Этикет для Сусликов (СИ)

— Отойдёмте-ка в сторонку на пару минут. Мне нужно кое-что вам рассказать и посоветоваться, как лучше поступить.
Почуяв, что дело сильно нечисто, богиня цветов задавила приступ раздражения и, велев остальным дождаться её возвращения, пошла вслед за цветочной феей. Рыжая девчонка необузданных ирландских кровей подвела нежданную гостью к Талее, Мегере и Гекате. Дамы о чём-то шушукались с несколько напряжёнными выражениями на лицах.
  
Богиня колдовства чуть насмешливо посмотрела на приближающуюся парочку девиц. Им обеим ещё только предстояло набраться ума-разума в горнилах интриг небожителей и тех, кто был в курсе реального положения дел. О нём большая часть смертного мира так и пребывает в счастливом неведении. Слишком уж сильно диссонировали дамочки друг с другом. Потом Госпожа Перекрёстков тяжело вздохнула и проворчала:
— У тебя и причёска, и наряд в полном порядке, а вот что-то ума в светлой голове всё никак прибавляться не желает! Сколько тебе раз говорить, чтобы не обещала ничего, пока не узнаешь до мелочей, что потребуют за забаву? Эребус даже злую джинни умудрился так в рамки загнать, что она ему всё на пользу делает! Хотя и не задаром! Надо бы проучить этого обормота, а то Нокс уже не знает, как и быть. Да и Иветта этого ухаря и знать не хочет! У неё другая сердечная привязанность есть. Не чета этому недощипанному павлину! Кстати, а ты в курсе, что Лира, даже если очень захочет, ничего не сделает со своими волосами? Она на четверть Горгона, на половину фея и на четверть эльфийка. Твоё счастье, что локоны теперь не змеиные, как у её бабки! Иначе каменных статуй среди нас прибавилось бы непомерно! Да и сестрицу её Камнею мы избавили от родового проклятия рода Горгона с превеликим трудом.
— Геката, и что мне теперь делать, раз я увязла во всей этой истории? — богиня цветов только сейчас начала понимать, в какой скверный переплёт ввязалась по собственной глупости.
— Вы обе должны повзрослеть и поумнеть, а, значит, сами придумать, как обвести вокруг пальца Эребуса и утереть нос Алле-ад-Дине. Хотя она, на самом деле, будет вынуждена исполнить любой приказ, исходящий от меня, как свой собственный каприз. Прежде, чем начать что-то делать, не мешает сначала всесторонне ознакомиться с вопросом. Если он тебе неведом! — лукаво сверкая агатовыми глазами, Геката исключительно в воспитательных целях потрясла перед носом у более молодой и глупой небожительницы увесистым арабским талмудом, подробно освещающим все нюансы восточной нечисти расы джинн.
Флора очень не любила, когда её настолько изящно тыкали носиком в собственную же глупость. Поэтому обиженно надула губки и пожаловалась:
— Откуда мне было знать, что эта синекожая поганка работает в связке с Мраком⁈ Только ума не приложу, как теперь выбираться из всей этой истории.
Талея, которая прекрасно понимала, что девчонкам просто пока что опыта не хватает, чтобы не попадать в неприятные коллизии, лениво проронила:
— Учитесь помогать друг другу, как мы с фуриями, Иветтой и Гекатой. Кстати, спросите совета у нашей ведьмы. Не посчитайте за унижение. Она уже не один раз вводила в ступор даже Мегеру нетривиальным подходом к решению даже самым простых проблем.
Ветка выслушала девушек очень внимательно и надолго задумалась. Она прекрасно понимала простую истину. Флора попала в историю исключительно потому, что одна вредная Ветка так и не уступила притязаниям Эребуса.
Лира, отдав футляр с кремовой розой ирландской интриганке и застенчиво хлопнув рыжими ресницами, робко спросила:
— Если он сталкивался с горгонами хоть раз в жизни, то, уверена, что ему будет интересно, как я стала такой, какая есть. Вот и попрошу, чтобы оставшиеся два желания Флоры он отдал мне в качестве платы за диковинный рассказ.
— Сильно сомневаюсь, что ему будет так уж интересно, — Мегера насмешливо посмотрела на слишком наивную, на её взгляд, девчонку, но та только ухмыльнулась в ответ и стала осторожно подкрадываться к богу мрака так, чтобы он тот не смог этого почуять.
Что-то неразборчиво пробормотав себе под нос, Лира велела прядям волос уткнуться в шею незваного гостя и издать рассерженное шипение. Такое издаёт пригревшийся на солнце гремучник, если неосторожно наступить ему на хвост.
Эребусу показалась смутно знакомой даже сама тональность змеиного говора, но всё это было так давно. Ещё в благословенные Античные времена. Как он не напрягал память, никак так и не смог вспомнить, где и когда уже слышал нечто подобное.
Обернувшись, бог мрака увидел довольно невзрачную девчонку, которая старательно прятала глаза и молчала. Рассмотрев волосы незнакомки, с ужасом выдохнул. Это были змеи, с клыков которых капал желтовато-зелёный яд.
— О Юпитер, я думал, что горгоны давно вымерли! — брюнет, конечно, был бессмертен, но превратиться в каменную статую или тысячелетиями страдать от последствий укусов чешуйчатых гадов ему как-то совсем не улыбалось. — Убери от меня своих тварей! Немедленно!
— И не подумаю! — цветочная феечка старательно играла взятую на себя роль злобного монстра.
Без потерь с этим родом могла столкнуться лишь Геката, другая горгона. Ну, или особо ушлый смертный, знающий как уцелеть под губительным взором чудовища.
— Даром ты ничего не получишь, Эребус! Просто потому, что терроризируешь моих подруг!
— И что ты хочешь?
— Два желания Флоры, которые добыла для тебя Алла-ад-Дина. Сундук изумрудов чистой воды и клятва, что ты больше никогда не посмеешь припереться сюда. Сам ведь прекрасно знаешь, что ведьма Иветта тебе совсем не рада!
— Ещё чего! Последние требования я выполнять не собираюсь! — взвыл рассерженный наглостью незнакомки бог мрака, судорожно потирая брелок в виде лампы.
К его сожалению, на этот раз, джинни не соизволила появиться. Откуда ему было знать, что сундук изумрудов феечка затребовала именно она за то, чтобы эта восточная красавица не вмешивалась в весёлый розыгрыш трёх ушлых девиц.
— Дело твоё, — в голосе феечки царила такая стужа, что проняло даже видавшего виды ловеласа. — Пожалуй, я посмотрю на тебя и украшу мастерскую ведьмы мраморной статуей её главного недруга… — прядь волос, украшенная медной с прозеленью чешуёй, снова уткнулась в шею мужа Нокс, стремительно покрывающуюся бисеринками пота.
— Иветта, тебе как этого обормота упаковать? Может, мраморной статуей, а Талея подгонит большую стаю ворон? Уж коли ты у нас ведьма, то и антураж должен быть соответствующий. Они бы исправно гадили ему прямо на глупую башку. Или просто покусать и вон выставить без антидота. Чтобы нахал прочувствовал все прелести интоксикации змеиным ядом, который куда опаснее, чем даже у морских гадов? — в деловитом тоне Лиры было столько равнодушного холода, что Мрак сразу понял: шутки кончились. — Впрочем, я готова пойти на уступки Нокс и отдать этого засранца без воспитательного воздействия. Если он выполнит все мои требования! — по взмаху полупрозрачной ручки, прикидывающаяся злобной рептилией, прядь волос снова пощекотала страдальца где-то в районе уха.
  
Глава 31
 
Богиня цветов и вовсе решила не терять времени зря и умчалась, прихватив с собой свиту. Она совсем не хотела получить заслуженный нагоняй за безответственность от Юноны. Она бросила Эребуса на произвол судьбы, но пообещала на прощание:
— Не вернёшь мне два оставшихся желания, которые выманила Алла-ад-Дина, воспользовавшись тем, что мне скучно, вернусь, а это будет скоро. Тогда и сделаю из тебя живую подставку для колючих плетистых роз. Не сомневаюсь, Лирочка мне с удовольствием поможет! Иветта их обожает, так что хоть какая-то будет польза от твоего пребывания тут. Воздухом свежим подышишь, птичек послушаешь! — она сделала весьма недвусмысленное ударение на пичужках. — Подумаешь заодно, а допустимо ли твоё поведение в принципе! Пары сотен лет, уверена, вполне хватит, чтобы дурь из твоей головы вышла, и чуточку ума прибавилось! Жены твоей тут нет, вступиться некому. Так что, выбирай: либо выполнишь, что Лира просит, либо испытаешь всю меру нашего гнева. Кстати, у Талеи к тебе тоже кое-какие претензии накопились. Возможно, она придумает, как сделать наказание более вменяемым! — и, незаметно подмигнув цветочной феечке, богиня весёлой молодости гордо удалилась.