Пятый (СИ)
Как только кто-нибудь из моих мужчин в коротких перерывах оглядывался в сторону моей лавочки, я тут же закусывал губу, сглатывал слюну, томно вздыхал или прикрывал глаза, немножко ерзал на скамье - в общем, всем своим видом показывал, как вполне определенное “кое-что” внутри беспокоит меня, раздражает, возбуждает… Желваки ходили на напрягшемся лице обернувшегося в тот момент, глаза прищуривались как-то зло. Кажется, я слышал зубовный скрежет со стороны поля, а ноздри Леона еще так забавно раздувались при этом, что я потом расплывался в дебильной улыбке, когда тот отворачивался.
Игра закончилась, “наши” выиграли. Довольные, баскетболисты отправились в раздевалку. Я тихо слинял в автобус - чуяла моя пятая точка, что я доигрался. Настал час расплаты.
Мужчины ввалились в салон молча, с влажными после душа волосами (у кого они, естественно, наличествовали) и сверкающими в предвкушении глазами. Попа непроизвольно поджалась в тревожном ожидании, сдавив скользкую пробку внутри.
Автобус тронулся, выехал, развернувшись, со стоянки, а Леон с нечитаемым выражением лица подошел ко мне, загораживая своей мощной темной фигурой от остальных.
Лысый темнокожий отыгрался на мне сполна, не подпуская никого, вытащил одним движением пробку и нагнул над диванчиком - думал, или без волос останусь, или шею свернут - так выгибал меня до хруста позвонков, вбиваясь со всей дури, смачно шлепая своей мошонкой по бесстыдно раскрытой промежности, чуть не рыча от наслаждения.
Остальные, сообразив, что сегодня им не обломится поучаствовать в играх со мной, быстро организовали тройничок - скосив глаза в сторону, увидел, как рыжего пялят с двух сторон, посматривая при этом на нас с Леоном.
Леон выгнул меня еще сильнее, потянув за волосы назад, так что я теперь упирался лопатками в его грудь, оставил на шее болезненный засос и сменил темп с бешеного размашистого на короткий, резкий - я мелко задрожал, чувствуя приближающуюся разрядку, выдохнул стон сквозь зубы… и грязно выругался, когда эта скотина сгребла в горсть мою мошонку, мстительно оттянула яички, не давая кончить, и усмехнулась в ухо в ответ на русскую выразительную речь. В любой другой момент я был бы только рад такому повороту, но сейчас я был уже на пределе, почти терял сознание от острых ощущений. Руку Леона оттолкнуть не получилось - сильный, зараза, крепко держал.
- С-сука, дай кончить! - требовательно прошипел сквозь зубы на русском, по-английски я ни одного слова сейчас не вспомнил бы.
Но темнокожий меня понял - снова усмехнувшись коротко, разжал ладонь, сталкивая меня в оргазм и ныряя следом - даже сквозь оргазменные мышечные сокращения пульсацию его впечатляющего органа не почувствовать было нереально. Я захлебнулся собственным вымученным стоном - меня накрыла темнота…
Комментарий к 4
пишу быстро, “в ударе”, потому косяки разного рода неизбежны - прошу относиться к ним с пониманием
========== 5 ==========
В тот раз, когда кончал под отыгравшимся на мне Леоном, вырубился конкретно - так, что мужчинам даже пришлось сделать крюк, чтобы проводить меня до дома. Ну и наплевать, что теперь этой компании известно, где я живу - в случае чего всегда можно переехать. Сам на своих двоих не дошел бы - кажется, перегнул немного палку, экспериментируя со своей выдержкой - мышцы были как желе, не слушались и дрожали, когда я пытался напрячься.
Джокер хотел на всякий случай остаться со мной до утра, отправив остальных домой, но я предложил другой вариант: всем четверым воспользоваться моим гостеприимством, а с утра пораньше на автобусе отправиться сразу в контору. На часах показывало третий час ночи. Мужчины, устало зевая, согласились без уговоров и попадали в гостевых комнатах кто где. Рано утром, пока я еще сладко спал, они уехали.
После той ночи особо ничего не изменилось - мы все так же по вечерам общались на расстоянии, не затрагивая интимную тему, как просто хорошие друзья, с каждым днем становясь все ближе и ближе - пусть на самую крохотную частичку, но это неизменно радовало. А еще я очень к ним привязался - незаметно и постепенно. Обнаружил это обстоятельство случайно, когда в один из дней по техническим причинам отключили интернет - я практически впал в истерику, распсиховался, когда понял, что вечер предстоит провести в одиночестве. Уже подумывал, а не податься ли мне в соседний городок на ночь глядя, пока не вспомнил про такие вещи, как мобильный интернет и вайфай. Вечер был спасен, но моя реакция на такую вроде бы незначительную ситуацию заставила задуматься…
На тренировки и соревнования мы теперь все время ездили вместе на моем тюнингованном автобусе. Я старался каждый раз придумать что-нибудь новенькое, чтоб держать своих спортсменов в тонусе перед игрой.
Например, однажды перед тренировкой я разделся, примостился все на том же памятном диванчике, попросил Дерека запихнуть в меня беспроводной вибратор в форме яйца и сказал, что каждый раз, когда один из них забросит мяч в корзину противника, я буду на минуту включать вибрацию. Сидя на лавочке среди других болельщиков, я демонстративно поднимал пульт повыше и нажимал на кнопку, когда один из моих мужчин увеличивал счет - только они знали, почему я едва заметно вздрагиваю, краснею и закусываю губу в тот момент. В конце игры тренер их тогда отдельно похвалил, сказал, что они были в ударе.
В другой раз я не разделся, а наоборот, оделся - снова с их помощью - кружевные чулки на подвязках, ради которых пришлось побрить ноги, вызывающе женственные стринги, узкая полоса жесткого корсета, и на все это безобразие перед выходом из салона автобуса надел обычные джинсы и мешковатую футболку. Я не был трансвеститом, но поэкспериментировать стоило - мои мужчины словно с цепи сорвались, после игры оттрахали меня в два члена прямо так, не снимая белья, просто сдвинув вбок узкую полоску трусиков - когда мы кувыркались с рыжим на диване, Джокер не выдержал, пригнул меня к Итану и засадил на пару с ним, помогая, видимо, быстрее довести меня до оргазма. Новый опыт, чо! Хотя после впечатляющего достоинства Леона мне уже ничего не страшно. Да и вдвоем намного сильнее получилось, никакое кольцо не спасло бы меня от позорной скорострельности - мозг просто взорвало двойным кайфом…
На следующем соревновании я стравил их между собой, поставив условие, что забивший максимальное количество очков получит жаркую поездку обратно под завистливыми взглядами остальных, которым при этом даже подрочить не разрешалось - пусть терпят до дома. Дерек был в ударе, лидировал в личном зачете, пока в самом конце Джокер не сравнял счет, забив трехочковый, так что домой мы ехали втроем на диванчике, развлекаясь под угрюмыми взглядами рыжего и темнокожего. Только я не учел одного - так просто прощать мне эту выходку не захотели, понесли кверху попой на плече в дом, когда автобус остановился высадить их, и отправили водителя отдыхать - меня ждал очень долгий насыщенный субботний вечер.
Их коттедж был довольно просторным, двухэтажным, симпатичным на вид. Помимо четырех занятых комнат были еще две свободные, две гостиные, кухня, три санузла, всякие подсобки-балконы и прочая мелочь. Комната Леона отличалась натуральными зелеными и коричневыми тонами, естественными материалами в отделке; у Джокера над столом с ноутом, с которого они и выходили на связь, были развешаны разноформатные черно-белые, порыжевшие со временем фотографии незнакомых людей, запечатленных в различных житейских ситуациях - я подзавис, разглядывая и пытаясь понять, что на каждой из них происходит; комната Итана была почти пустой, а у Дерека был откровенный бардак. Все это я изучал утром, выспавшись на большой кровати под боком у Джокера после того, как Леон с Итаном основательно отыгрались на мне перед сном.
После завтрака в то воскресенье мы отправились на морскую прогулку впятером на арендованной яхте - сверкающее море, порывистый ветер в лицо, соленые брызги свежести у поручня и ленивый секс на палубе под палящим солнцем. Красота… Особенно когда потом, примостившись в тени, остужаешь ледяным пивком пересохшее и охрипшее от стонов горло…