Мы снова дома (СИ)

— Никто, просто стало страшно, да и родители отговаривали, бурчали, что теперь, мол, не надо надрываться, чтобы выжить, вот и живи себе.
— Вот никто тебе и не виноват. Сам решил, сам выбрал, теперь пожинай плоды своего выбора.
С этими словами девушки встали, расплатились прикосновением ладоней к подлетевшему к столику мини-дроиду и двинулись к выходу. Уже выходя, Кератиэль бросила через плечо:
  
— А ты мне поначалу понравился. Если вдруг надумаешь пойти учиться в летку, то поступай в нашу, на Мириаде, в городе Белый Камень. Нас там все знают, найдешь. Станешь человеком, а не бездельником, звони, встретимся.
Ошарашенный случившимся Семен еще долго сидел над недопитым стаканом молочного коктейля. Только когда начало темнеть, он покинул кафе и уныло поплелся домой. От прекрасного утреннего настроения не осталось и следа, ему было тошно настолько, что хотелось сдохнуть.
— Что случилось, сынок? — встревожилась убитым видом парня мать, открыв ему дверь.
Отец, как всегда, смотрел в полном доступе какие-то спортивные состязания, чему он посвящал практически все свое время. Семен поморщился при виде активированного вирт-кокона в гостиной и, засев с матерью на кухне, рассказал ей о случившемся, ничего не скрывая — у них всегда были доверительные отношения.
— Так понравились? — грустно спросила Нина Ивановна, когда сын умолк.
— Да, — не стал скрывать он. — Наши девчонки по сравнению с этими двумя рядом не стояли, это что-то с чем-то. Они… они… такие… Во, они настоящие! А не фальшивые накрашенные куклы, как та же соседская Зинка.
— Понимаю, — покивала Нина Ивановна, как-то странно кривя губы. — У меня мама такая была, старой советской закалки женщина, кремень. А я выросла слишком слабой под ее опекой, да и мозги нашему поколению хорошо засрали, — усмехнулась она удивлению сына, поскольку на его памяти никогда не употребляла ругательств, даже самых безобидных. — Да-да, именно засрали, другого слова не подобрать. Западники, либералы и прочие. Обогащайся! Живи в свое удовольствие! Ты никому ничем не обязан! Будь только за себя! Вот мы и стали такими. Бездельниками. Правы эти девочки, мы действительно бездельники, живущие на всем готовом и ничего за это не отдающие. Раньше необходимо было хотя бы работать, чтобы выжить, теперь нет. Вот многие и живут в свое удовольствие, ничего не делая. И тебя мы таким же воспитали. Но ты еще молод, ты еще можешь изменить свою судьбу. Отец, конечно, будет против, я знаю, его все устраивает, только скучает и вместе с такими же, как сам, бухтят по кухням, что их еще и развлекать должны. Не понимают, что никто им ничего не должен! Так что решай сам, что делать.
— Решай… — хмуро повторил Семен. — Страшно, мам… Очень страшно. Но после сегодняшнего разговора с имперскими девчатами я по-прежнему жить не смогу, от тоски и обиды загнусь. Ведь, — он кивнул на вход в гостиную, где стоял аппарат виртуальной реальности, сейчас используемый отцом, — это и в самом деле суррогат, фальшивка. Не настоящая жизнь. Так может все же рискнуть и попробовать настоящей?
— Попробуй, сынок, — улыбнулась мать. — Вернуться домой ты всегда сможешь. Мир ведь такой большой! Когда и посмотреть-то, как не в молодости?
— Мне надо подумать, — закусил губу парень.
Думал Семен до самого утра, заснуть он так и не смог, вертелся все время. А в шесть утра дрожащими руками взял коммуникатор и вызвал имперскую службу занятости. На голографическом экране перед ним появилась улыбчивая черноволосая девушка и вежливо поздоровалась.
— Доброе утро, — кивнул Семен, набираясь храбрости. — Я хотел бы поступить в летную школу. Если возможно, то в ту, что на Мириаде, в городе Белый Камень. Хотелось бы учиться летать на эфках, которые Ф-342НМ. И им подобных.
— Сейчас уточню, — судя по расфокусировавшемуся взгляду, имперка связалась через имплант с кем-то, возможно, с сетью. — Да, это возможно, там как раз набирают новую учебную группу. Вы Семен Владимирович Находкин? Что предпочитаете? Космос или атмофсферу?
— Да, Находкин. Предпочитаю космос, но, а атмосфере летать тоже будет неплохо научиться.
— Хорошо, заношу вас в список абитуриентов. Помочь составить маршрут следования?
— Был бы благодарен, — выдохнул Семен, у которого перед глазами по-прежнему стояли так понравившиеся ему девушки.
— От Красноярска до Снегиревска доберетесь через любой городской телепорт, — мягко улыбнулась ему соцработница. — Сегодня в девятнадцать часов и завтра в восемь утра откроются проходы на Мириаду, в города Горный Тур и Легостаевск соответственно. Оттуда опять же городским телепортом доберетесь до Белого Камня. Там на обычном транспорте, наиболее там распространены гравиплатформы, доедете до северной оконечности города, летное училище № 128 имени Ивана Кожедуба расположено на улице Магнолий, дом 32. Обратитесь в секретариат, я пришлю им ваши данные.
— Благодарю! — воспрянул духом парень. — А что нужно брать с собой?
— Только личные вещи, — снова улыбнулась имперка. — И что сами захотите, всем необходимым училище своих студентов обеспечивает. Срок обучения от года до трех, в зависимости от специализации. Удачи вам! Рада, что еще один человек решил перестать быть бездельником.
С этими словами она отключилась, а Семен тяжело вздохнул. Затем решительно двинулся к виртуалке, надел шлем и включился. Некоторое время ничего не делал, затем решительно вошел в общий чат игрового клуба. Там поздоровался, после чего сообщил, что уходит, скорее всего, навсегда.
«И куда это ты намылился?» — удивленно спросил Игорек, живущий за две улицы от Семена, ему остался еще год до окончания школы.
«Поступаю в летное училище, хочу полетать на эфках и других кораблях в реале, — ответил парень. — Надоело быть никем и ничем».
«Делать тебе нечего! — влез самодовольный Колян из Ленинского района, сам Семен жил в Октябрьском. — Там же гробануться можно!»
«Ну, можно. И что? Зато жизнь настоящая, а не вот это вот дерьмо, как сейчас. Мы разве живем? Мы существуем! Кстати, как раз погляжу пригодится ли то, чему научился в игре, в реале. Мне сказали, что в „Вознесении“ реальные прототипы кораблей, на реальных управление такое же. Вот и проверю».
«А как поступил-то? — хмуро спросила Ирка, худая, нескладная и очень некрасивая девчонка из Дивногорска, как сказал однажды втихомолку Колян, из породы „я столько не выпью“. — Чего для этого надо?»
«Да всего лишь позвонил в службу занятости, сказал в каком училище хотел учиться, они проверили и выяснили, что там как раз набирают новую учебную группу, — не стал скрывать Семен. — Меня в нее и записали».
«А в какое училище ты сунулся? И откуда о нем вообще знаешь?»
«На Мириаде, в городе Белый Камень, сто двадцать восьмое имени Ивана Кожедуба. А откуда узнал? Случайно встретил девчат-пилотов из него, они и рассказали».
«Ага», — невпопад сказала Ирка и вышла из чата.
А Семена принялись расспрашивать, с чего он вдруг решил так изменить свою жизнь. Он и сам не заметил, как рассказал о вчерашней встрече, а прежде всего о том, что думают о земных обывателях имперцы. И как это было обидно, чувствовать себя бесполезным бездельником, на которого смотрят с неприкрытой брезгливостью.
«Доказать захотел, что и ты не лыком шит? — насмешливо хохотнул Колян, вот только тон у него был какой-то неуверенный. — Толку-то!»
«А вот и погляжу будет ли толк!» — отрезал Семен.
Надо было собираться, и он, попрощавшись, покинул чат, пообещав, что расскажет, как устроился на новом месте. Времени еще немного было, и первым делом парень принялся искать информацию по Мириаде. Информации нашлось не слишком много. Звездная система HD 10180, Форпост, звезда — Медея. Сто двадцать семь световых лет от Земли. Имеет три пригодных для жизни планеты, а точнее, луны газового гиганта под названием Аид — Надежду, Пелагею и Мириаду. Все три проходят терраформирование, поскольку кое-какие условия на них человеку не слишком подходят, особенно атмосфера, хоть она и кислородная. Поэтому города и поселки на лунах находятся под куполами. Надежда ничем особенным не примечательна, Пелагея напоминает Пандору своей безумно-активной жизнью, а Мириада пустынна и отличается огромными залежами тяжелых металлов, особенно платины. Населены все три пока слабовато, на каждой нет и пяти миллионов человек, но с каждым годом переселенцев становится все больше.