Династия. Феникс (СИ)

Через несколько минут оживает его рация. Гвардейцы, которые осматривали самолёт, сообщают, что можно лететь. Взрывчатки не обнаружено.
— Едем, господин?
— Поехали, — я киваю.
Мы трогаемся, и я оглядываюсь, убеждаясь, что недавно прибывшая машина следует за нами.
Вскоре останавливаемся у самолёта. Это небольшой частный аппарат, с довольно ограниченным топливным баком. Поскольку в целях безопасности мы будем делать крюк через Казахстан, нам ещё придётся сесть для дозаправки.
  
Выхожу из автомобиля и снова оглядываюсь. Из второй машины выходят четыре вооружённых гвардейца, все в балаклавах, лиц не видно. Один из них прищуривается, пытаясь разглядеть меня.
Я киваю им и первым поднимаюсь в самолёт. Бойцы следуют за мной.
Салон оказывается довольно просторным и весьма комфортным. Снимаю пальто и сажусь в ближайшее кресло, устало вздыхая. Гвардейцы заходят следом. Для них есть отдельный салон, который по размеру такой же, как мой, но сидений там гораздо больше. Этакий экономкласс.
Я осматриваю бойцов и выбираю среди них двоих в балаклавах.
— Вы двое, останьтесь. Хочу чувствовать себя в безопасности.
— Так точно, ваше сиятельство, — отвечает один из них, а второй молча сверлит меня взглядом.
— Остальные будьте в своём салоне, пока я не прикажу выйти, — говорю я.
— Есть, — отвечает за всех офицер.
Они оба садятся на диван напротив меня. В салоне появляется стюардесса, подходит ко мне и мягким голосом произносит:
— Мы взлетаем, господин. Прошу вас пристегнуться и перевести телефон в авиарежим. Как только наберём высоту, появится связь.
— Спасибо, — отвечаю я и, как только достаю смартфон из кармана, раздаётся звонок.
Ну же, давайте. Мне сегодня очень не хватает ещё одной плохой новости…
— Слушаю, — говорю я.
— Ваше сиятельство, говорит личный врач князя Грозина. У меня плохие новости.
— Я не сомневался, — бурчу я. — Что случилось?
— Из-за всех событий у его сиятельства случился новый инфаркт. Он в больнице.
Я закрываю глаза ладонью и глухо произношу:
— Держите в курсе. Передайте командиру гвардии мой приказ — привести все силы в боевую готовность. Первую роту оставить на охране поместья. Вторую и третью… — глянув на сидящих напротив гвардейцев, я осекаюсь. — Стоп, вторая и третья работают в башне Династии. Четвёртую и пятую на охрану всех гражданских объектов рода в Москве. Шестую на охрану больницы. Не подпускать солдат Династии, это приказ наследника. Вы всё запомнили?
— Да, ваше сиятельство, — отвечает врач.
Я молча сбрасываю звонок, и один из гвардейцев, покрупнее, спрашивает:
— Что там?
— Князь попал в больницу с инфарктом, — отвечаю я.
— Отлично, — усмехается гвардеец и снимает автомат с плеча. — Всё как и планировалось.
Поместье князя Жарова
Илья Романович выслушивает доклады, которые поступают один за другим, и не может поверить.
Неужели всё это действительно происходит? Что сегодня за день⁈
Сначала перестрелка в ресторане, где едва не прикончили бастарда Грозиных. Затем — убийство Юры и его сына. И это при том, что Жаров сам собирался прикончить кого-нибудь из Грозиных в отместку за смерть Вики!
Теперь вот говорят, что Григорий попал в больницу. Сердце не выдержало новостей. Ну, ещё бы. Дед уже в возрасте, а тут такое. Сын и внук погибли. Даже не просто погибли, их убили. Прямо на парковке Династии.
— Охренеть, — князь Жаров смеётся и наливает себе ещё водки. — Грозины дохнут один за другим, а мне остаётся только смотреть!
Залпом выпив рюмку, он закусывает лимоном и встаёт. Пройдясь по комнате туда-сюда, решает взять телефон и позвонить Ему.
Проходит несколько гудков, прежде чем Он берёт трубку.
— Алло, — голос, как всегда, искажён. Узнать собеседника невозможно.
— Это ты прикончил Юрия и его сына? — не здороваясь, напрямую спрашивает Илья Романович.
— Нет.
— В смысле, нет? — удивляется князь. — А кто тогда?
— Я не знаю, и меня это беспокоит. Немногие решились бы покуситься на жизнь Грозиных.
— А сегодня в ресторане? Тоже не ты?
Чуть помедлив, Он отвечает:
— Я. Хотел рискнуть и убить бастарда вместе с Череповыми. Увы, неудачно.
— Да уж, неудачно… Тогда, может, это Череповы хлопнули бывшего наследника? В интернете много пишут, что это они.
— Сомневаюсь, их роды сейчас работают вместе, чтобы не допустить войны. Хотя возможно, конечно. Послушай, Илья. Мне жаль твою сестру, и я знаю, что ты думаешь на Грозиных. Они вполне могли это сделать — у меня есть подозрения, что они вычислили, что она работает со мной.
— Я так и подумал, — цедит Жаров, наливая себе ещё водки.
— Не делай резких движений. Надо посмотреть, что будет дальше. Пока нельзя сказать, что всё происходящее нам на руку. Из-за дневного покушения Грозины ворошат структуру Династии, они вычислили многих моих агентов.
— Это был неосторожный шаг с твоей стороны, — замечает князь.
— Знаю! — с неожиданной злобой отвечает собеседник.
— Потише, друг. Не забывай, с кем говоришь.
— А ты не забывай, как крепко я держу тебя за яйца. Давай оба будем сохранять вежливость.
Илья Романович ничего не отвечает и выпивает водку. Поморщившись, он даже не закусывает и спрашивает:
— Значит, пока просто ждём?
— Да, пока ждём. Наследник улетает в Сибирь, наверняка хочет решить вопрос с войной родов. Если получится, мы убьём его там. Готовься. Сегодняшний день — только начало, дальше будет ещё жарче, — произнеся эту фразу, Он отключает связь.
— Надеюсь. Гори оно всё огнём. Я ещё спляшу на пепле, который останется от рода Грозиных, — говорит князь Жаров, сжимая в руке телефон.
Частный самолёт Грозиных. Где-то в небе.
— Да, — киваю я, не спуская глаз с гвардейца. — Всё по плану.
Он поднимает автомат… и убирает его на полку для багажа. После чего снимает балаклаву и протирает в лицо.
— Жарко в ней, это просто пиз**ц. Вся морда вспотела.
— Думаешь, уже можно снимать маску? — покосившись на него, спрашивает второй гвардеец.
— Можно. Остальные без приказа не выйдут. Да и вообще, они наши рожи ещё увидят, им придётся рассказать. Хотя бы нескольким точно.
— К сожалению, да. Хотя есть вариант снять для вас домик где-нибудь в деревне и увезти туда, — говорю я.
— Нет уж, на хрен. Сам езжай в свой домик в деревне, — рычит тот, что снял маску.
Я усмехаюсь, перевожу взгляд на второго и спрашиваю:
— Как ты, брат?
Он тоже стягивает балаклаву, а затем отыскивает в кармане очки и надевает их.
— В порядке, — улыбнувшись, отвечает Максим. — Оказалось, разыграть всю эту сцену не так просто, как думалось.
— Зато у нас всё получилось. Теперь кукловод будет думать, будто вы оба мертвы, и что князь свалился с сердечным приступом, — говорю я.
— Ну да, — снова протирая лицо, хмыкает Юрий. — А ты не боишься, что при этом он захочет тебя грохнуть? С его точки зрения, тогда он обезглавит наш род.
— Если захочет — он об этом пожалеет. Ведь мы будем готовы. Ну а если всё-таки грохнет, вас это вряд ли опечалит, да, дядя?
— Знаешь, Саша, я стал чуть лучше к тебе относиться, когда началась вся эта эпопея с кукловодом, — скалится Юрий. — И твой план пока что отлично работает. Будет интересно посмотреть, как ты закончишь весь этот спектакль, поэтому нет, я не хочу, чтобы тебя убили раньше времени.
— Удивительно, но мне приятно слышать эти слова, дядя, — улыбаюсь я. — Загляните в бар, я попросил приготовить бутылку виски в дорогу. Нам долго лететь.
— Ты не сильно-то обольщайся, — говорит Юрий, вставая и направляясь к бару. — Чтобы я полностью тебя принял, должно пройти лет сорок. К тому времени я уже, наверное, сдохну.
— Надеюсь, что это произойдёт чуть раньше.
Юрий недобро косится на меня, а я лишь улыбаюсь в ответ. Пусть сам думает, к чему относится моя фраза. К тому, что он меня примет или сдохнет раньше.