Измена пахнет расставанием (СИ)

— Уже вернулась? — послышался голос мамы. Она стояла возле плиты. На столе лежали учебники и телефон. — Картошку жаренную будешь? Отец заказывал?
Я вдохнула запах жареной картошки, а потом сдалась и согласилась.
— Решилась все-таки? — спросила я, присаживаясь за стол и ставя костыли. И глазами кивнула на учебники.
— Да так, что-то подзабыла. Решила посмотреть, — отмахнулась мама. Пока я смотрела на цветные магнитики на холодильнике.
Вечер прошел неплохо. Вооружившись пищевой пленкой, я помылась в душе, а потом выползла к костылям.
— Тефтели будешь? — спросила мать, а я увидела учебник на холодильнике. Но спрашивать ничего не стала.
Я колебалась, но потом не смогла устоять. Соблазнительный запах витал по куне, и я сдалась. Через пару минут я почувствовала приступ тошноты. Нервы! Это все проклятые нервы!
— Что? Горячо? — спросила мать, пока я спешила в ванную.
— Все хорошо, — согласилась я, выдыхая и держась за ободок ванной.
Примерно ближе к полночи, я проснулась. Мне казалось, что в квартиру ломятся. Но это грохот на деле оказался моим перепуганным сердцем. Я успокоилась, прислушиваясь к тиканью часов и далеким гулам авто.
Немного успокоившись, я попыталась уснуть еще раз. Несколько раз я просыпалась, пока наконец-то не увидела, что до будильника остались считанные минуты. И уже пора вставать.
День прошел, тихо. Казалось, вся лавина звонков, которая вчера уносила меня вместе со столом, наконец-то стихла. И я даже осмелилась надеть один наушник, чтобы послушать музыку.
Директор так и не явился. Было несколько посетителей, которые решили сработать внезапно и напасть на ручку его кабинета. Чтобы разочарованно вздохнуть и выйти.
Вечер приближался, а я терпеливо ждала конца рабочего дня.
И я снова увидела, как машина Дамира подъезжает к двери и становится так, чтобы было видно каждого входящего и выходящего.
Я быстро покидала вещи в сумку и направилась к пожарному выходу.
— Мнэ сэгодня жэну забрать нада! — предупредил Алехан, пока я загружалась в машину возле промзоны. — Просыла забрать! С маныкура! Я сам ее туда отправыл!
Я с удивлением посмотрела на Алехана. Редко можно услышать, как мужчина лично настаивает на маникюре и прочих ухищрениях.
— Я ей сказал, что она хоть и так красывая, — заметил Алехан. — Но ногты тожэ должны быть красывые! Цветные! Я ей такой: «Это я что тэбя уговаривать буду?! Садысь! Поехали!». А сейчас ей так понравилось, что каждую нэдэлю себе маникюр меняет!
Это было так мило, что я даже расстерялась.
— Конечно, — опомнилась я. И тут же вспомнила про компот, забытый в прихожей.
— Я поэхал! — произнес Алехан, когда я вытащила костыли. — Завтра на то же время?
— Да-да! — закивала я, направляясь к домофону и слыша, как отъезжает старенькая нексия. Пока я возилась с комбинацией, случайно уронила сумку. Из расстегнутого кармана в щель между ступеньками упали ключи.
— Черт — черт! — выругалась я, чуть не уронив костыли.
И тут почувствовала, как меня дернули назад.
— Дамир! — выдохнула я, глядя на него. Даже не смотря на полумраке горящих окно, я его узнала. Сердце в ужасе забилось, а я попыталась выкрутиться, уронив костыль. Мне показалось, что мир перевернулся с ног на голову.
— Тише. Нам нужно поговорить! — произнес Дамир, пока я вырывалась. — Думаешь, я просто так тебе звонил?
— Нам не о чем разговаривать! — прошипела я, пытаясь успокоиться. Опомниться я не успела, как меня втащили в машину.
— Пусти! — кричала я, пытаясь вырваться, но меня оттаскивали. Вместо «Пусти» получалось глухое «фуфиии».
Я попыталась открыть дверь и выйти из машины, но под ногой был лед. Дамир втолкнул меня в машину, заблокировав дверь. Я попыталась закричать, но добавил музыку. Машина тронулась.
— Ты не брала трубку, тем самым вынудив меня так поступить! — послышался голос Дамира. Он умолк, выжимая педаль.
Я сидела там же, где сидела всегда, когда мы куда — то ехали. Даже запах машины остался прежним. Словно и не было тех мучительных недель расставания. Но я знала, что это обман.
 
— Зачем ты снова вернулся в мою жизнь? — спросила я, набравшись смелости. Я снова смотрела на красивые руки, которые ведут машину по дороге. Раньше я больше всего любила смотреть на то, как он водит машину. Плавно, уверенно, но если нужно добавив скорости. Мне всегда нравились широко его расставленные ноги, будь то в джинсах, будь то в деловом костюме.
Автомобиль набирал скорость, рассекая снегопад. В стекающих по стеклу каплях плавились и расплывались красные стопы машин, вывески, светофоры.
Дамир молчал, а я прильнула к стеклу, чувствуя, что такого поворота событий я не ждала!
Искоса я посмотрела на Дамира, который бросил на меня мимолетный взгляд.
  
Глава 32
 
— Я из нее никогда не уходил, — заметил он. И тут же замолчал.
— Значит, вот как это теперь называется? — спросила я, глядя на него и сгребая сумку. Я пыталась нащупать телефон, не решаясь, кому позвонить… Но потом отложила его в сумку.
— А как же Марина? — с болью накопившейся в душе обиды спросила я. Мне казалось, я снова вижу напомаженную блондинку и чувствую ее удушающий запах духов. А ведь он наверняка возил ее на этом сидении!
Дамир снова бросил на меня взгляд, но промолчал.
— Между нами все кончено! Немедленно выпусти меня! — потребовала я, пытаясь дышать ровно. Волнение выдавали дрожащие пальцы.
Машина со свистом затормозила и остановилась, словно вкопанная. Я видела вокруг деревья, покрытые наледью. Огни фонарей уютно светили сквозь ветки заснеженных деревьев. Темные аллеи уходили вдаль, путаясь среди замерзших скамеек с шапками сугробов.
Я попыталась взять себя в руки и не поддаваться на кажущуюся «прежность» происходящего. Наверное, мама долго доказывала мне, что нет такого слова. А я бы пожимала плечами, уверяя, что его стоило придумать.
Я вспоминала, как мы приезжали сюда. Я помню, как везла два теплых картонных стакана с кофе. Я помнила его карамельно-соленый вкус и точно такой же вкус поцелуя.
Дамир сидел, положив руки на руль. Приборная панель горела разноцветными огнями. Беззвучно играл проигрыватель.
— Зачем ты меня сюда привез? — спросила я, отстранившись. Мой взгляд упал на дверь, которая была заблокирована.
— Кофе будеim? — спросил Дамир, делая тяжелый вздох.
— Нет, спасибо, — ответила я, но мне в руки дали стакан с кофе. Я горько усмехнулась и сглотнула.
— Ты привез меня сюда, чтобы напоить кофе? — спросила я, не притронувшись к нему.
Дамир вздохнул, но ничего не ответил.
— Я хочу тебя предупредить, — четко произнес Дамир, а я снова смотрела в его глаза. Ореховые, красивые глаза, волевой подбородок, хищный изгиб бровей, — все что я когда-то любила и боготворила, теперь было просто набор черт.
— О чем же? — спросила я, глядя на кофе. О, нет, я его не буду пить.
— О том, чтобы ты была осторожной с Алишером… — начал Дамир, сверкнув глазами. В этот момент он сжал руль так, что чуть не выломал.
— А еще лучше — увольняйся! — добавил Дамир, нахмурив брови.
— Ха! Тебя забыла спросить! Тебя и Марину! — усмехнулась я, чувствуя, как дрожит мой голос не то от возмущения, не то от нахлынувших удушающих воспоминаний о прежнем счастье.
— При чем здесь Марина? — резко спросил Дамир, глядя на меня. — Марина…
Он словно хотел что-то сказать, но осекся. И бросил на меня умоляющий взгляд. Значит, Марина все еще есть на горизонте его жизни. И они не расстались! Тогда к чему разговор?!
— Если нужны деньги, то давай я дам тебе, сколько нужно! — произнес Дамир, а я посмотрела на него с удивлением.
— Хотел бы — дал сразу, — отрезала я, чувствуя, как воспоминания, словно хомут обвиваются вокруг моей шеи. Любовь похожа на сигареты. Начать просто, а бросить невероятно сложно.
— Ты сама вызвала таксиста, — бросил Дамир, снова ведя руками по рулю. — Я сказал, что за тобой заедет машина. Там были деньги тебе на первое время.