Измена пахнет расставанием (СИ)

— Да нет, правда…. Все в порядке, — попыталась улыбнуться я.
— Говоры! Или никуда нэ поеду! — строго произнес Алехан. — Рассказывай!
И я рассказала. Где-то в середине рассказа, я сорвалась в слезы. Внутри меня что-то ревело белугой, когда я представляла, как хищный металлический инструмент будет старательно вырывать из меня маленький смысл жизни.
— Так, я сэгодня поговорю с Наташэй! Она всэ таки жэнщина умная! Или как у вас правыльно? Мудрый? Да? Вот… А ты пока нэ плач! — строго сказал Алехан. И только после этого машина завелась.
Мы ехали по городским улицам, ожившим после долгой зимней спячки. Сердце билось навстречу весне. Ему хотелось разбиваться о мечты и планы. Но я чувствовала себя опустошенной.
Офис встретил охраной и звоном лифта. Я поднималась, глядя на свое отражение. Нет, это не — я. Еще недавно из зеркала на меня смотрела милая и смешливая девушка, которая ужасно любила яркие помады и стрелки. А сейчас оттуда на меня смотрит молодая не накрашенная женщина с бледными губами и уставшими глазами. И вроде бы ничего не выросло, и ничего не отпало. Но лицо изменилось.
Пока я думала над тем, что вижу, двери открылись, а я направилась по коридору. Так, скоро снимать гипс! Скоро я распрощаюсь с костылями!
— Я вчера был обеспокоен, когда водитель вернулся один и сообщил, что ты уехала самостоятельно, — недовольным произнес Алишер, когда я присела на место и включила компьютер. Он вышел из кабинета, а мне показалось, что он ждал меня.
В руках Алишера была бумага, которую он положил на край моего стола. Только сейчас я заметила на столе вазу с цветами. Огромный букет белых роз, вызвал у меня оторопь. Он казался таким нереальным, словно крокодил в ванной.
— Зайдет Люда, отдашь ей, — произнес директор словно невзначай. Он вышел в коридор, а я только сейчас опомнилась, глядя на дорогие и красивые цветы.
  
Глава 53
 
Пожав плечами, почувствовав легкий укольчик ревности, я присела за стол.
— Соберись! — прошептала я себе. Два врача, которые уверяют меня, что с ребенком не все в порядке, это повод задуматься.
А вдруг я потом не смогу иметь детей? Встречу своего человека, а потом буду сидеть в кабинете доктора и выслушивать о том, что нельзя было избавляться от первого ребенка. Муж будет гладить меня по руке, кивать доктору, а потом…. Потом соберет вещи и скажет что-то вроде: «Аля, я хотел полноценную семью! И уйдет к какой-нибудь Марине!».
Ой, а вдруг Марина не может иметь детей. А Дамир просто хотел ребенка? Он не раз говорил мне о том, что хочет малыша. Мы сидели и вместе выбирали ему имя, смеялись над забавными именами, меряли отчество Дамирович…
Мне начинало казаться, что это произошло когда-то давно и даже не со мной, а с кем-то другим.
Несколько звонков напомнили мне о том, что я на работе, а беглый взгляд в календарь удивил меня мыслью, что скоро зарплата!
В приемную вошла Людмила. Я немного знала ее. Она была достаточно моложавой, подтянутой женщиной с внешностью какой-то усредненной. В ней не было ни яркой изюминки, ни чего-то цепляющего. Идеальный блонд, ухоженное лицо с отпечатком работы дорогого косметолога, нюдовый костюм. Казалось, она улыбается одновременно и с плаката, смотрит с обложки какого-то журнала и пьет утренний кофе в чужой соцсети на каком-нибудь зарубежном курорте.
— Просили передать, — произнесла я, вручая цветы.
Людмила изумленно вскинула идеально нарисованную бровь, осторожно взяла цветы и вазу. Я взяла трубку телефона, «аллекая» в нее готовясь записывать вопрос и номер телефона.
— Нет, его сейчас нет, — вежливо сообщила я звонившему. Мой взгляд провожал Людмилу, которая бочком выносила цветы. На столе сразу же стало просторно.
Алишер явился спустя три часа. Дорогой костюм притягивал взгляд так же, как и фирменные часы, стоимостью в несколько квартир.
Первое, что я увидела, так это поднятую бровь генерального. Он смотрел на место, где еще утром стояла ваза.
— А где цветы? — спросил он, на всякий случай заглядывая украдкой за мой стол.
 
— Я передала их Людмиле, как вы и сказали, — отчиталась я, доставая список звонивших и список встреч на завтра. Теперь я выписывала все в ноутбук, а потом распечатывала. В этот момент я напоминала себе зауча, который составляет расписание школьникам на неделю.
— Что? — изумился Алишер, глядя на меня.
— Я что-то не то сделала? — удивилась я, вспоминая наш разговор.
— Передать вот эту вот бумагу Людмиле. А цветы — тебе, — рассмеялся Алишер. Он смеялся так, что мне тоже невольно хотелось улыбнуться, забыв о своих бедах.
— А мне зачем цветы? — спросила я, глядя на директора.
— Ну как зачем? — спросил он. — Мне казалось, что тебе будет приятно. Так, сейчас Людмила заберет бумаги. А я закажу цветы отдельно тебе…
— Не надо, — буркнула я, поднимая на него глаза.
— Что стряслось? — ледяным голосом спросил Алишер. Он оперся рукой на мой стол. — Ну рассказывай. У тебя вид такой, словно тебя мучили два дня подряд. Или ты рассказываешь, или я звоню и узнаю.
— Звоните, узнавайте, — произнесла я, а голос предательски подпрыгнул.
— Одну минутку, — внезапно произнес Алишер, глядя на мои бумаги, а сам тем временем отвечая на вызов. Я не слышала, что ему там говорили. Он резко вошел в кабинет, прикрывая дверь.
— Ты еще не понял? — четко произнес Алишер в глубине кабинета. — Знаешь, это как в жизни. Кто-то потерял, а кто-то нашел.
Несколько секунд тишины, а я уже привыкла к таким невнятным разговорам.
— Ты мне угрожаешь? — внезапный голос Алишера заставил прислушаться. — Мне вот интересно, что ты собрался делать? Я тебе уже говорил. Кто- то потерял, а кто-то нашел. Ну, допустим… Но это недоказуемо! Впрочем, до свидания. У меня работа. В отличие от некоторых!
Я боялась принимать решение. Маленькая жизнь внутри меня радовала и пугала, смущала и волновала.
Я только-только обрела смысл жизни, как где-то застыли стальные инструменты. А будет ли ему больно? Он будет знать, что мама так с ним поступила… О, мне кажется, я никогда себя не прощу, а это будет сниться мне в кошмарах!
— Рассказывай, — голос Алишера был мягок, а я вошла в его кабинет. Теперь я не обращала внимания на костыли. Мне казалось, что я с ними родилась и с ними умру. Что я ни дня не жила без них, — настолько я уже к ним привыкла. И мысль о том, что скоро гипс снимут, меня начинала пугать.
Я сидела на диване, как вдруг почувствовала свои руки в чужих руках.
— Или ты говоришь мне все как есть. Или я звоню напрямую врачу, — произнес Алишер.
Я была возмущена тем, что все так бесцеремонно врываются в мою жизнь. Но при этом я осознавала, что боюсь делать выбор и принимать такие решения!
  
Глава 54
 
Я была возмущена тем, что все так бесцеремонно врываются в мою жизнь. Но при этом я осознавала, что боюсь делать выбор и принимать такие решения!
Мне было бы проще повесить все это на кого угодно. Страх допустить ошибку, вызывал у меня крик души. Внезапно меня пронзила мысль о том, что нужно будет позвонить Дамиру. И сказать все, как есть. Он должен знать…
Мама! Я запуталась! Мысли скачут наперебой. А я хочу прижаться к плечу, и снова побыть маленькой счастливой девочкой, которой была еще месяц назад. Маленькой счастливой девочкой, которая собирала красивые картинки с чужих свадеб, вела дневник, что нужно учесть, устаивала уют, готовила вкусные блюда, вкладывая в них всю любовь, и мечтала о большом- большом счастье.
— Я звоню врачу, — вывел меня из состояния задумчивости голос Алишера.
— Еще раз спрашиваю, вам какое дело? — спросила я, лишь бы протянуть время.
— Понимаешь, бизнес основан на психологии. И я немного в ней шарю. Моя задача сделать так, чтобы клиент вышел без ложных надежд, но при этом не опускал руки. И вот сейчас я вижу полную задницу в твоих глазах. Ты себя со стороны видела? Надо же, цветы отдала, а бумагу забыла!