Черный Георгин для Королевы (СИ)

- Ч-что? Что вы сказали?
- Ты же слышала, - грубовато бросил он, перейдя на ты.
- Н-но.
- Это ты или нет?
- Но откуда ты, то есть вы, герцог...
- Я такой же герцог, как и ты - королева, - криво улыбнулся он.
А потом сказал то, отчего по моим щекам потекли горячие слезы.
- Мишка я, чумачее ты создание. Нашел тебя.
Ухватившись за Урсус, который теперь всегда был со мной, я с неверием покачала головой.
- Но это невозможно! Миша не может быть здесь!
Г ерцог покосился на мой меч и закатил глаза, пожав плечами.
- Ты же очутилась в теле королевы - это возможно, а как я в теле опального герцога - так не очень, да? Наташ, это я, твой брат. Поверь мне. Я тебе много доказательств могу привести. В детстве ты упала с велосипеда и пролежала в больнице со сломанной ключицей. Я у тебя тусил все время, чтобы скучно тебе не было. На день рождения в пятнадцать ты новую шпагу хотела какую -то крутую, а я подшутил над тобой и в коробку спицы и клубки для вязания наложил. Еще недавно ты проиграла на турнире по фехтованию, - его лицо омрачилось тенью. - А после ты разбилась на моей машине. Если бы знал - никогда бы ключи не оставил. Перестань плакать, я теперь рядом.
Оказывается, по моему лицу струились слезы, а я не замечая их, коротко и сипло дышала, боясь пошевелиться и спугнуть мгновение. Это не сон. Мой брат Мишка здесь.
«В разрушенном замке ждет самый близкий,
Ищет твой дух, но сам был разыскан».
Это было не про Шонго. А про моего брата.
- Но как?!
- А вот это уже невероятная история. Я же как чумной около тебя просидел все это время,
- его голос дрогнул. - Никак не мог принять тот факт, что ты вот такая - бледная, беспомощная, почти неживая. В коме ты лежала все это время. И до сих пор лежишь, наверное. Этого я уже не знаю.
Быстро оглянувшись, он шагнул ко мне и крепко обнял. Хлюпая носом, я сжала в ответ мускулистые плечи герцога. Пусть они и разные совсем, Роннан и Миша, но обнимая этого мужчину, я чувствовала тепло и поддержку родного брата. Это же не сон?
- Отец. Он отключить тебя хотел, - горько прошептал Мишка, поглаживая меня по голове, пока я всхлипывала ему в обтянутую латами грудь. - Сказал, что шансов нет, и мы безнадежно цепляемся за твою жизнь, что ты уже не жива. Я сначала не поверил своим ушам. Потом разговор их с матерью услышал, многое понял. Ты прости меня, я же не знал, что он так к тебе относится.
- Ты не причем, Миш. Да и звучит странно, но сейчас мне как будто все равно. Наверное, я слишком долго тут пробыла и прошлое стирается из памяти насовсем. Как хорошее, так и плохое. Только тебя вспоминала часто.
Брат смотрит на меня, продолжая сжимать плечи руками.
- Я кое-как выторговал у него несколько месяцев, потому что пару раз мне казалось ты открывала глаза.
Да. Открывала. Когда в своем приступе падала наземь, теряла себя в душащих конвульсиях и тонула в расплывающейся действительности. Шонго говорил, что это мой спирит, дух, еще никак не привыкнет к новой оболочке. Но таких приступов не было давно, а значит дух смирился с новым телом. Привык и вжился.
Хотела об этом сказать брату, но молчала, жадно впитывая в себя каждое его слово.
- Я только по каким врачам не бегал, но не услышал никакого утешительного прогноза. Тогда по настоянию матери Витьки Сохина, друга моего, если еще помнишь такого, я отправился по всякого рода шарлатанам. Гадалки, предсказатели, экстрасенсы и прочий сброд. Звучит смешно, но я, и правда, только у кого не был, только какой чертовщиной не занимался. И все впустую.
Было так необычно слышать знакомые, но такие забытые имена, слова, характеризующие мою прошлую жизнь и мир.
- Поразительно, но однажды я шел по какому -то блошиному рынку. Не помню как там оказался, может шел от очередной гадалки, которая, пытаясь угадать, безрезультатно тыкала пальцем в небо. Но факт остается фактом. На рынке со мной произошло что-то необъяснимое, странное помутнение какое -то. Вроде за мной увязалась одна цыганка. А через минут десять мне показалось что это цыган, мужчина. Еще через какое -то время стариком показался, а потом и вовсе ребенком. И вроде не пьян я был, но лицо и возраст постоянно смазывались моим сознанием, не воспринимались четко. Будто запутался.
 
Вдоль лопаток пробежал царапающий холодок. Саахен. Мать всего сущего, мгновенно подумала я. Судя по описанию, это была она. Помогла моему брату найти меня.
- Я сначала прогнать ее хотел, подумал - опоили черти. Но внезапно этот человек без внешности и возраста сказал: «Я знаю, что свою сестру ищешь. Она жива, но по мирам гуляет. Поторопись к ней - беда близко». Представляешь какое у меня лицо в тот миг было? Я ошалел не меньше твоего сейчас. Для меня это первые слова были, что ты жива, что надежда есть. В общем, эти цыгане меня так запутали, меняли личности, что, в конце концов, один на один с седой женщиной остался. Она вроде как с потусторонними силами могла общаться и другие реальности видела. Я так и не понял, другой это человек, или все тот же фантом необычный. Но это уже было не важно, потому что она мне помогла. Показала фрагмент, в котором я в итоге узнал тебя. Просто понял внезапно, что это ты, хоть внешность и другая была.
- Фрагмент?
- Да, я не совсем понял правда это или нет. Ты по лесу бежала, за тобой дракон гнался. Я вас обоих чувствовал, как будто в голове у каждого был. Это я в конце понял, что эта черноволосая ведьма - ты, а сначала ничего не соображал.
Значит, Мишка эпизод в лесу у Норгхи видел.. Когда Скальсгаард меня в пропасть скинул...
- Закончилось тем, что та же гадалка загадочная меня сюда смогла отправить. В обмен на кое-что. Очнулся в теле герцога Роннана Ансванского. Ошалевший, конечно, ходил пару недель, потом привык. Да и цель - тебя найти, была. Так и нашел.
Ансванский, то есть Мишка, выглядел довольным собой. Но я была до сих пор в тихом ужасе от услышанного. Какая беспечность! Как он думает возвращаться обратно?!
- А спирит герцога? Ансванский умер, что ли?! А ты сам где? Т вое настоящее тело?
- Про герцога ничего не знаю. А мое тело лежит преспокойно у гадалки. Она ухаживает. Предкам сказал, что на Бали укатил на зиму на личностный треннинг. Ну типа без связи, телефонов и прочего. Полное погружение.
- Сумасшедший! - шепотом воскликнула я. - Ты бросил свою оболочку у какой -то гадалки!
- Она помогла мне здесь оказаться, вообще-то.
- Все равно! Это может кончиться очень плохо!
- А что мне оставалось делать, не пойму?! Ждать когда тебя отключат от системы жизнеобеспечения?! Я же за тобой пришел, глупая! Все это заучит как диагноз в одно заведение, но ведь удалось найти! Все получилось!
- Ох, Мишка. Во что мы с тобой вляпались. - покачала я головой.
- Что делать-то теперь будем? Как назад попасть мне никто не сказал. Но твой дух я нашел. Уже хорошо.
- Бежать тебе нужно отсюда! Возвращаться назад, пока не поздно!
- А ты? - сощурил голубые глаза герцог. - В чужую войну ввяжешься?
- Я не могу здесь все бросить! Ты не понимаешь! Я тут несколько месяцев живу!
Испугавшись, что нас заметят и не так растолкуют, я запоздало сбросила его руки с плеч и лихорадочно оглянулась. Но ни Трогха, ни кого -то другого по-прежнему не было.
- Я согласилась стать той, в чье тело попала. Назад нет пути. Пока что. Но я непременно постараюсь вернуться назад, как только все тут улажу.
Г ерцог начал нервно вышагивать по коридору, запустив пятерню в рыжую шевелюру.
- Ты с ума сошла?! Тут война, мать ее, настоящая намечается! На меня мои придворные доспехи настоящие напялили, потому что риск есть огромный, что меч вонзят прямо в грудь. Как в книжках. Только я к этому не готов! Я хоккеем занимался всю жизнь, клюшку в руках держал, а ты шпагой понарошку махала. Что мы тут можем?!
 
- Знаю! Но все равно не могу их бросить, - покачала я головой. - Их же сметут! Как муравьев раздавят!