Таверна "Золотой Дракон" (СИ)

— И ты умел превращаться в настоящего дракона? — восторг в его голосе был неподдельным.
— Да. Но предпочитал использовать только крылья.
— Здорово! — воскликнул мой маленький друг и тут же задал абсолютно неожиданный для меня вопрос: — А что такое гарем?
Я рассмеялся. Истинный мужчина растет. Я рассказал ему столько всего, а его заинтересовал именно гарем.
— Это когда у мужчины много жен, — ответил с улыбкой. — Чуть больше года назад я его распустил. Иным словом — развелся.
— А сколько у тебя было жен? — Теобальда, казалось, совсем не смущает такая деталь в моей биографии.
— Двенадцать.
Глаза Тео распахнулись от ужаса и, протянув тихое «ого», он покрутил пальцем у виска.
Я не выдержал и громко расхохотался.
— Ты прав, Тео, в те времена я не очень дружил с головой.
— Я, например, никогда не женюсь! — объявил он горячо. — Вон у нашего плотника есть жена, так она его каждый день колотит! Я своими глазами видел, как она его из нашей таверны вытаскивает за шиворот и бьет метлой прямо на улице. А тебя сильно били твои двенадцать жен?
— Нет, я же был императором. Они радовали меня по вечерам, благодарили за то, что я им дал дом, еду и красивую одежду.
О более взрослых деталях я, конечно, умолчал. Рано еще мальцу такие вещи говорить.
— А-а-а-а-а, — протянул Тео, словно понял что-то очень важное. — Ты им помог, как мама тебе?
— Можно сказать и так.
— Значит, по законам твоего магического мира ты теперь жена для моей мамы и должен радовать ее по вечерам?
— Не совсем.
Я закашлялся и посмотрел на мальчишку. Понял вдруг, что я действительно не отблагодарил Валери за помощь. Но какие здесь действуют законы? В нашем мире если женщина спасла мужчине жизнь, он должен ее ублажить и заплатить золотом.
— Тео, а как здесь благодарят? — спросил задумчиво.
— Говорят «спасибо», но это слишком просто и скучно. Иногда платят деньги. Мне как-то мельник дал одну лиру за то, что я помогал ему катить пустые бочки к телеге.
Я сощурился, понимая, что вместо незнакомых денег могу использовать золото. Этой светловолосой красавице точно понравится такой жест.
— А еще?
— М-м-м… — Тео задумчиво почесал свой маленький подбородок и, выкрикнув восторженное «О!», заявил: — Занку по вечерам к нашей портнихе ходит. Надушится, помоется, наденет новую одежку и уходит, сказав маме: «Пойду порадую свою красавицу. Поблагодарю за новую рубашку. Утром приду».
Я вопросительно вскинул бровь. Так, значит, наши законы не сильно-то и отличаются? Эта мысль меня очень порадовала. Ведь я бы с радостью «благодарил» Валери каждую ночь.
— Хм… — протянул задумчиво и быстро поднялся на ноги. — Тео, мне пора.
— Ты придешь завтра?
— Обязательно, — я улыбнулся своему маленькому другу на прощание.
Звеня в кармане золотыми браслетами, я направился прямиком к заднему двору таверны. Я надеялся, что Занку уже покинул кабинет. Потому, что мне не терпелось хорошенько «отблагодарить» Валери.
 Глава 10. 
Валери 
Почти час мы с Занку спорили по поводу разбитого окна в пекарне. Даже впервые друг на друга кричали. Занку заявлял, что булочнику досталось по заслугам. Ведь он отказался работать с нашей таверной, отдав предпочтение моему конкуренту. А Теобальд — настоящий молодец и наказал этого типа за жадность.
— Да он и за стекло потребовал пятьдесят лир. За обычное стекло! — Занку яро жестикулировал руками и метался по моему кабинету. — Валери, это в два раза выше рыночной цены.
— Оно очень большое! И булочник сразу отказался от нашей помощи в замене. Сказал, что работникам платить надо.
— Это старик Кингсли сказал заломить ему такую цену. Я уверен! — мой друг ткнул в меня пальцем, и я от злости поджала губы.— Пошли его куда подальше, Валери, и дай этому жадному кретину только двадцать пять лир на покупку нового стекла.
— Он обратится в жандармерию, Занку. Это замкнутый круг.
 
— Тогда дай Эйнару двадцать пять лир и отправь его в пекарню. Уверен, конфликт с булочником сразу будет исчерпан. Наш император ещё и тридцать лир назад принесет.
— Занку! — рявкнула я и шлепнула ладонью по столу. — Ты себе что, ручную собачку завел, которую решил натравливать на всех подряд?
— Дракона, — буркнул Занку, немного сбавив обороты. — Гвоздь мне в спину! Валери, да неужели ты не понимаешь, что для всех этих гиен мы – просто добыча, которую им нравится изводить и загонять в ловушку? Они ведь понимают, что таверна — это все, что у нас есть. И если мы потеряем ее — ты и Тео останетесь без средств к существованию, а я снова окажусь на улице.
— Ну и к чему ты клонишь? — я откинулась на спинку стула и посмотрела на него сощурившись.
Занку облокотился о мой стол двумя руками и подался ближе.
— Надо показать им, что теперь у тебя есть настоящая защита. Эйнар отлично подходит на эту роль.
— Нет, — я яро замотала головой.
— Да-а-а, — протянул он тоном заговорщика и широко улыбнулся. — Ты сама мне сегодня поведала, что он этого гнусного жандарма в мишень превратил. А ты вспомни хоть одного человека, кто посмел поступить так с Герхардом Броссаром и наказания не понес? Этот рыжий засранец побоялся. Потому, что увидел в Эйнаре достойного противника.
— Да вы с Тео словно с ума сошли с этим "императором"! — закричала, вскакивая на ноги. — Неужели ты не понимаешь, что мы не можем объявить войну всему городу.
— Я и не говорю - всему городу. Только тем, кто объявил войну нам. Выбирай, Валери, либо ты, как мышка, всю жизнь будешь удирать от котов, либо ты научишь их себя уважать.
— Лучше быть умной мышкой, чем бегать перед разъяренными кошками, чтобы они тебя быстрее сожрали. У меня есть сын, Занку. Не забывай. И Тео нужна мать, а не хозяйка таверны.
Занку вперил в меня недобрый взгляд, и в кабинете повисло молчание. Я с вызовом смотрела ему в глаза, он — мне.
В какой-то миг мне казалось, что мой друг снова готов разразиться гневной тирадой, но…
— Дело твое, — процедил он сквозь зубы и, развернувшись, зашагал к двери. — Только на те двадцать пять лир, что ты переплатишь булочнику, ты могла бы купить что-нибудь для Тео.
Занку с силой захлопнул дверь, а я рухнула на стул. Поверженная, как после настоящего боя. И безумно злая на саму себя…
Подперев руками голову, я не мигая смотрела на мелкие царапины столешницы, гадая, как правильно поступить.
Занку был прав отчасти. С одной стороны, я действительно могла бы потратить эти деньги на Тео. А с другой — таким способом я всегда покупала нам спокойствие.
Мой друг рассуждал как мужчина: объявить войну, наказать, дать отпор. Я же думала как женщина, как мать, которая была не готова поставить на кон жизнь сына и свою какую-никакую стабильность.
Ведь Занку не учел одного. Что произойдет, если мы проиграем? Что будет со мной, если Теобальд пострадает из-за моих амбиций? Нет. К такому риску я была не готова.
Когда через пятнадцать минут в дверь раздался стук, я вынырнула из потока своих мыслей. Была уверена, что это снова Занку.
Пришел потому, что взвесил все «за» и «против» и понял, что был не прав.
— Входи, — произнесла громко. — Надеюсь, ты…
Я резко замолчала, когда увидела, что в кабинет проскользнул Эйнар.
Он закрыл за собой дверь и, сверля меня своими колдовскими глазами, двинулся к столу.
— Что случилось? — спросила отстраненно и горделиво уткнулась носом в первую попавшуюся на глаза бумагу.
Когда на мой стол опустились четыре массивных золотых браслета, я с непониманием уставилась на Эйнара.
— Спасибо, — произнес он негромко.
— Что это?
— Моя благодарность за то, что ты дала мне крышу над головой и еду. И не прогнала. Ведь мне некуда идти.
Я с недоверием посмотрела на браслеты.