Династия. Феникс (СИ)

Само по себе это ничего не доказывает. Но совпадение слишком неприятное, чтобы не обращать на него внимания.
Что, если Алексей с успехом испытал нейросеть и понял, что с её помощью можно делать много всего интересного? А теперь налаживает связи, чтобы не только плести свои интриги с помощью Штимме, но и зарабатывать на этом?
Примерно, как он заработал на оружии, поставив его на войну, которую сам же и организовал…
  
— Твою мать, — шепчу я, потирая лоб.
— Вот такие дела, Саша. Теперь надо решить, что нам с этим делать. Лично я думаю, стоит напрямую поговорить с Алексеем, — предлагает Юрий.
— Ни в коем случае. Рано. Если он и правда тот, кто мы думаем — мы только спугнём его и дадим возможность замести все следы. Продолжаем следовать плану, — твёрдо говорю я. — И вообще, сейчас нужно сосредоточиться на том, чтобы прекратить войну в Сибири. Будем наблюдать, что сделает кукловод теперь, когда наш род якобы так сильно пострадал.
— Да, посмотрим. Лишь бы он не сделал ничего такого, что мы не сможем исправить, — щёлкнув пальцем по бокалу, говорит Юрий.
— Он не сможет. Князь и дядя Виталий контролируют ситуацию. В крайнем случае вы всегда можете воскреснуть, это точно спутает ему все карты.
— Да уж. Я бы на месте кукловода испугался тех, кто в любой момент может восстать из могилы, — усмехается Юрий, подливая себе виски. — Дядя же не в курсе, что я жив.
— Да, — говорю я, — в эту часть плана я его специально не посвятил.
Москва. Башня Династии
— У себя? — на ходу спрашивает князь Жаров, проходя мимо секретаря в экономическом отделе корпорации.
— Виталий Григорьевич занят! — подскакивает девушка, торопясь следом за князем.
— Не сомневаюсь. Он теперь один за всех, — бурчит себе под нос Илья Романович, плохо скрывая ухмылку.
Что этот параноик Виталя сможет противопоставить ему? Ничего. Он будет трястись, как заяц, и пойдёт на любые условия. Надо будет лишь немного надавить.
— У Виталия Григорьевича важная встреча! Посторонним запрещено входить, — настаивает секретарша.
Жаров резко останавливается, и девушка от неожиданности врезается в его широкую спину. На миг им овладевает соблазн схватить эту симпатичную крошку и воспользоваться ей где-нибудь в свободном кабинете. Но князь тут же отгоняет эти мысли. Сегодня он здесь по делу.
— Посторонним? Ты знаешь, кто я, девочка? — облапывая секретаршу взглядом, спрашивает он.
— К-конечно, Илья Романович. Но у Виталия Григорьевича действительно важная встреча. Пожалуйста, присаживайтесь, я принесу вам кофе, — выдавливая улыбку, девушка указывает на просторный кожаный диван в приёмной.
— Ладно. Принеси эспрессо и бутылку воды, — смягчается Илья Романович.
— Воду с газом?
— Да. И не торопись.
Усевшись на диван, он наблюдает за тем, как уходит секретарша, а затем достаёт беспроводной наушник и вставляет его в ухо. Отыскивает на смартфоне скрытую папку со шпионской программой и включает её, а затем находит нужный пункт. «Кабинет очкарика».
Когда Он поставил прослушку в башне Династии, то дал Жарову доступ к ней. Вряд ли ко всем каналам, но даже нескольких было достаточно, чтобы Илья Романович мог вести свои дела гораздо успешнее других акционеров. Кто владеет информацией — тот владеет миром.
Несколько секунд связь настраивается, а затем Жаров начинает слышать всё так же, как если бы он сидел рядом.
— Вы не можете меня уволить. Я был назначен лично князем, — раздаётся чей-то незнакомый ледяной голос.
— Пока его сиятельство в больнице, а Юрия больше нет, я временно занимаю должность генерального директора, — говорит Виталий, и Жаров усмехается, слыша эти слова.
— Послушайте, господин Грозин. Я всё понимаю, но в такое время вы не можете меня уволить. Вы лучше меня понимаете, что сейчас вам как никогда нужны опытные специалисты, — настаивает неизвестный.
— Понимаю. Но ты не оправдал наше доверие, Ромэн. Ты знаешь, сколько шпионов вычислил Юрий вчера перед гибелью? Я уж не говорю о том, что солдаты Династии пытались убить Александра!
А-а, вот про кого речь. Ромэн Ораж — начальник внутренней службы безопасности Династии. И правда, после всех событий он заслужил увольнение.
— Я с этим разберусь, — цедит Ромэн.
— Мы уже разобрались без тебя, — неожиданно твёрдым тоном произносит Виталий. — Ты уволен, и не заставляй меня повторять это ещё раз. Твой пропуск я уже заблокировал. Все твои вещи заберут из кабинета и вынесут в холл. Свободен.
Дверь кабинета распахивается, и оттуда вылетает мужчина, одетый во всё чёрное. Разрез глаз у него слегка азиатский, хотя в целом он выглядит как европеец. Заметив Жарова, он коротко кивает и вихрем пролетает в сторону лифтов.
Как раз вовремя появляется секретарша с подносом. Илья Романович обворожительно улыбается ей и заглядывает в декольте, когда девушка ставит поднос на столик перед ним. Увидев краешек белого кружевного лифчика, Жаров чувствует, как кровь устремляется вниз.
Кружевное бельё — его слабость. Особенно, чёрт возьми, белое. В нём женщины кажутся ему такими непорочными и развратными одновременно.
— Как тебя зовут, милая? — спрашивает он.
— Дарья, — выпрямляясь, отвечает девушка.
— Ты давно здесь работаешь?
— Полгода, господин. Я могу ещё чем-то помочь?
— Можешь. Вот, возьми мою визитку. Если хочешь, чтобы твоя карьера пошла в гору — позвони мне, — он протягивает Дарье чёрную карточку с золотым тиснением феникса, окружённого пламенем. Герб родовой корпорации.
— Что вы имеете в виду, господин? — девушка широко открывает глаза.
Жаров отвечает не сразу. Осматривает секретаршу с ног до головы, представляя, как она будет выглядеть в одном белье.
— Позвони и узнаешь, — отвечает он, залпом выпивает эспрессо и направляется в кабинет к Виталию.
Грозин сидит за столом, сосредоточенно печатая что-то на компьютере. Бросив короткий взгляд на князя, он ничего не говорит и сначала заканчивает печатать, а уже потом встаёт.
— Здравствуй, Илья.
— Здравствуй, Виталик. Ну, как ты? Прими соболезнования от лица моего рода и от меня лично. Боже, какая трагедия, — Жаров качает головой.
— Взаимно, Илья. Мне очень жаль, что твоя сестра скончалась. До сих пор не могу поверить, что всё это случилось с нашими родами в один день.
— И не говори. Поневоле начинаешь думать, что за этим кто-то стоит.
Виталий поправляет очки, как-то подозрительно глядя на Илью, а затем кивает на дверь:
— Давай продолжим разговор в другой комнате. Я уже несколько часов не выходил из кабинета. Хочешь выпить?
— Нет, спасибо, — Жаров открывает дверь и первым выходит в приёмную.
Они отправляются в комнату для совещаний, где сейчас пусто. Виталий не спеша проходит вдоль длинного стола и усаживается во главе. Хмыкнув про себя, Илья Романович занимает место напротив и складывает руки перед собой.
— Прости, что не соблюдаю положенную вежливость, но у меня очень мало времени. Итак, чем могу помочь? — спрашивает Грозин.
— Знаешь, я тоже никогда не любил все эти расшаркивания. По мне, мы уже достаточно полюбезничали, поэтому к делу. Я намерен собрать экстренное собрание управляющего совета, — отвечает князь Жаров.
— Зачем?
— А ты сам как думаешь? Юра и Максим погибли, Григорий в больнице с новым приступом. Позиции Династии серьёзно пошатнулись. Я не думаю, что твой отец сможет опять занять пост гендиректора. Нам нужно решить, кто займёт его место.
— Я буду занимать его до тех пор, пока отец не выйдет из больницы, — невозмутимо произносит Виталий.
Илья Романович усмехается и говорит:
— Это противоречит уставу компании.
— Ни в коем случае. Заключения о недееспособности князя нет и не будет. Болезнь или несчастный случай не являются поводом для снятия с должности. Согласно указу князя, я являюсь его вторым заместителем.
— В целом ты прав. Но видишь ли, какая штука. Все понимают, что после второго приступа Григорий точно не сможет руководить компанией. И лучше мы заранее найдём ему достойную замену.