще-то, он уже сегодня может показать высший пилотаж. Как, впрочем, и любой из княжичей или бояричей. Благо с шестнадцати лет найти безлошадного отпрыска знатного семейства довольно затруднительно.
Но одно дело гонять по небосводу на легкомашинном учебном аэроплане прощающем даже грубые ошибки. Шансы разбиться на таком минимальны. И совсем другое, боевой самолёт. Тем более, истребитель. Не просто стремительный, но ещё и смертоносный.
За штурвал такого самолёта ни одного остолопа просто так не посадят. Да и в личном владении его можно иметь только при наличии соответствующего патента, каковой знатным семействам не полагался. Никто не позволит отпрыску княжеского или боярского рода пополнить ряды приватиров, наёмников или вольных пилотов. Только через изгнание из рода, и никак иначе, ибо позор.
Разумеется, это не значит, что они лишены возможности иметь собственные самолёты. Но только в составе дружины, и никак иначе. И даже в этом случае обязаны пройти трёхгодичное обучение в военном лётном училище. Причём на общих основаниях, без оглядки на их статус. Прежде чем оказаться за штурвалом боевого самолёта, не мешало бы научиться выполнять приказы. Ибо служба это в первую очередь дисциплина.
Плевать! Если нужно заплатить за возможность управлять истребителем такую цену, он готов. Всё что угодно! Только бы ощутить своё единение с грозным летательным аппаратом, ощетинившимся пушками и картечницами.
Григорий уже видел себя прославленным асом, осыпаемым наградами, и вниманием первых красавиц царства. В принципе, они и сейчас готовы вешаться ему на шею. Пусть и младший, но всё же отпрыск великокняжеского рода. Не баран чихнул! Вот только это не то. Всех этих козочек сейчас интересует только его титул, и возможность оказаться членом влиятельного семейства.
Семьдесят процентов металла производимого в царстве, приходится на заводы Демидовых и их Большекаменный архипелаг. Который, впрочем, впору называть рудным. Но так уж повелось издревле, когда ещё был цел материк, и на этом месте были горы, называвшиеся Большим камнем. Это уже потом, после великого потрясения, когда осваивались уже острова, были обнаружены богатые недра. Но название так и осталось прежним.
Великое княжество Большекаменское богатое, и люди здесь живут зажиточно. Единственно продовольствие по большей части привозное, ввиду незначительных площадей пахотных земель. Но это не беда. Была бы казна полной, а еду и закупить не сложно. Причём с избытком. Так, чтобы закромов не на один год хватило. Демидовы хозяйственный род, и о своих людях заботятся, ибо они наипервейшее богатство княжества. Всё остальное уже вторично…
Плавное течение мыслей и радужное настроение исчезли в один миг. Вот только был погожий солнечный день, серая полоска шоссе, зелень по обочинам. И вдруг дорога вздыбилась, мир вокруг завертелся в невероятном калейдоскопе, а по ушам ударил гром разрыва. Сколько взрывчатки упаковали в мину непонятно. Но судя по тому, что двадцатиграммовый амулет сгорел махом, тяжёлый «Москвич» подбросило в воздух, да и сам Григорий ощутил толчок, словно ему прилетело сухим полотенцем, пироксилина не пожалели. Автомобиль с искорёженной мордой кувырнулся в воздухе после чего рухнул на землю и сделал несколько оборотов скатился с откоса на луг.
Последнее о чём в этот момент думал Григорий, так это о количестве взрывчатки. Все его усилия были сосредоточены на том, чтобы не разбиться к нехорошей маме. Амулеты заряжены на сто процентов и действовали исправно. Но когда тебя подбрасывает мощным взрывом, и болтает в искорёженном авто, об этом как-то особо не думается.
Наконец «Москвич» опрокинулся в последний раз, и встав на колеса замер посреди лужайки окутавшись облаками пара, вырвавшегося из повреждённого трубного котла. Хорошо хоть не старая модель, тот в подобной ситуации непременно рванул бы, что твоя бомба. Коровы до этого мирно пасшиеся на лугу, бросились в бега, во все копыта. Причём во главе с быком, который вроде как должен был оберегать и защищать стадо.
 
Григорий несколько секунд сидел приходя в себя, и глядя в неопределённую точку в пространстве. И что это было!? Наконец растерянность отступила, и он попытался открыть дверь. Замок вроде как щёлкнул, но та не подавалась. Он налёг на неё плечом. Бесполезно. Из под капота появились струйки дыма, которые никак не спутать с паром. Однозначно перебило топливопровод, и горючее под давлением начало заливать машинное отделение. В подтверждение этого из под капота вырвались языки пламени, которые начали быстро охватывать авто.
Княжич чертыхнулся, и вновь толкнул искорёженную дверь. Та коротко скрежетнула, но всё же не открылась. Страха как такового не было. «Кокон», амулет создающий огнеупорный щит, не позволит набирающему силу пламени причинить ему вред. Однако, ощущения не из приятных. Уже начало припекать так, словно ты оказался рядом с большим костром. Оно вроде ожогов и нет, и в то же время ощущения весьма болезненные. Но тут щит не помощник, ведь жизни и здоровья человека ничего не угрожает.
Выбравшись из уже во всю полыхающего автомобиля Григорий отошёл в сторону. При этом он не получил ни царапины и ни единого ожога. Да чего уж там, даже сюртук не подгорел. Разве только изгваздался, и появилась пара-тройка прорех, от покоробленного металла.
Отойдя от «Москвича», осмотрелся. Часть насыпи шоссе попросту снесло. Воронка получилась знатная. Он понятия не имел, сколько килограмм пироксилина заложили под его авто. Амулет установленный на нем был способен выдержать взрыв шести килограмм пироксилина. И продолжить движение даже не почесавшись. В смысле, если успел бы проскочить воронку. А так-то, нырнул бы в неё.
Похоже нападавшие об этом знали, и перестраховались. Григорий глянул на полыхающий автомобиль. Досталось ему знатно. Если бы матушка не подарила на день восемнадцатилетия новый «Панцирь» с шестнадцатикаратным щитом, то его труп остался бы внутри. Хотя и не сгорел бы. «Кокон» без труда выдержал бы натиск огня, пока «Москвич» сгорит дотла.
И тут его словно несильно ткнули пальцем в грудь. Следом донёсся винтовочный выстрел. Ещё. И снова. Толчки ощущались один за другим. Но щит без труда сдерживал натиск свинца. Стрелков четверо, что нетрудно определить по дымкам от выстрелов. Стреляют точно, и уже сняли большую часть защиты.
Изображать из себя мишень Григорий не собирался, и после первого же удачного залпа, поспешил залечь. А потом пополз, чтобы укрыться от убийц за пылающим автомобилем. Едва он оказался на земле, как стрельба прекратилась. Его потеряли из виду. Трава-то, благодаря стараниям коров высотой не отличается. Зато низко стелящийся дым, вполне надёжно прикрыл его от убийц. Но не удовлетворившись этим, княжич ещё и переполз так, чтобы разбитое авто оказалось между ним и стрелками.
Оказавшись в относительной безопасности можно было хоть как-то оценить обстановку. Страха, как такового, не было. Григория, как и других отпрысков знатных родов, учили воевать. И он прекрасно сознавал, уровень своей подготовки. То, что его сумели достать четырежды, результат внезапного нападения, и первые мгновения растерянности.
Теперь же он действовал достаточно хладнокровно. К примеру, сумел идентифицировать оружие, из которого в него стреляли. Звук выстрела, и густота дыма от них, указывали на армейские карабины, использующие малодымный порох, именуемый ещё и бурым, который превосходит обычный чёрный.
В принципе, амулет Григория способен выдержать шесть винтовочных выстрелов в упор. Били по нему с полутора сотен шагов, на такой дистанции щит не просто выстоит но и сохранит некоторый запас. Седьмое попадание уже окончательно собьёт его, и тяжёлая пуля доберётся до тела. Если против револьвера, то ещё от трёх-четырёх попаданий прикроет.