Демоны, коты и короли
– Некое высокопоставленное лицо наняло убийц во главе с неким колдуном. Черным колдуном. И они идут по нашему следу. Так что если мы не поторопимся – и даже если поторопимся, – скорее всего, скоро окажемся в засаде. Так что думай, что нам делать. И предупреди твоего любимого братца, что нам грозит опасность. Если, конечно, он не желает твоей гибели.
– Нет! Тогда ему конец! – не думая, ответила Элена, и я почему-то ей сразу поверил. – Он выполнит приказ, даже если придется умереть. И умрет – лишь бы я жила! У нас свои понятия о чести, и если ему приказано – выполнит приказ, чего бы то ни стоило. Понимаешь? Нет, не понимаешь. Ну и не надо. Главное – знай, что те три наста, что нас встретили, – умрут за нас, если что, можешь на них рассчитывать. А теперь расскажи-ка мне, что там случилось и как ты справился с этими уродами! Ведь ты справился, раз они нас не догнали! Я сгораю от любопытства, не усну ведь, пока не расскажешь! Ну, пушистик, не томи!
– Я тебе не пушистик, голозадая! – фыркнул я и принялся за свой рассказ.
* * *Очень не хочется идти на утренний холод, вылезать из серединки между двумя горячими, гладкими, сопящими телами! Но что делать, если естество требует? Мы, кошки… тьфу! Опять! Какие, к черту – мы?! Ой-ей… В общем – «до ветру» нужно. Это люди долго терпят, а кошки существа нежные, терпеть не желают.
Быстро строю дорогу сквозь стену, ныряю… и оказываюсь в промозглом холоде – сыплет мелкий неприятный дождь, земля, за ночь напитавшаяся водой, хлюпает, а навоз, который никто, само собой, не собирается убирать, растекся по лужам коричневой жижей, ставить в которую чистые, интеллигентные лапы совсем не хочется!
Мдаа… интересно, а можно справить нужду, не касаясь земли? А что – к примеру, строю дорогу наверх, высоко, потом выхожу из Серого мира, а пока лечу к земле, выталкиваю из себя лишнее! Хе-хе-хе… что-то вроде бомбометания получается! Если достаточно высоко забраться, так мои какашки могут нанести серьезный урон, особенно если кто-то посмотрит вверх!
С такими позитивными мыслями я закончил свои уличные дела и осторожно, встряхивая лапами, дабы очистить их от помоев, перебрался под навес, где хранилась огромная поленница дров. Здесь было сухо, приятно пахло колотым деревом и можно очистить подошвы, не предпринимая отвратительных животных действий, таких, как вылизывание шерсти. Никогда, слышите, никогда интеллигентный кот не будет вылизывать свои ноги и зад! Это удел сельских плебеев! Кот-аристократ будет ходить в отрепьях, с засранным задом, но дождется, когда прислуга вымоет его и расчешет. И только так!
Да, хорошо, когда у тебя есть крыша над головой. Дождь стучит, мыши где-то там скребутся… сочные такие, жирненькие…
Тьфу! Аж слюни потекли! Нет, точно надо что-то с этим делать. А что делать? Как быть? Сколько я смогу продержаться в человеческом теле? Час? Два? Сутки? А потом усну, и хозяин тела меня выбросит вон! Или вообще замкнет в глубинах своего убогого мозга!
Почему убогого? А какого же? Это только я тут гений из просвещенного мира, и вообще – Андел Злат Венец, как говорила бабушка. Уничижительно, конечно, говорила после того, как я порубил ковер топором (играл в индейцев!) и сделал постную праведную морду – я не я и рука не моя.
Итак, если захватить чье-то тело… мужское, само собой! Мне только бабских мыслей не хватало… брр… Мужское тело, которое не будет меня выбрасывать!
Ведь в чем дело-то? Почему я все время вылетаю из чужого тела? Потому что оно уже занято! В нем кто-то живет, ну… как в скворечнике. Улетел скворец, оставил домишко, и тут же в нем поселяются воробьи. Прилетает несчастный обманутый дольщик, и начинается война с переменным успехом – орут, плюются-матерятся! Иногда скворцы отвоевывают свой отчий дом, а иногда наглые захватчики отстаивают добычу.
Да. Нужно тело, в котором нет жильца. Тело, душа из которого ушла, улетучилась. Только вот как его найти? А если найдешь – где гарантия, что это тело работоспособно? На хрена мне носитель с разрушенным мозгом? Ну, вселился я в него, а он едва ногами-руками двигает, даун! Не хочу быть дауном! Проблема, однако… Нет – я ничего не имею против даунов, но видеть себя в зеркале после этого – отказываюсь!
– Третье окно от края. Две девки. Когда будут выходить – валите обеих.
– Ты уверен, что амулеты твои работают?
– Я же вам показывал! Они стоят огромных денег, учтите! Это хессал! Я потом у вас их заберу. И вам по сто золотых. А пока – по десятке на каждого. Стрелы, кстати, тоже недешевые – те, что я вам дал. Они привязаны к хессалу.
– А я все-таки не могу понять – почему ты сам их не убьешь? Зачем тебе наемники?
– Вам-то какое дело?! Я плачу деньги, вы убиваете – первый раз, что ли? Если не устраивает – возвращаете деньги и уходите, забывая о моем существовании.
– Да ладно, ладно! Ты чего, господин хороший?! Приличные деньги, главное – чтобы расплатился потом!
– Расплачусь. Не беспокойтесь. Все, что заслужили, – отдам.
Я тихо-тихо поднялся по поленьям, двигаясь медленно, как часовая стрелка, высунул голову за край поленницы… удар! Вспышка!
Я кубарем скатился наземь, едва не завопив от жгучей боли! Совершенно автоматически тут же перешел в Серый Мир и застыл, с трудом удерживая себя в подпространстве и едва не вываливаясь в реальный мир! Боль прошла, ведь у астрального тела не может ничего болеть. Болит у живых! Единственное, что – с каждой секундой мне было труднее и труднее не падать под ноги тем, кто сейчас шарился у поленницы.
– Ты чего стрелял?! – Голос колдуна в плаще с капюшоном был так же холоден и шипуч, как и вчерашним днем.
– Здесь кто-то был! – Мужчина небольшого роста, одетый в камуфляж, подобный тому, что некогда надела Элена, прежде чем отправиться в карательную экспедицию против обидчиков Амалии. Эдакий сотканный из теней комбинезон с капюшоном, оставляющим открытым только глаза, – ниндзя, да и только! Похоже, что игра пошла по-крупному.
– Кошка! Это была кошка! – Второй, такой же закутанный и такой же небольшой, как ребенок, наклонился, поднял клочок окровавленной шерсти – моей шерсти! Ай суки, ай твари – едва не убили! Да как они услышали?! Как эти негодяи смогли меня услышать, меня, кота, который может поймать мышь, и она его никогда не сможет услышать, прежде чем хрустнет на зубах?!
Фейри. Это фейри! Да не может быть. Не может быть!
А почему не может быть?! И что такого? Ну – есть хорошие фейри, есть плохие – и что? Вот два наемных убийцы, явно родом из фейри. И слух у них не хуже, чем у меня, – Элена доказывала это не раз. И что тогда делать?!
– Это ее кот. Этой девки! – Шипение колдуна сделалось таким, как если бы спустили шину. – И куда он делся? Дай сюда. Дай мне эту шерсть!
Ай, мамочки мои! Пропал! Я – пропал! Этот гад меня заколдует теперь! Они же на кровь колдуют! Порчу напускают! Ай-яй!
Не раздумывая, я вывалился из подпространства, свалившись прямо на колдуна, и, вцепившись в его руку, буквально с клочком колдунской кожи-мяса вырвал у него мою шерсть! У меня был всего один шанс – маленький, убогий, сводившийся к нулю, но я его использовал!
Колдун завопил, я помчался как ветер, а когда возле меня в землю вонзились две стрелы, припустил еще пуще, не обращая внимания на кровь, заливающую глаза.
Я бежал от смерти так, как, наверное, не бежал никогда в жизни! И я не мог уйти в Серый мир, потому что в этом случае моя добыча, торчащая из пасти, выпала бы и осталась преследователям. Нет, только мои ловкие лапы да рулящий хвост мне теперь во спасение!
Влево-вправо, влево-вправо! Как там было у спецназа? «Качание маятника вразножку»? А как называется четвероногое «качание маятника»? Вчетырехножку? Плюс хвост.
Кстати, он хорошо помогает сохранить равновесие и не свалиться, когда мчишься по залитым навозной жижей лужам и резко меняешь направление движения! Раз-раз, раз-раз! И я уже за углом! Еще бросок – и меня уже не достать стрелой! Вообще ничем не достать, куда им, двуногим, до меня?! Магические стрелы они на меня не потратят – жадные, сволочи! Магические стрелы для крупной добычи!