Развод. Высекая из сердца (СИ)

Это конец всему. Нас больше нет. Я не надеялась на большее, не собиралась его прощать, но он отец нашей дочери, и мне горько осознавать, что ее отец самый настоящий подлец.
Ничто не бывает больнее, чем разочарование. Для многих предательство — самая страшная боль, но меня в жизни часто предавали. У меня иммунитет на эту дрянь.
А вот разочаровываться в людях еще та мука, особенно, когда ты с этим человеком шел рука об руку двадцать лет.
  
С ним был первый поцелуй, первая прогулка, первый интим, первое “люблю”. Получается, что вот так просто можно перечеркнуть все это одним действием.
Марат переводит взгляд с моих глаз на руку, тут же меняясь в лице. Достает из нагрудного кармана сложенный белый платок, встает напротив меня и прикладывает его к израненной руке.
Жаль нет такого платка, чтобы приложить к моему сердцу.
Хочу выдернуть, потому что его касания пробивают током, но привлекать внимание нельзя.
Важный день.
Мы стоим непростительно близко друг к другу, я чувствую его дыхание и тот самый парфюм, которым он пользуется и который я так люблю.
— И тебе опять нечего сказать, Дарина? — он первый нарушает тишину, но не выпускает меня из плена своих глаз.
— Я ненавижу тебя. Этого достаточно?
Он качает головой, усмехаясь. Запрокидывая голову назад, стонет едва слышно.
— Непробиваемая, да? — цокает: — Хочешь сказать, что ничего сейчас не чувствуешь?
Чувствую.
Ощущение как перелом костей во всех местах сразу, если бы была кнопка телепорта, я бы всенепременно ей воспользовалась. Но увы, мы живем не в сказках.
Но он забыл, что помимо гордости во мне есть непоколебимая упертость, благодаря которой я и добилась многого в своей жизни. И эта упертость не даст мне сдвинуться со своего места. Он хочет моих эмоций, но увы, он их не получит.
— Чувствую, как низко ты пал. Смотри, — киваю на пол, он тут же опускает взгляд вниз: — Что это, Марат?
Он рыщет взглядом по полу в поисках чего-то. Недоуменно вскидывает на меня взгляд, хмуря черные брови.
— Это твое мужское достоинство, — выплевываю прямо в лицо, и я вижу, как его накрывает бешенство.
Решится ли он устроить перфоманс прямо здесь? Вряд ли. Тут не только важные для меня люди, но и его партнеры, спонсоры.
Ему это совсем не на руку.
— Ты переходишь границы, Дари. — его утробный рык сотрясает воздух.
— Я учусь у тебя, родной.— ехидство ядом выплескивается из меня, обрызгивая все вокруг.
— Исаковы, — знакомый голос Берестова Леонида раздается за моей спиной, натягиваю на лицо максимально фальшивую улыбку, аккуратно высвобождаю руку из захвата Марата, разворачиваясь в полоборота к мужчине: — Дарина, вы, как всегда великолепны, — он почтенно склоняет голову, тут же протягивая руку Марату: — Приветствую.
— Дарина, мы ждем ваш показ, — его милая жена тут же вступает со мной в светский смол-толк.
Мы перекидываемся парой фраз о сплетнях светской тусовки, которые мне совершенно до фени. Но если хочешь вариться в этих кругах, то нужно играть по их правилам.
Я никогда не участвую активно в диалогах на подобные темы, обычно просто вежливо улыбаюсь и киваю, проявляя ложный интерес. Этот блеф считывают за правду и он прекрасно работает.
Мужчины также бурно обсуждают свои дела по бизнесу, пока я не замечаю, как та… мадам, раскачивая бедрами, двигается в нашу сторону.
Мужчины в зале смотрят ей вслед, я совру, если скажу, что она некрасива или выглядит вульгарно.
Нет, она знает, кто она и где она.
— Ой, Кариночка! — жена Берестова Людмила ловит девушку за руку, тянет ее в наш мини круг.
Я замечаю сверкающий взгляд Марата, он смотрит не на нее, а на меня. В то время как эта девица уже глазами раздела моего мужа и сделала с ним все интимные штучки, на которые она только горазда.
— А вы не знакомы? — Людмила звонко смеется: — Это моя племянница. Дочка сестры. Хотя Марат должен ее знать, они виделись у нас как-то на даче. Помнишь, Дарина, ты не смогла тогда приехать, у вас дочка заболела.
— Помню, — как же предательски хрипит мой голос: — Конечно, помню.
Значит, у вас все было прямо там на даче? Или вы только начали свой путь грехопадения там?
— Я прошу прощения, мне нужно в уборную, — я не смотрю ни на кого, сбегая из шумного зала и прячась в туалетной комнате, где все-таки даю волю эмоциям, роняя слезы на изумрудное шикарное платье.
Те самые эмоции, которые так сильно хотел видеть Марат.
Ручку двери тут же настойчиво начинают дергать, я наспех промокаю лицо салфеткой, поправляю макияж.
Открываю, боясь увидеть его. Но нет, по ту сторону моя помощница Кристина.
— Приехал итальянец, Лучано Берто, он готов с вами поговорить о вашей коллекции. — Крис расплывается в счастливой улыбке, а я тут же радостно вскрикиваю.
Я мечтала поработать с Луччи как только открыла свое ателье.
— Бежим! — хватаю ее за руку, быстро направляясь в зал.
Боже! Сам Берто!
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Глава 13 
— Лучано! — подхожу к мужчине, что стоит в окружении то ли своей команды, то ли партнеров.
Он резко разворачивается и я вижу как медленно ползет его взгляд снизу вверх.
— Дарина Исакова. — протягиваю руку, пытаясь усмирить волнение в груди.
Лучано Берто, несмотря на возраст, статный мужчина с гордой осанкой. Совершенно не выглядит заносчивым, а седина, что уже взялась у висков, добавляет ему некого шарма.
— Bellissimo! — шепчет он, тут же аккуратно подхватывает пальцы и поднимает чуть выше руку.
Не понимаю действий, но он разглядывает платье, и я даже позволяю себе немного покружиться.
Оставляет едва ощутимое касание губами на костяшках пальцев.
— Давно хотел познакомиться с Вами. — озвучивает он, переходя на английский.
В этот момент я благодарю высшие силы за то, что в свое время не забросила это дело.
Мы начинаем беседу, где он тут же осыпает комплиментами как мою работу, так и меня. Это заставляет немного смущаться.
Я все таки не готова смешивать работу и симпатию. Даже ее.
В первую очередь, я хочу чтобы во мне видели не только симпатичную блондинку, а женщину, которая способна управлять командой. Которая является лидером и берет новые высоты.
Мужчина подхватывает меня под руку, страстно рассказывая о тканях, о том, каким он видит будущее в индустрии моды.
Это действительно увлекает, и вроде бы не высокая мода, я только двигаюсь к тому, чтобы выйти на этот уровень.
Но если Лучано будет доволен, то это два шага вперед.
Это мой прорыв.
И я не могу упустить шанс.
Увлекаюсь его восторгом и страстью с которой он рисует дизайны прямо в воздухе. А сама понимаю, что несколько платьев из коллекции аккурат должны прийтись ему по вкусу.
Мы обходим помещение, а когда двигаемся к тому столу, где я оставила компанию Берестовых и Исакова, каменею внутри.
Мужчина держит под руку, и тут же рассказывает о своем неудачном опыте работы с российским дизайнером. Это вызывает смех и восхищение человеком, который вытянул проваленный показ. Я пытаюсь дать понять, что со мной такой ситуации не будет. Он в этот момент резко останавливается.
— Вы обязаны провести со мной ланч. Завтра. — безапелляционно заявляет с улыбкой на лице.
Теряюсь немного от напора.
— Деловой? — с убеждением смотрю на него, а он щурит глаза и снова громко усмехается.
— O, unica donna!
— Дарина. — чувствую как сзади меня вырастает фигура человека, с которым у меня пока еще одна фамилия.
Итальянец тут же косит взгляд на Марата.
Я же нервно улыбаюсь, надеюсь, будущему партнеру.
— Что тебе надо?! Я работаю. — цежу сквозь зубы с этой ужасной улыбкой.
  
— Я вижу как ты работаешь. — выдает в ответ: — Исаков Марат. — протягивает руку итальянцу.
Лучано пожимает в ответ с подозрением глядя на этого подлеца.
— Не мешай мне. — делаю шаг ближе у итальянцу: — Развлекайся. — последнее прямо сочится сарказмом.