Неожиданный наследник 3 (СИ)

— Понятно, — король снова откинулся на спинку кресла, — Ты собираешься воевать с Портой. Взамен даёшь австрийцам взятку, дабы они не мешали. Хотя соглашусь, что пусть забирают юг Польши. Зачем ссориться, раз Пруссия получает столь немалый кусок. Я ведь прекрасно понимаю, что можно разориться, захватив слишком большие земли. Что ещё?
— Вечный мир между нашими державами. В качестве скрепления будущего союза предлагаю брак моего брата Алексея и вашей племянницы Вильгельмины[18]. А далее мы с Фридрихом Вильгельмом поженим уже наших детей. Пруссии и России нечего делить, а вот общих интересов у нас много. Торопиться не будем, но начнём уже сейчас. Заодно проверим, насколько жизнеспособны мои идеи. Вот документ, составленный моими дипломатами, включая секретную часть, — кладу на стол толстую папку с документами.
Король был явно удивлён, но даже не думал этого показывать. Судя по немного затуманившемуся взгляду, он мысленно обдумывал полученное предложение.
В свою очередь, я вспомнил, какого труда мне стоило убедить Голицына о необходимости союза с пруссаками. Князь являлся сторонником рациональной политики и не испытывал к пруссакам особой любви. Он вообще опасался любых союзов, убеждая меня в том, что России лучше придерживаться нейтралитета. Я бы рад последовать совету Дмитрия Алексеевича. Только кто нам позволит долго отсиживаться в сторонке?
По данным, которыми снабдил меня Майор, у России нет особого выхода. Англия и Франция не дадут нам жить спокойно. А вот альянс с Пруссией и помощь в присоединении к ней мелких немецких государств позволит изменить политические расклады в Европе. Наши армии на материке практически непобедимы. Поэтому противникам придётся делать ответные шаги, к которым мы будем готовиться.
Понятно, что это будет в будущем. Сейчас союзы создаются и распадаются в течение одной войны. При этом часто вчерашние друзья начинают боевые действия друг против друга. Но я точно знаю, что единое германское государство создаст Пруссия. И этот монстр выпьет немало крови у всех европейских стран. Так почему не стать его другом?
Пока мне хватит тайного протокола о том, что мы не воюем друг с другом и не поддерживаем враждебные страны. Далее, после свадьбы детей монархов обеих держав, можно подписать тот самый вечный мир. К тому времени старый Фриц помрёт, а его место займёт Фридрих Вильгельм. Думаю, с ним будет даже легче. Заодно в ближайшие годы покажут серьёзность намерений обеих сторон. Мне кажется, что всё у нас получится.
Понятно, что однажды единая Германия может захотеть сожрать старого друга. Но здесь уже всё зависит от потомков. Лет сто мира с пруссаками они получат. Для этого надо создать подлинный альянс, чтобы два государства зависели друг от друга. А война или даже конфликт между ними был противоестествен для элит обеих стран. Сделать это будет трудно, но почему не попробовать? Ибо хватит России воевать за чужие интересы, как это происходило в нескольких последних войнах. А мы пока займёмся действительно важными делами — османами. На Пруссию же ляжет обязанность не давать австриякам влезть в наши дела. Как только Вена начнёт свою подлую политику, то Берлин сразу забряцает оружием.
— Я слышал, что твой брат немного нездоров.
Такого вопроса от Фридриха я точно не ожидал и малость оторопел. Мне казалось, что первым он начнёт изучать детали прожекта.
— Здоров как бык, — отвечаю, быстро придя в себя, — Просто он излишне добр, скромен и молчалив. При этом брат достаточно образован и уже начал помогать семье.
— Иоганн, ты понимаешь, что твой замысел совершенно ломает нынешнюю европейскую политику? Не знаю, во что нам обойдётся раздел Польши. Но уверен, что в итоге Австрия с Францией сольются в очередных объятьях и начнут готовиться к новой войне с Пруссией. Пусть не сейчас, но лет через пять. Ведь они поймут, что я наметился на мелкие немецкие княжества. А если к ним присоединится Англия, то всё станет весьма плохо. Я бы сказал безнадёжно. И при этом ты хочешь усилить австрияков, предлагая им османские и польские земли.
 
Предположим, никакого союза Англии и Франции не будет. Лет через десять они сцепятся в новом конфликте, где мы можем навредить обеим державам. А далее Европу ждёт просто бесконечная война с непонятным исходом. Нам просто необходимо копить силы. Фридрих начнёт потихоньку прибирать мелкие немецкие княжества. А Россия станет переваривать завоёванные и освобождённые земли. И король прав, что денег на это у нас нет. Вернее, я жду ответ от посольства, отправленного в Испанию. Но переговоры осложнены тем, что в сделке участвуют голландские банкиры. С другой стороны, мы привлекаем на свою сторону сразу две сильные державы. Пусть одна из них изрядно одряхлела, а вторая проиграла битву за превосходство на море англичанам. Это я тоже собираюсь использовать. Вернее, прожект предложил Голицын, вот ему за него и отвечать.
— Используя вашу терминологию, могу точно сказать, что Англия сейчас переваривает захваченное. И хочу заметить, её желудок иногда сдаёт сбои, а сэры вынуждены вдыхать испражнения, — громкий смех короля подтвердил, что мой эпитет ему понравился, — Сначала наши друзья освобождали от французских поселенцев Новую Шотландию. В результате они понесли немалые финансовые потери. При этом умудрились уничтожить более половины изгнанных, вызвав волну негодования в Париже. В самой Америке вспыхивают постоянные восстания индейцев и рабов. Но это не самое важное. Лондон всерьёз влез в Индию. Сейчас Ост-Индийская компания воюет с магометанами из Майсура. Но вскоре им придётся сцепиться с более сильным противником — маратхами. Понятно, что островитяне победят. И если потребуются, то выделят немалые силы для любого конфликта в Европе. Но на ближайшие годы они сосредоточатся на своих делах. Польша, Австрия и османы их не интересуют. И англичане умеют считать деньги. Они просто не потянут одновременно несколько войн. Да и начавшееся усиление Франции беспокоит их гораздо больше.
Замечаю, что по мере понимания моих слов, старый Фриц подался чувствам и его брови полезли на лоб.
— Это не я такой умный, — решаю успокоить собеседника, — У меня для этого есть князь Голицын, который четырнадцать лет в дипломатии и три года прожил при французском дворе.
Мои слова точно не убедили Фридриха, но он задумчиво кивнул. Наверняка король подумал о русской разведке, чью деятельность он недооценил. Вернее, речь о работе дипломатов, занимающихся шпионажем. Я же продолжаю свою речь.
— У французов сложностей ещё больше. Сейчас они занялись восстановлением флота, куда уходят просто колоссальные суммы. Эх, мне бы такие деньги, — вздыхаю совершенно искренне под понятливый кивок Фридриха, — При этом они ещё покупают Корсику у Генуи. Это значит, что денег на большую войну у Людовика нет. После того как мы разделим Польшу, Париж сможет только громко гавкать и гадить по мелкому. Думаю, французы ограничатся отправкой нескольких сотен офицеров для помощи польским войскам и дадут денег, которые паны благополучно разворуют.
Старый Фриц улыбнулся, но продолжал смотреть на меня весьма серьёзно. Видно, что он не ожидал такого подробного разбора существующих реалий. Но надо продолжать.
— А теперь про наших венских друзей. Захват Кракова и Люблина ненадолго рассорит австрийцев с французами. Я знаю, что Бурбоны и Габсбурги давно лелеют идею о союзе. Поэтому брак дофина с одной из дочерей Марии-Терезии — дело решённое. Но мы его немного отсрочим, — здесь король понимающе ухмыльнулся, — Касаемо территорий, которые достанутся Австрии, я бы особо не переживал. Чем больше она получит земель с чужеродным населением, тем лучше.
— Поясни, — тут же вскинулся Фридрих.
— Например, в Пруссии живут кашубы. Но они давно больше немцы, чем славяне. Пусть этот народ говорит на своём языке, но со временем он вольётся в немецкий этнос. А вот венгры, наоборот, мечтают о независимости и не собираются становиться австрийцами. Прибавьте к ним чехов, хорватов, сербов и валахов. Тут ещё появятся вечно беспокойные поляки. А в будущем — босняки, исповедующие магометанство. Получается кипящий котёл, чьё варево в любой момент готово вырваться и обжечь повара. Поодиночке Вена справится с любым противником. Но все вместе они начнут создавать большие сложности. Забавно, но чем больше и многонациональней становится Австрия, тем она слабее. Если России удастся победить осман, то Мария-Терезия не удержится и ввяжется в захват какой-нибудь балканской дыры. Может, у неё даже получится. Но в перспективе эти земли принесут ей одни хлопоты.