Меткий стрелок. Том II (СИ)

— Где я⁇
— На Небесном озере. Как тебя зовут? — я похлопал индейца по щекам
— Скукум Джим.
Ну слава богу. Помнит себя.
— А меня как зовут?
— Ты Итон Быстрая Рука.
Мозг не поврежден, восстановится. Мы погребли к берегу, уложили Скукума на одеяло, греться возле костра. Потом вернулись на точку. Пока мазались жиром заново, банноки расспрашивали насчет реанимации. Они были уверены, что я очень сильный шаман, смог всего одним ритуалом вернуть мертвого Скукума к жизни.
  
— Да не умер он! — убеждал я индейцев — Вы же видели, как дергался
— Он синий был!
— Это от холодной воды
Переубедить банноков я не смог. Зато смог переключить их внимание — пора было нырять дальше. Я пошел под воду вместе с Ноко. И нам снова повезло. Мы наткнулись на целую пирамидку из самородков — как будто кто-то рассыпал их по дну. За один нырок мы подняли почти три килограмма! Рекорд. Казалось, Небесное приняло жертву и решило вознаградить нас за все наши мучения. У меня теперь было почти две с половиной тысячи долларов. Ладно, вычитаем долю Джима, оклады Артура и банноков — с ними я тоже собирался расплатиться честь по чести — но даже полторы тысячи долларов сильно улучшило мои позиции. Можно выдать аванс команде, купить уголь.
Но чтобы заплатить старовером мне требовалось еще несколько дней на озере. Надеюсь, Небесное не потребует новых жертв.
* * *
Четвертый день дался тяжело. Уши болели нещадно, ломило все мышцы. Китовый жир почти закончился. Каждый нырок превращался в пытку. Но мы продолжали. И снова принесли около трех килограммов. Вечером, когда мы, обессиленные, сидели у костра на берегу, к нам спустился Артур. К костру он не подошел, тихо свистнул из зарослей. Я потянулся, сделал вид, что мне надо отойти по природной надобности. Лицо парня было встревоженным.
— Что случилось?
— Дядя Итон, — тихо сказал он. — Я видел двоих. Индейцы. Они наблюдали за лагерем с соседнего холма. Долго смотрели, потом ушли. Я боялся себя обнаружить, поэтому сидел до темноты.
Эта новость меня обеспокоила. Чужие индейцы… Что им нужно? Просто любопытство? Или они тоже знают про золото Класки? Не хотелось бы делить нашу «золотую жилу» с кем-то еще. А уж тем более — вступать в конфликт.
— Как они выглядели? Чем были вооружены?
— Выглядели, как обычные индейцы. Длинные рубахи, кожаные штаны, мокасины. У одного я видел ружье за плечом. Волосы длинные, заплетены в косы.
— Плетение запомнил?
Парень помотал головой. Жаль. По прически можно судить о том, чем сейчас занимаются краснокожие — стоят ли на тропе войны, скорбят или опозорены. Банноки мне много чего рассказали об индейской культуре, пока мы путешествовали.
— Что будем делать?
Вопрос на миллион. Я подозвал Джима, который уже вполне оправился и бодро собирал дрова для костра.
— Это танана или атабаски — уверенно заключил Скукум — Наших тут быть не должно.
«Наши» это значит, тагишы. Названия племен, которые мне почти ничего не говорили.
— Завтра будь особенно внимательным — я хлопнул Артура по плечу — От тебя будет многое зависеть. И будем ночью караулить по двое. Один у костра, другой поодаль.
* * *
Пятый день был самым тяжелым. Силы были на исходе. Но мы знали, что это, возможно, наш последний шанс. Жира оставалось на десяток нырков каждому. И мы снова нашли! Еще одна богатая россыпь. Работали как одержимые, забыв про усталость и боль. Четыре килограмма! Среди них был еще один крупный самородок, почти на килограмм. Казалось, удача снова с нами. Мы уже предвкушали, как вернемся в лагерь с богатой добычей, как отпразднуем наш успех.
Радовался и Скукум Джим. Он не нырял, но помогал с костром, едой, взвешивал самородки на весах, упаковывал их. На плот мы взяли ружья, держали их заряженными, опасаясь всего. И не зря.
Как раз собирались поднимать последнее ведро, когда услышали крики с берега. Резкие, гортанные, угрожающие. Я поднял голову. На берегу, там, где еще недавно стоял наш пустой лагерь, теперь были людей. Индейцы. Семеро человек, двое с перьями в волосах. И все с ружьями. Они кричали что-то на своем языке и направляли оружие на нас.
— На плот! Ложись! — заорал я, падая на доски и хватаясь за свой «Шарпс». Банноки и Джим среагировали мгновенно, тоже распластавшись на плоту. Мы спрятались за глиняное возвышение для костра. Но защита эта была очень так себе — достаточно нескольким краснокожим пройти по берегу и взять нас «клещи» огнем из ружей. Надо выгребать отсюда к хренам. Срочно.
— Что они кричат? — спросил я тихо Скукума
— Что-то про священное озеро. Мы его осквернили.
— Спроси, чего они хотят?
Ответа мы не успели получить. В следующую секунду грохнул выстрел. С берега.
  
Глава 12
 
БААМ, БАММ! Пули шлепнул по воде, банноки с Джимом еще больше вжались в дерево.
Ситуация изменилась в одно мгновение. Мы — на неустойчивом плоту посреди озера, считай в ловушке. Индейцы — на берегу, в укрытии за камнями, с ружьями. Один валяется дохлый — кровь из него сочится в «Небесное», окрашивая голубой цвет в красное. Артур попал прямо в голову. Как будут говорить в будущем геймеры — «хэдшот».
Я быстро осмотрелся. Камни на берегу, где прятались индейцы, давали отличное укрытие. Склон за ними поднимался, поросший кустарником и редкими деревьями. На противоположном берегу — только голые скалы. Мы там будем как на ладони.
Надо было выбираться из этой ловушки. К берегу. Но к какому? А главное, как грести лежа? Так мы будем плыть долго. И все это время оставаться мишенью. Стоит только индейцам подняться выше по склону…
— К берегу! — скомандовал я Джиму. — Тому дальнему!
Мы начали грести. Подальше от пуль индейцев. Неуклюже, еле-еле. Каждая секунда казалась вечностью.
Джим и Сокол работали лежа самодельными веслами, я, Медведь и Ноко выцеливали из Шарпов спрятавшихся краснокожих. Плот, тяжело груженые золотом и нашими баулами, двигался мучительно медленно. Ну же, Артур! На тебя вся надежда. Одного ты снял, давай других. Иначе нам хана — очаг и баулы слишком ненадежное укрытие.
И тут индейцы опять открыли огонь. В этот раз более прицельно. Пули засвистели совсем рядом, некоторые с визгом рикошетили от камней очага. Одна задела край плота, выбив щепку. Та вонзилась в щепку Медведя, потекла кровь.
— Перевяжи — я подал банноку оторванный рукав рубашки. Медведь не стал спорить, вытащил щепку, начал бинтоваться. — Гребем аккуратно! Не показываемся!
Но как, черт возьми, грести аккуратно, когда тебя расстреливают с берега⁈ Может кинуть что в тлеющий костер? Поставить так сказать, «дымовую завесу». Но мы тут от дыма сами быстрее сдохнем. Или поднырнуть под плот?
Я прижался к мокрым доскам, стараясь стать как можно меньше. Вот черт! Индейцы на другом берегу пока замолчали. Перезаряжаются? Готовят что-то?
Винтовка Артура снова заговорила. БАМ! и почти сразу еще БАМ! Два выстрела с холма. Я представил себе его там — перепуганного, но упрямо стреляющего из-за камней. Мой юный снайпер. Его выстрелы, редкие, но точные, оттягивали на себя внимание индейцев на берегу. Пытаясь его выцелить, они открыли новый огонь по холму. Про нас забыли.
БАМ! БАМ! Снова его выстрелы. Один из индейцев, выглянувший из-за камня, чтобы прицелиться, дернулся и пропал из виду. Второй труп. Было семеро, осталось пятеро. Счет пока в нашу пользу.
Индейцы на берегу взбесились. Они поняли, откуда идет огонь. Часть из них развернулась, направляя ружья в сторону холма. Завязалась дуэль между Артуром и группой индейцев. Отсюда, с плота, я плохо видел, что там происходит. Только слышал звуки — выстрелы ружей, более частые, чем выстрелы Артура, и его одинокие, но меткие БАМЫ.
  
Тем временем мы медленно, очень медленно продвигались к дальнему берегу. Глубина постепенно уменьшалась.
Индейцы, отвлеченные Артуром, почти прекратили огонь по плоту. Лишь изредка просвистывала пуля.