Измена пахнет расставанием (СИ)

— А это все, что мне дарил муж. Как бы тяжко не было по — началу — ничего не продала и не сдала! Вот этот браслет он подарил на свадьбу. Вот эту цепочку и кулон на первую годовщину. Сережки на вторую. Этот браслет на рождения сына.
Она перечисляла, показывая каждое украшение.
— Я всегда ношу их на себе. Каждое колечко, как память, — заметил Маринэ, вздыхая. — Один раз я браслет потеряла. Думала умру. Готова была награду объявить. В шесть раз больше, чем он стоит. А он в машине лежит! Замочек порвался…
Маринэ промолчала, глядя на портрет.
— Красивый он у меня? Да? — спросила Маринэ. — И вот и мой красавец… Я не говорила, что муж так и не узнал, что я беременна?
Она достала телефон и показала молодого человека. И правда, сходство было.
— Бездельник мой, — ласково заметила Маринэ. — Вот такая вот моя история. Скажи мне, ты готова идти дальше не смотря ни на что? Ты можешь в любой момент оказаться на моем месте… А ты у нас девочка тонкочувствующая… Скажи, ты такое переживешь?
Я? Переживу ли я, если вдруг случится что-то похожее?
— Дамир был уверен, что это — конец. И последнее, о чем он думал и переживал, была ты. Поэтому он набрал мой номер, и я слушала разговор. Пришлось бросить все, сорваться и лететь к тебе. Думаешь, у меня в этот день дел не было других? А дальше ты знаешь!
— Это был Алишер? — спросила я.
— Хороший вопрос! Вадима убил его лучший друг. Из одной тарелки ели, вместе бизнес начинали, дружили семьями, последней пачкой макарон делились, когда совсем жрать нечего было! — заметила Маринэ. — Он там, чуть левее лежит.
Она помолчала, а я понимала, что такого и представить себе не могла.
— Дамир, когда узнал, что тебя машина сбила, готов был броситься прямо в больницу. Еле остановила дурака! — заметила Маринэ. — Каждые пять минут ему: «Не звони! Я сама все узнаю!». А он: «Она что? В общей палате? Алечка в общей?». А я ему доказываю, что в общей палате безопасней, чем в отдельной! Ну, думаю, помучается, отпустит его… А ему все хуже и хуже. Аля, Алечка… Че смотришь? Тебе мужские страдания рассказывают. Страдал он, а мучилась я!
  
Глава 81
 
Дамир любит меня. Эта мысль заставила меня остановиться. Да, он скрывал от меня многое. Но он пытался беречь… И …
— Смотри и думай. Готова ли ты однажды вот так вот сидеть и смотреть на его фотографию? — спросила Маринэ. — Готова ли ты к такому развитию событий?
Я смотрела на нее и не понимала, почему она настаивает на ответе. А с другой стороны, что в этом такого? Потерять друга друга можно и без мандатов и бизнеса. Банальная случайность. Кирпич. Авария. И в этот момент мне стало немного проще.
— Я хочу, чтобы здесь и сейчас ты все для себя решила, — произнесла Маринэ. — Сделала свой выбор. Жизнь — такая штука, что может случиться всякое. Была бы ты продажной шкуркой, я бы тебе такие вопросы не задавала бы. Если нет, то я постараюсь все объяснить Дамиру. Я даже дам тебе денег. Потом мяукнешь мне, я тебе денежку переводить буду. Что-то вроде алиментов. Чтобы вы там с голоду не пропали. Много давать не смогу. Большие транзакции привлекут внимание к твоей скромной персоне. Но тысяч сто… Вполне. На скромную жизнь хватит.
Эта мысль показалась возмутительной. Испугаться, бросить, сбежать…
— Встретишь какого-нибудь Диму, Пашу, Сашу. Будете жить потихоньку, — заметила Маринэ. — Как все…
Я молчала и смотрела на Вадима. Сколько лет прошло, а Маринэ хранит все украшения, которые он дарил. Больше десяти лет, а она так и не вышла замуж. И до сих пор носит обручальное кольцо.
— Тебе никогда не хотелось снова выйти замуж? — спросила я осторожно.
— Никогда. Такого как он я никогда не встречу. В какой-то момент я просто приняла решение жить за двоих, — произнесла Маринэ, а я смотрю на нее и вижу такую же перепуганную девушку, как я. Только за спиной у нее младший брат, а в животе маленький сын.
Внезапно я услышала шаги и обернулась.
— Ну вот, все испортил! — заметила Маринэ. Я увидела Дамира, который стоял позади меня. — И какого ты приперся? Тут у нас серьезный разговор! Девочка у нас решает, готова ли она однажды вот так вот сидеть на скамеечке и смотреть на твое фото!
 
— Сравнила! — заметил Дамир. Теперь, когда они стояли рядом, я видела некоторое, едва заметное сходство. — Это когда было! Сейчас все поспокойней!
— Сказал тот, чью невесту чуть не намотали на колеса! — резко произнесла Маринэ.
— Я с этим разберусь! — произнес Дамир, не зная, можно меня обнять или нет.
— Ты предвыборную речь выучил? У тебя завтра дебаты! Учти, Алишер, в отличие от тебя вопросы выучил, — заметила Маринэ. — Прямо как в школе!
— Тебя можно обнять? — спросил Дамир, а я смотрела на него и понимала. Пока он меня не обнял и не прижал к себе, я еще могу сделать выбор. Я еще могу развернуться и уехать на вокзал.
  
Глава 82
 
— Я еще могу! Я еще все могу! — билось сердце.
Но хочу ли я этого?
Хочу ли я выбросить из жизни приближающегося ко мне мужчину? Хочу ли я начать новую жизнь без него? Хочу ли я просыпаться утром с пустотой на соседней подушке?
Руки Дамира замерли так, словно вот — вот коснуться меня. Словно я какая-то хрупкая вещь!
А стоит ли?
Стоит ли выбросить его из жизни? Стоит ли выбрать другого? Пусть к нему не лежит сердце? Пусть я каждый раз мысленно сравниваю его с Дамиром?
И под конец долгой жизни превратиться в свою мать. Вечно обиженную, ненавидящую счастливых, презирающую своего кроткого мужа.
Мне показалось, что в жизни матери когда-то был выбор. И она всю жизнь жалеет о том, что его сделала. И я лишь часть ее сожаления. И отец тоже. И квартира, и старенький телефон, и дешевый крем от морщин на полке в ванной, который она с ненавистью втирает в свое рано постаревшее от собственного яда сожалений лицо.
— Дамир, — прошептала я, глядя ему в глаза с надеждой. — Я — простая девочка… Из… считай, рабочей семьи… Я не умею быть расчетливой стервой… Наверное. Я просто не пробовала… Я не умею вести бизнес. Я в этом просто ни черта не смыслю!
— А ты думаешь, что у нас папа бандит, а мама экономист? — усмехнулась Маринэ. — Они у нас вообще врачи! Так что это не оправдание. Если это — единственное, что тебя смущает, то я тебя расстрою. Все приходит с опытом.
Я смотрела на брата и сестру. А где-то, наверное, уходит мой поезд. И увозит в никуда совсем другую девушку. Зареванную, прильнувшую к окну.
Но я решила остаться. Призрак хронически- несчастной матери висел надо мной.
Если в детстве я испытывала огромную вину за то, что испортила маме жизнь. И всегда думала, как это исправить, то сейчас я понимала. Она сама во всем виновата. Это она так решила. И вины отца, а уж тем более моей вины в этом нет.
Я сделала шаг и скользнула в руки Дамира. Никогда я не чувствовала, чтобы сердце так сладко билось. Он ведь не обманывал. Он просто не мог сказать правду, не зная, что от меня ожидать… А вдруг я и правда, чтобы насолить ему растрепала бы по всему городу все, что я о нем знаю, а потом сидела бы, читала газеты и упивалась своей местью? Или продала бы все это подороже, как это делают многие девушки?
— Она запрещала мне видеть тебя, — послышался тихий шепот Дамира, а он провел рукой по моим волосам.
— А один идиот все равно орал, что жить без тебя не может. И даже прорвался в больницу! — недовольным голосом произнесла Маринэ.
Украдкой, я видела, как она подошла к памятнику. Лицо ее изменилось. Сейчас оно у нее напоминало лицо юной девушки. Наивной, большеглазой и…
Прижав два пальца к своим накрашенным губам, она осторожно приложила их к фотографии Вадима.
Этот жест тронул меня настолько, что на глазах выступили слезы.
— Ты чего, Аль? — тряхнул меня Дамир, видя, как я шмыгаю носом. — Алечка…
— Так! Завтра дебаты! — заметила Марина. — Завтра все решается. Завтра узнаем, что нарыл на тебя Алишер.