В ловушке обмана (СИ)

…
Всю оставшуюся неделю, мы то и дело, что спали сколько нам влезет, после плелись на обед, толпой плавали в лазурном море, а по вечерам устраивали небольшие пикники на пирсе у наших индивидуальных бассейнов.
У меня и раньше были друзья, но подобный, спокойный отдых без алкоголя я опробовал впервые. И мне понравилось, знаете. Аси кружит мне голову круче любого крепкого спирта и едкого никотина.
  
…
Обратный полёт длиною в пятнадцать часов, дался нам немного труднее, Аси говорила что чувствует себя не очень. Голова кружится, тошнит, от чего причитая проклинала меня за покупку домашнего лимонада у сомнительного продавца в ларьке подле отеля, мол я отравил её, придурок. Но я то уже понял в чём дело. Хе-хе. Гол забит))
Сидел с ней на кровати весь перелёт, приносил воды со льдом лично, ибо моя Аси стеснялась показываться в «таком плачевном» виде перед стюардессой.
— Меня нужно прокапать, — держит правую руку на животе, а левую на лбу, часто и рвано дыша, — Я больше никуда с тобой не поеду! Надо же было додуматься! А вдруг там палочка какая-то кишечная была?!
— Аси, — смотрю на жену еле сдерживая радостную улыбку, — Я конечно виновен в твоем нынешнем состоянии, но не из-за покупки лимонада, — прикрыв рот, таки выпустил смешок, сразу получив гневный взгляд от супруги, — Что? — рассмеялся.
— Иди к чёрту, издевается ещё тут надо мной, — нервозно закатывает глаза и бьёт меня в предплечье, но очень слабо.
— Аси, ты беременна, тебе не кажется? — плавно взял её маленькую ручку в свою, нежно поцеловав в тыльную сторону ладони, с любовью взглянув из-под ресниц.
— Ой… — в миг побледнела пуще прежнего, начав прерывисто дышать.
— Что такое?
— Мне… Мне страшно…
— Ну чего ты, — сдвинув брови в умилении, аккуратно ложусь рядом с ней под плед, осторожно накрывая трепетными объятиями, — Чагла пила какие-то таблетки от токсикоза, когда ходила с Джаном. Мама рассказывала. Мы их тебе купим и всё будет хорошо, — с чувством неописуемого счастья прикрываю глаза, поглаживая Аси по голове.
Почти весь полёт она спокойно проспала и я вместе с ней, но всё же, иногда тревожно просыпался, дабы самостоятельно контролировать не поднялась ли снова температура и не жарко ли ей. Ну или наоборот, не холодно ли?
…
Приехав домой на такси, мне первым делом потребовалось занести Аси в спальню на руках и уложить её на нашу кровать, а после, перетащить все чемоданы с улицы по отдельности.
— Врача вызвать? — сдвинув брови, с нотой щенячьей жалости, касаюсь её холодной щёчки согнутой кистью.
— Тест неси, — чувствуя новый приступ тошноты, Аси стартанула со всех ног в ванную комнату и вновь подарив унитазу лишь выпитую воду, помогаю ей следом умыться у раковины.
В тот вечер мы узнали, что никакой беременности, к сожалению, снова не оказалось и Аси правда отравилась чем-то на отдыхе. Возможно, тем самым лимонадом.
— Токсикоз не появляется с первого дня, господин Алаз, — заявляет мне доктор, наблюдая за тем, как медсестра ставит Аси капельницу, в индивидуальной палате нашей больницы.
— Понятно… — вновь окунувшись в пропастное разочарование, обречённо сажусь в кресло у окна, вдумчиво сверля взглядом светло-выкрашенную стену, думая лишь об одном — это невозможно. Это нереально. Это просто блять не может быть правдой!
____________________
Так прошло ещё пол года, Алаз начал тайком посещать репродуктолога, стараясь выяснить причину их проблемы и быть может, услышать даже страшный диагноз, но слава Всевышнему, после получения результатов всех исследований и анализов, Алазу сообщили, что с его здоровьем всё в порядке.
— Так бывает, — всё, что ответил ему мужчина в белом халатике пожимая плечами и забрав все результаты экспертиз, парень молча двинулся к себе в кабинет на пятый этаж.
Аси была снова в универе, проводила со студентами волонтёрского движения празднование четырнадцатого февраля, на которое были приглашены воспитанники-подростки одного из детских домов в Стамбуле. В то время как Алаз, вдумчиво сидя в кресле, крутил обручальное кольцо на пальце влево-вправо, неотрывно смотря на их парное фото в рамке, что одиноко стояло на углу стола.
— Сегодня день влюблённых… — грустно подытожил сам себе мужчина, поджимая внутрь губы.
— Алаз! — всполошённо влетает в кабинет без стука Дженк, — Ты что дарить будешь? — почти запыхавшись, словно он только что вспомнил, какое сегодня в календаре число, вопросительно смотрит на друга, но тот лишь неопределённо жмёт плечами, — Не понял? — в недоумении насупился, с лёгкой отдышкой садясь в кожаное кресло для посетителей, что стояло напротив главного стола.
— У Аси есть абсолютно всё. Что мне подарить? — поднимает на друга стеклянный взгляд полный пустоты, — Самое главное я ей подарить не могу, а остальное мелочи…
— Опять ты загоняешься со своей беременностью, — закатывает глаза Дженк, полностью осознавая, о чём именно снова пойдёт речь, — Может у вас… Несовместимость какая-то? Ну, так бывает, знаешь же.
— Да, видимо, всё-таки, Аси было лучше выбрать именно тебя, а не меня… Уже давно бы познала радость материнства, — опёрся локтем о подлокотник компьютерного кресла, чтобы было удобнее держать кулаком голову за висок.
— У-у-у, братан, — усмехнулся Дженк, — Ты в депрессию впал что-ли? — разваливается в кресле, внимательно сверля друга взглядом.
— Не хочу ничего обсуждать. У нас есть проблемы сегодня какие-то? — смотрит на наручные часы, стрелки которых показали только три дня.
— Да нет вроде.
— Я сваливаю, — подняв кое-как своё тело с кресла, плетётся на выход еле перебирая ноги и выйдя спустя несколько минут на свежий воздух, наконец принял свою идейную мысль, которая посещала его голову уже довольно долгое время.
Заехав в цветочный магазин и прикупив щедрый в размерах букет, вместе с гелиевыми шариками, Алаз завалился в актовый зал, где во всю было празднование дня влюблённых.
Первокурсники подготовили сценки для подростков, читали stand up, но когда в главных дверях они заприметили Сойсалана собственной персоной, тут же замолчали в один миг.
— В чём дело? — всполошилась Аси, оглядываясь на ребят и те, с улыбкой начали моргать ей глазами в сторону выхода, — Что там? — беззаботно оборачивается, как видит спускающегося по ступенькам мужа с объёмным букетом розовых роз в одной руке и таких же пяти розовых, гелиевых шариков, в виде сердечек, в другой, — Алаз? — радостно ахает и позабыв обо всём на свете, бежит к нему с радостной улыбкой на лице.
  
— С праздником, любимая, — немного буднично улыбнувшись, пристально смотрит на свою супругу, пытаясь уловить её истинные эмоции. Она правда рада? Или просто не хочет его расстраивать? И вообще, счастлива ли она с ним? Или просто привыкла к его обществу и терпит через силу?