В ловушке обмана (СИ)

— На меня плохо действуют: ты, твои манипуляции и интриги. Где таблетки? — ударив по столу, грозно поднимается с кресла.
— Не отдам.
— Аси! — крикнул на весь кабинет, заставляя девушку вздрогнуть.
— Алаз, ты уже болен и зависим от них, ты не замечаешь?
— Мы находимся в больнице, Аси и ты правда думаешь, что я не смогу достать новую упаковку? — с усмешкой сдвинул брови, нависнув руками над её столом.
  
— Достань. Я снова отберу, — пробубнила под нос, тревожно сгорбившись от испепеляющего взгляда.
— Аси… — глубоко вдохнул, через широко раскрытые, от подступающего гнева, ноздри.
— У меня много работы, Алаз, — пофигистично открывает следующий документ, что был на очереди и отправив его на печать, невозмутимо продолжает дальше клацать мышкой.
— Я твои таблетки не отбирал, прошу заметить, — пригрозил пальцем выходя из кабинета, вновь громко хлопнув дверью.
— Пиздец… — озадаченно моргая, старается придумать новый план нормального разговора, но до самого вечера, Алаз в кабинете так и не появлялся, поэтому, домой Аси вернуться пришлось в одиночку на такси.
Оглядев пустую гостиную потерянным взглядом, она, уставши бросив ключи на кухонный гарнитур, утомлённо скинула с ног туфли, прямо посреди невидимой перегородки меж двух комнат и еле перебирая босыми ногами по холодному полу, вяло поплелась на второй этаж по лестнице и вот, оказавшись внутри тёмной спальни, душу предательски и моментально одолел тяжелый груз от полного принятия, что может быть, единственный человек, который когда-либо смог её полюбить наравне с родным отцом, теперь тоже, окончательно исключен из этого крошечного списка, по её же собственной глупости.
— Дура… — шмыгая носом, скинула с плеч мужской пиджак прямо на паркет и стянув с себя идиотское платье, в полуживом состоянии поплелась в душ, дабы немедленно смыть с себя все следы ужасно-прожитого дня.
Время скоротечно перевалило за полночь, Аси, уже лежа в пижаме под летним одеялом, крепко спала, видя в полном одиночестве свой самый страшный сон, который её совершенно не беспокоил на протяжении целых двух, с хвостиком, месяцев.
Она — зритель. Зритель, который словно невидимый фантом, секретно наблюдает за тем, как её дорогие родители, беззаботно смеясь и мило разговаривая меж собой, ни о чём не подозревая, спокойно едут под шум включенного радио по мосту. Багажник и заднее сиденье полностью заставлены коробками с сувенирами и вот, они такие радостные и счастливые, вдруг за секунду меняются в настроении и смотря прямо в глаза своей дочери, холодно произносят с ошмётками бордовой крови на лице, шее и руках: «Прости, дочка, но сегодня, мы не вернёмся домой».
Через мгновение, происходит неожиданное столкновение, раздаётся скрежет шин о асфальт, тяжёлый звук удара железа о металлический бордюр и вот, девушка, уже стоя на трассе, наблюдает сверху вниз, как тёмно-синяя машина, падает прямо в пропасть, но кричать Аси не может, она лишь беззвучно открывает рот, словно немая рыба и не находя в себе больше смысла жить дальше — просто прыгает с высоты следом за ними.
— Папа! — отчаянно вопит во всё горло и соскочив сидя на кровати, всё ещё видит перед глазами остатки картинок из сна, — Мама… — шепчет следом, но увидев лишь темноту, чувствует, как предательски начинают дрожать её губы и закрыв глаза ладонями до появления боли, начинает обессилено рыдать навзрыд, от полного понимания, что она снова одна, совершенно одна, — Папа… — выдавив с кашлем, обняла себя за согнутые в коленях ноги, начав качаться вперёд-назад, словно стараясь самостоятельно убаюкаться и успокоиться.
Алаз мирно спал на диване в гостиной на спине, но услышав женский выкрик, сквозь пустой сон, не совсем здраво поняв в чём дело, просто недовольно насупил брови и уже снова проваливаясь в царство Морфея, под монотонное журчание фильтра бассейна в саду, мозг опосля проанализировал, что это было не поверхностное сновидение, а самый настоящий и испуганный голос его жены.
— Аси?? — раскрыв веки, скинул с себя плед одним движением, тревожно посмотрев по сторонам, — В чём дело? — встав с дивана, старается прислушаться снова, но в ответ звучала лишь глухая тишина и вот, начав свой путь по лестнице, он вновь уловил её хриплый, приглушённый голос и всхлипы, — Аси? — тихо позвав вновь, осторожно приоткрыл дверь, увидев при белоснежном свете яркой луны, заведённую, словно волчок, девушку, которая закрыв уши ладонями, без остановки в бреду бормотала:
— Это просто кошмар, просто кошмар, просто кошмар.
— Аси? — подлетев к кровати, аккуратно садится на краешек, но она, совершенно ничего не замечая рядом, словно в трансе, продолжала цикличные покачивания вперёд-назад с закрытыми глазами, причитая себе под нос спасательную мантру, — Аси? — аккуратно убрав одну её руку с уха, увидел, как она испуганно вздрогнула, посмотрев на него боязливыми глазами, побитого, уличного котёнка, — Это я, что случилось? — тревожно спросив, аккуратно коснулся щёчки, ощутив на собственном пальце влагу от её слёз, из-за чего девушка, лишь сильнее заплакав, с чувством нового прилива и накрыва, вовсе отвернулась к нему спиной, совершенно трезво понимая, что отныне, этот человек для неё, уже точно так же, как и родители, окончательно потерян и снова заткнув уши ладонями, принялась продолжать повторять три успокоительных слова себе под нос, — Эй, — мягко окликнув, скинул тапочки с ног и забравшись к Аси под одеяло, осторожно подсел ближе, — Иди ко мне, — плавно уместив руки на её плечах, хочет аккуратно притянуть к себе, но та брыкается, начав плакать в голос с криками.
— Не трогай!
— Аси… — растерявшись хлопает глазами и сократив расстояние в ноль, всё же помогает ей осторожно и плавно развернуться, — Это просто кошмар, — приобняв за правое плечо, аккуратно помогает ей навалиться на себя всё ещё сидя, — Всё хорошо, — коснувшись губами холодного виска, почувствовал, как её лихорадит, — Боже, да ты вся дрожишь, — плавно приняв полу-горизонтальное положение вместе с ней на подушках, полностью накрывает своими объятиями на пару с одеялом, стараясь как можно скорее согреть, — Всё хорошо, ничего не бойся, Аси, — тихо произносит, с неожиданно-безумно возникшим желанием внутри — получить сиюминутную возможность или суперспособность, забрать всю боль и все страхи этой девушки одному себе. Лишь себе. Пусть страдает он. Пусть ему будет в десятки раз хуже, но лишь бы Аси себя чувствовала лучше. Она не заслуживает этого. Ни на один процент.
— Алаз… — поджав дрожащую губу, словно пятилетний ребенок, вцепилась пальцами в его футболку на груди, как за спасательный круг.
— Да, я здесь, — заглянул тревожно в её заплаканное лицо, — Я здесь, не бойся, всё хорошо, — прижимает крепче к себе, заставляя Аси физически ощутить правдивость своих слов, — Что случилось? Что тебе приснилось? Почему ты так напугана? — плавно водя рукой по её трясущейся спине, мягко и хаотично, несколько раз целует в макушку.
  
— Снова… Авария… — озвучив свой главный кошмар вслух, больно сжала веки, вновь уронив горькие слёзы уже на майку мужчины в районе груди.
— Тише, тише, — водя большим пальцем по её ручке, нежно целует в висок, — Это всё не правда, это просто сон, — тихо шепчет, вновь начав качать Аси, словно младенца, на протяжении нескольких минут, стараясь подарить ей необходимую поддержку и спокойствие.