Колдун одиннадцатого мира (СИ)

— Но мама всегда говорила, что Старк… — Хотела было начать оправдываться Ванко, но ее опять перебили.
— Про сказку, что Хелена Старк выслала вас из страны, чтобы не делить славу за открытие дугового реактора, забудь. Хоть на пару минут включи свой проспиртованный водкой мозг и пойми, что таких людей как твоя мать просто так не отпускают. Им место либо в Рафте, либо в двух метрах под землей. Если бы Антония не смогла связаться со мной, то ты бы родилась не в России, а в больнице при тюрьме. — Каждое слово мужчины обрушивалось на Ирину с силой гидравлического молота. — Хелена и вправду выдала твою мать ЩИТ-у и федералам, но только после того, как не смогла убедить ее самолично сдаться. Открою тебе секрет, крестница, но они были подругами, очень близкими подругами, даже сестрами. — Жирный намек, на то, кем мог быть ее отец, резанул женщину не хуже лезвия. — Или тебя никогда не смущало, что единственную дочь Хелен тоже зовут Антония?
В очередной раз воцарилось молчание. Ванко находилась в полном раздрае, ссутулившись и невидяще смотря в пол, а старик обыденно промачивал горло белым легким вином.
— Ты этого наверняка не помнишь, но первые три года твоей жизни я часто бывал в России. — Впервые с начала разговора в его голосе появились теплые нотки. — Помогал Тоне обустроиться в новой стране, договаривался с КГБ, чтобы ее не трогали, даже нянчился с тобой пару раз, когда подолгу задерживался в Москве. Вот только, когда пришло время выполнять ее часть договора, она наотрез отказалась.
— Договора? — Непонимающе спросила у него суперзлодейка, для которой разговор стал целой кладом из неприятных открытий. — Мама ничего об этом не рассказывала.
— Ничего удивительного. — Хмыкнул старик, сложив сцепленные в замке руки на груди. — Это случилось, когда тебе было 4. Два года прошло, как прогремело первое провальное STARK EXPO, а твоя мать наконец смогла обжиться в негостеприимном Союзе. Именно тогда я попросил ее продолжить исследования, начатые ей еще в Америке. Ты же сама догадалась, что та штука в груди у Старк основана на незавершенной технологии.
— Да, в чертежах матери и записях что-то подобное было. — Согласно кивнула Ирина, немного подобравшись. Не смотря на не самую легкую жизнь, она в первую очередь была ученым и изобретателем, а технология минимизации дугового реактора — одним из лучших ее достижений.
— По их изначальной задумке, дуговой реактор был лишь шагом к чему-то большему. Антония и Хелен задумали начать энергетическую гонку, по своим масштабам превосходящую гонку вооружений. — Завороженно говорил мужчина, чей взгляд был не в настоящем, а в прошлом, лет сорок назад. — Они разрабатывали нечто большее, что-то настолько большое, на фоне чего атомный реактор казался бы пальчиковой батарейкой. И я попросил твою мать продолжить проект.
На этом моменте его голос потерял былую теплоту, вновь став холодным и бесчувственным.
— Три года она в одиночку работала над разработкой, постоянно кормя меня обещаниями. И я ей верил, ведь самой Старк на это потребовалось порядке десяти лет. Все было хорошо, пока в один момент один из моих агентов, приставленных следить за вами, не написал мне, что Антония устроила в своей лаборатории пожар и не попыталась тайно сбежать в Сибирь, прихватив тебя с собой. Может быть ты даже это помнишь.
— Помню. — Кивнула Ванко. — Как будто это было вчера. Она была напугана. До смерти напугана и пыталась побыстрее собрать вещи, чтобы сбежать подальше из Москвы.
— Она говорила тебе причину?
— Нет.
— И мне тоже. — Его вздох был полон старческой усталости. — Я пытался ее разговорить. Узнать причину. Но она твердила мне, что мы суемся на территорию, на которую простым смертным лезть не стоит.
Опять возникла небольшая пауза.
— Буду честен, я был зол. Очень зол. — Продолжил крестный отец. — Сами по себе исследования твоей матери были не из дешевых, а в купе с тем, что они велись в стране, где без связей с жадными партийными грымзами, ничего нельзя было сделать, то обошлись они в целое состояние. Я порвал все связи с Антонией, поклялся что ноги моей в ее доме не будет, но оставил ей достаточно денег, чтобы она ни в чем не нуждалась и смогла вырастить из тебя хорошего человека. Кто ж знал, что она все просадит на водку, а после и тебя на нее подсадит.
  
— И что теперь? Ты вытащил меня из тюрьмы только ради того, чтобы прочитать эту отповедь? — После очередного недолго молчания, спросила у него Ванко, положив локти на стол. — Предлагаешь мне отбросить всю ту ненависть, которую с которой меня взращивали всю жизнь? Забыть о том, что именно из-за доноса Старк моя мать могла закончить жизнь в тюрьме?
— Нет, конечно нет. — По звериному оскалился сидящий перед ней старик, что выглядело невероятно жутко на обтянутом сухой кожей лице. — Право на месть священно. Моей ли семье этого не знать. — На мгновение Ирине показалось, что после этой фразы его глаза блеснули каким-то красным, потусторонним, светом. — Предлагаю тебе сделку — я даю тебе те самые «завершенные» технологии Хелен, ты их реализуешь на практике, передавая обратно мне, а взамен получаешь все нужные ресурсы для работы и возможность прилюдно разделаться со Старк, втоптав в грязь ее саму, так и ее наследие.
— Вот так просто? Без обмана, без подстав? — Удивилась Ванко, привыкшая к совсем другим отношениям в тюрьмах современной России.
— Ну если для тебя «просто», разобраться с технологией, над которой мои лучшие ученые бьются уже 10 лет, то да. — Почему то грустно ухмыльнувшись, ответил ей богатейший человек на планете. — Только я надеюсь на честные отношения. Ты даешь мне технологию, я тебе месть. По рукам?
— По рукам. — Протянув свою избитую тюремными наколками ладонь Ирина с удовольствие пожала сухую и высохшую руку старика, которая оказался гораздо сильнее, чем этого ожидаешь от почти вековой развалины.
После соглашения был проведен небольшой, но необходимый для Ванко поздний ужин, на котором она убедилась, что ее крестный и вправду знал о ней слишком многое. Ведь как объяснить что на первое были ее любимые кислые щи с крапивой, которые мама готовила во время недолгой жизни в деревне, а на второе подавали картофельное пюре с котлеткой по киевски, со сметаной и луком.
Вроде бы мелочи, но о многом говорившие.
«Я знаю о тебе все, так что не пытайся меня обмануть»
Вот только она и не собиралась. Пока у нее есть возможность забрать то, что у нее отняла Старк, Ирина была готова на все.
* * *
13 сентября 2010 года от рождества Христова.
Четыре дня спустя.
Поместье семьи Хекматьяр, Шокан, штат Нью-Йорк, Северная Америка.
— Как идут дела у Ванко? — Спросил я у Коко, впервые за много дней пребывая в своем истинном облике. Все же пребывание в облике старой развалины не прибавляло мне настроения. Из-за этого те редкие моменты, когда я мог не перед кем не скрываться и спокойно расслабиться на любимом диване в главной гостиной, были так ценны.
«Слава Богине, в скором времени их станет больше» — Подумал я, смотря на лежавшую на соседнем диване дочь, которая находилась в глубочайшем шоке.
Как я это понял?
Обычно Коко валялась на диване в самых странных позах — головой вниз, задом вверх, ногами в раскоряку. Сейчас же она просто лежала на спине, сложив руки на животе и смотрела в одну точку на потолке.
— Ей потребовалось два дня. — Сказала она сухим и безжизненным голосом. — Она за два дня разгадала загадку, составленную Хеленой и сейчас создает установку для синтеза нового элемента.
— Вот как… — Задумчиво сказал я, заложи руки за голову.
На самом деле я прекрасно понимал состояние дочери. Благодаря «Тому чистых мыслей» мой Интеллект составлял 21 единицу, уступая лишь Ловкости и Харизме, превосходя человеческий максимум на 10 %.
По логике системы ДнД я должен был быть умнее и Старк, и Ванко, и Ричардс, и других подобных им умников, придумывая новые изобретения сразу, на коленке. Вот только, даже не смотря на свое во всех отношениях высокое образование, которое я постоянно обновлял, мне не хватало мозгов понять — как оригинальный Тони Старк смог по полученной с модели города будущего схеме создать новый химический элемент. Я и первый этап смог повторить, только потому что до сих пор примерно помнил его действия в фильме, но собрать какую-то странную вариацию миниатюрного андронного колайдера, по которой вместо разогнанынх проходил тонкий лазерный луч, способный резать бетон как горячий нож масло, было выше моих сил.